времени они проводили вместе, тем больше Кикуко привыкала к ней, а поездка в ателье Сагаэ, о которой они договорились ранее, уже не так сильно напрягала.
Рабочий день в «Каварадзаки» закончился на час позже, в девять часов вечера. Обычно по воскресеньям покупателей становилось меньше к шести, но в этот день в магазинчике было людно весь вечер, и даже перед самым закрытием за цветами зашло около дюжины человек. По словам Мариты, по сравнению с прошлым годом продажи в этот день выросли на двадцать процентов.
Разговор об алкоголе зашел, когда Хитоми предложила заглянуть к ней в бар. К этому моменту Тихиро уже не было в магазинчике: когда ее смена закончилась, за ней вернулась Момока, и они вместе ушли домой.
– Что, госпожа Марита, правда не пойдете? – с сожалением в голосе спросила владелица бара.
– Говорю же, нет. Мне вставать в четыре утра, поеду на рынок. Развлекайтесь без меня. А прощальный вечер устроим в другой раз, ладно, Хага?
– Не вопрос.
– К слову, Мидзухо, большое спасибо за сегодня. Ты очень нам помогла! – с этими словами Марита протянула Мидзухо крафтовый конверт с деньгами: – Вот, возьми, пожалуйста.
– Что вы, мне не надо!
– Возьми! – в унисон повторили Марита и Хитоми, после чего Хитоми добавила: – Я взяла деньги авансом. Если ты откажешься, то и мне придется.
– Тогда благодарю.
– Что ж, а теперь – летс гоу ко мне!
– Извините, мне нужно кое-что обсудить с Маритой. Я вас догоню!
Кикуко так и не рассказала ей о помощи от Ифукубэ.
– Отлично, – кивнула Марита и достала из кармана фартука телефон: – У меня к тебе тоже есть разговор.
«Йяху-у!»
С веселым криком над морем летела женщина. Не сама, конечно: к ее ногам был прикреплен аппарат, выбрасывающий мощные струи воды.
– Посмотри-ка, – сказала Марита, передав Кикуко телефон.
– Это что, ваша мама?
– Верно. Она запостила его на страничку в социальных сетях. Еще и похвасталась, мол, «раньше я кое-как поднималась на метр, а теперь летаю на целых семи», – тапнув пару раз по экрану, Марита убрала телефон обратно в карман. – Вчера вечером она мне вдруг позвонила. Попросила узнать, как прошел твой дизайнерский конкурс.
– Я выступила с презентацией для организаторов, но результаты пока не пришли.
– А отклик был?
– Не знаю. Если честно, я даже свое выступление плохо помню. Но почему ваша мама об этом спрашивает?
– Кажется, ты ей понравилась. Даже похвалила меня, что я тебя наняла; сказала, что я молодец и хорошо чувствую людей. И еще, что в ближайшем будущем ты станешь отличным дизайнером. Попросила не держать тебя, если ты решишь уйти из «Каварадзаки», а, наоборот, проводить с почетом, ведь ты хороший работник.
– Что вы, я ничего особенного не делаю…
– Мать знала, что ты так скажешь. Поэтому попросила показать тебе это видео с флайбордом.
Флайборд – это та штука, которая стреляла водой?
– Зачем?
– Если она в свои шестьдесят пять не боится пробовать новое, то и тебе в двадцать пять не стоит. Это ведь очевидно.
По просьбе Кикуко Марита снова показала ей видео с Додзима Рикой.
«Йяху-у!»
Возможно, Марита верно поняла посыл ее просьбы. Просто Рика на видео так сильно увлекалась полетом, что попытка приободрить через видео совсем не читалась. Марита, похоже, заметила сомнение Кикуко.
– Мне тоже кажется, что она просто решила похвастаться, что может в таком возрасте, – горько усмехнулась Марита. – Так вот о чем ты хотела поговорить?
– На самом деле…
Кикуко рассказала, как Ифукубэ вызвался помочь с доставкой, когда она приехала в «Кира-кира гаока». Во время рассказа Марита пристально разглядывала лицо Кикуко, не моргая.
– Ифукубэ – это молодой человек с покатыми плечами?
– Да, а откуда вы знаете?
– Позавчера, когда я возвращалась с цветочного рынка, около магазина стоял старичок, которого я не видела раньше. Решила, что он потерялся, и окликнула, а старик повернулся и спросил: «Здесь работает Кимина Кикуко?» Когда я спросила, откуда вы знакомы, он сказал, что заходил к нам на Чойо, а ты продала ему оборчатую хризантему.
Стоп, что?
– Ты знаешь, что это был за старичок?
– С прямой спиной и в хорошем костюме?
– Да-да. Как будто даймё какой-то. Так вот, он сказал, что его друг, Ифукубэ Акира, прошлым летом познакомился с тобой и с первого взгляда влюбился. Этот старичок уже трижды пытался вас свести, но каждый раз его друг, Ифукубэ, только и делал, что молол языком, и ни разу не попытался пригласить тебя на ужин. Старичок добавил, что уже не знает, что делать.
Влюбился с первого взгляда? И три раза их пытались свести?
Детали истории сходились. Кикуко действительно впервые встретилась с Ифукубэ в конце прошлого августа. Во время доставки заказов по «Кира-кира гаока» она случайно столкнулась с ним на лестничном пролете между вторым и третьим этажами северного здания № 8. А затем еще трижды. На том же месте.
Выходит, все это не случайно?
– Потом старичок сказал, что сколько бы раз вы с Ифукубэ ни встретились, «пока Кимина не питает к нему чувств», ничего не изменится. И спросил, есть ли какой-то способ помочь тебе влюбиться.
– И вы ему ответили?
– Ага. Он с таким серьезным лицом нес всю эту чепуху, что я даже задумалась на минутку. В итоге сказала, что, по классике жанра, чувства зарождаются, когда кто-то внезапно предлагает помощь. Знаю, это клише, но оно работает. А еще иногда нужно увидеть человека с необычной стороны – «гап моэ», так сказать. Старик так обрадовался. Сказал, что обязательно попробует все устроить. Правда, что и как устроить, я тогда не поняла, а оно вот как, оказывается…
– Да это просто совпадение! Сов-па-де-ни-е!
Кикуко рассмеялась, но смех вышел натянутым. Тем не менее Марита задумчиво приподняла бровь:
– Что за старичок-то?
– Профессор Мори, начальник господина Ифукубэ. Во время разработки оборчатой хризантемы он руководил их исследовательской группой.
Кикуко умолчала, что профессор скончался в конце позапрошлого года. Это лишь больше запутало бы Мариту.
– Зачем он приходил так рано утром?
– Видимо, в тот день они вместе занимались сбором образцов растений, – соврала Кикуко. – Наверное, договорились встретиться у вокзала, а профессор пришел пораньше. Тогда решил прогуляться перед магазином и случайно столкнулся с вами. Вот и все.
– Только вот что странно, – задумчиво наклонила голову Марита. – После разговора он и правда пошел к вокзалу. Я уже собиралась зайти в магазин и готовиться к открытию, а потом обернулась спросить имя. Но на месте – никого. Будто испарился.
