Тоска по нерассказанной истории - Минсу Кан

пиков. Мы были добрыми друзьями, пили изысканное вино, веселились. И вдруг в небе появилось странное облако – пурпурное, с алыми молниями внутри. Оно повисло над горизонтом в ясный день – зловещее знамение. Потом произошло нечто ужасное – не помню, что именно, но какая-то катастрофа, изменившая все. Я проснулась с таким всепоглощающим чувством скорби, что долго не могла перестать плакать. А потом, увидев свет восходящего солнца на бумажной перегородке, вдруг поняла – этот сон был не просто иллюзией. Это был знак. Я не могла постичь его смысла в монастыре – ни медитацией, ни священными писаниями. Мне нужно было вернуться в мир и искать разгадку в нем. Так я оставила обитель и вернулась в столицу, где была провозглашена царицей Желтого безмятежья. К счастью, больной брат вскоре умер, а безумца убили собственные солдаты. Они сложили оружие и разбрелись по домам. Война закончилась сама собой. Я же сделала все возможное, чтобы возродить страну. Города были отстроены, дороги отремонтированы, народ снова начал спокойно жить и работать. Я также позаботилась о восстановлении армии, созданной при отце. Мне помогали жаждущие стабильности сановники и военачальники, но вся слава досталась мне. Народ полюбил меня. Однако я не переставала думать о сне – и не находила ответов. Это тревожило меня все сильнее. Именно тогда, когда страна встала на ноги, ко мне пришли вы, генерал Синий тигр, с предложением о союзе. С самого начала я понимала, что мне не избежать вмешательства в дела империи. И я должна была выработать собственный план, чтобы защитить подданных. Но… это была не единственная причина, по которой я сделала вид, будто иду у вас на поводу.

Царица повернулась к Синему тигру и посмотрела ему прямо в глаза.

– Во время нашей первой встречи я была потрясена, потому что узнала в вас одного из богов из моего сна. Не по внешности, а по вашей внутренней сущности – я почувствовала ее мгновенно. Я не знала, что и думать, ведь вы, очевидно, меня не узнали. Но я поняла, что должна идти за вами, чтобы понять, какую роль мы оба играли в том сне.

Синий тигр замер от ее слов, но ничего не ответил.

– Когда я вывела свое войско с поля битвы у Дальнего галопа, – продолжила царица, – солдаты сели на корабли, и мы поплыли вверх по реке к Дитя Дракона. На следующий день, когда мы приблизились к городу, я была поражена, увидев, что Четыре зеленые матери – те самые горы из моего сна. Конечно, я слышала о них раньше, но впервые увидела собственными глазами. И не было ни малейших сомнений: это то самое место, где я когда-то жила как богиня. Единственное отличие – во сне не было ни города, ни полей, ни людей. А значит, сон пришел ко мне из самой глубины истории, еще до основания царства Осенней птицы – более двух тысяч лет назад. Горы убедили меня, что я на верном пути. После того как мы захватили Дитя Дракона и пленили вас, государь Пламенная преданность и государыня Изумрудный свет, я пришла к вам и сразу узнала вас – еще один бог и еще одна богиня. Тогда я поняла, что нам необходимо собраться вместе. Я дождалась новостей об исходе битвы у Дальнего галопа и захвате в плен генерала Синего тигра. И сразу же отправила солдат, чтобы перехватить остатки имперской армии и доставить генерала живым. Так мы все и оказались здесь.

Когда она умолкла, остальные обменялись озадаченными взглядами.

– Но что… что это все значит? – наконец спросил Пламенная преданность. – Ты считаешь, что видела сон, где мы были богами тысячи лет назад. И что с того? Какое это имеет значение сейчас?

– Я долго задавалась тем же вопросом, – ответила царица. – И думаю, что теперь мне понятно значение сна. Все становится на свои места, когда я вижу нас вместе, как тогда – в том сне.

Она замолчала, собираясь с мыслями.

– Знаю, то, что я скажу, прозвучит немыслимо странно. И, честно говоря, я не могу объяснить, почему так уверена в том, что это истина. Но я никогда в жизни ни в чем не была настолько убеждена. Поэтому прошу вас – выслушайте меня с открытым сердцем.

Остальные переглянулись и, как по команде, кивнули царице Желтого безмятежья.

– Более двух тысяч лет назад мы действительно были богами и богинями и жили на Четырех зеленых матерях еще до начала человеческой истории. Мы были друзьями, пока не случилась какая-то катастрофа, предвестием которой стало облако раздора. После этого мы стали злейшими врагами. Со временем наша вражда только усилилась, и мы начали использовать приходящих в эти земли людей как орудие мести друг против друга. Затем мы переродились в смертных и продолжили борьбу – из жизни в жизнь, из эпохи в эпоху. Постепенно мы забыли, почему вообще начали вражду, – даже сейчас я не знаю истинной причины. Но судьба снова и снова сводила нас вместе, чтобы мы делали друг другу больно. За более чем два тысячелетия ненависти самое страшное не то, что мы были бессознательно закованы в цепи раздора. Нет. Самое страшное – это все страдание, которое мы принесли ни в чем не повинным людям. Мы совершили немало жестокостей, используя наши народы как орудия в нашей войне, снова и снова, в каждой новой жизни. Подумайте о том, сколько людей было убито, ранено, лишено дома и будущего только в этой жизни, – и все это из-за наших поступков. И за эти грехи мы сами несем наказание: снова и снова проживать жизни, полные ярости и лишенные любви, бороться без цели и смысла, не зная, кто мы на самом деле. Когда я осознала это, то поняла, что печаль, которую я всегда испытывала при изучении истории, не была лишь горечью от осознания тщетности человеческих усилий в бесконечной череде подъемов и падений государств. И дело не только в том, что я наблюдала, как мои братья предаются бессмысленной борьбе. Нет. Это была тоска от понимания моей собственной роли в междоусобице, которая длится между нами уже бессчетные века. Именно это заставило меня покинуть столицу и уйти в монастырь – в надежде найти путь к освобождению из этого круга. Государь Пламенная преданность, государыня Изумрудный свет, генерал Синий тигр, – заключила она, – я не хочу быть здесь, не хочу властвовать империей и не собираюсь становиться основательницей новой династии. У меня есть племянник, юноша добрый и умный. Я