близенько.
А что? Подрались – пошли отдохнули. Логично.
Дальше пара котоприятелей разошлась в разные стороны, глубоко вздохнула пьянящий весенний воздух, осмотрела кошек-поклонниц, традиционно рассевшихся на машине Николая и…
– Миииииявавввввааавввааа! – огласил окрестности возглас Тимура, полный глубочайшего презрения к Чингизу.
– Ииииивайййвайвайййй! – ответил ему более лаконичный Чингиз, и…
Валентина чуть не упала с кровати, благо коты находились в аккурат под её окнами, и звучанию их многооктавных трелей ничего особенно не мешало.
В дом Николая звуковые волны тоже проникли – ещё бы!
Дашка взвилась с дивана так, словно её кто-то укусил, Белис, которая спала у неё под боком недоуменно заметалась по дивану, Винь, прошелся прямо по Николаю и длинными прыжками рванул к входной двери, опасаясь, что всё веселье сейчас закончится, а разумная Тохтамышка забралась на подоконник, стараясь рассмотреть из окна таких замечательно громких певцов.
– И что это? – уточнил Николай.
– Йййййййяяяяяя! – резонно донеслось с улицы.
– Мыыыымааааауууу! – вторил первому заявлению ещё один участник дуэта.
– Содержательно! – оценил Николай, прислушавшись – была слабая надежда на то, что это было так… случайно мимопробегающее котохоровое пение.
Как же!
– Ииииииййййййймяяяя! – завопили с удвоенной силой.
– Даш… какое сегодня число? – уточнил Николай, что-то прикидывая.
– Двадцать третье марта, – осторожно призналась Дашка. – А что?
– Я понял, зачем коты так орут! – вздохнул Николай, натягивая спортивный костюм. – Есть весна календарная – она уже давно началась, но, если честно, я её почти не заметил. Есть весна фактическая – но она пока толком не наступила – холодно ещё. А есть весна котовая! Они, гады, вопят как сирены, чтобы уж точно всех оповестить «весна идёт, весне дорогу». Придержи Виня, а? А то, мы его до утра не отмоем от глины, знаю я все эти финты…
Николай распахнул входную дверь и его чуть обратно в дом от очередной звуковой волны не снесло!
–Как вопят… как вопят, прям певцы! – Николай всегда признавал чужие достижения. – А ну… маааааалчаааааааать!
Рёв внезапно разбуженного медведя раскатился над деревней, прорвался сквозь заросли в лес, был подхвачен эхом, и вызвал горячее сочувствие у местного ещё дремлющего в берлоге медведя – собрат собрата всегда поймёт…
Впрочем, на котов вопль Николая тоже произвёл впечатление!
Чингиз замер в стойке «Боковая угроза с изгибом», Тимур, ставший на задние лапы для пущей солидности, не удержался и опустился на все четыре, а потом затряс круглой головой, прогоняя из ушей подзастрявший там рык.
– Ты ж смотри! А я-то думал – он хлюпик! – сообщил Тимур приятелю, на пару минут отложив выяснение отношений, – А вопит-то прям почти как кот.
– Ну, послабее, конечно… но для новичка неплохо! – согласился Чингиз. – Ну, что? Драный короткохвостый мухолов, продолжим?
– Да кто бы говорил… трусливый пёсоприхвостень!
Наивный Николай, решивший, что коты улепётывают по домам и теперь всё будет тихо, почти совсем успел дойти до вожделенного дивана, как тишина за окнами вдребезги разлетелась от очередных котовых рулад.
Дашка потихоньку хрюкала в подушку, Тохтамышь и Белис сидели как статуэтки и внимательно, не отводя глаза, рассматривали Николая, Винь весело размахивал хвостом, предлагая продолжить игру.
– Весна, однако, елки-палки! – вздохнул Николай, и отправился на кухню – набирать воду в ведро, для пущего котовнушения.
Он ещё не знал, что совсем рядом – в доме Лизы, всю эту какофонию слушает подрастающее поколение в лице, то есть в морде Мамая…
– Как они… Вот бы и мняу так уметь! – восторженно блестя глазами думал Май. – Ооой, надо всё это запомнить получше! Запомнить и усовершенствовать! Я ж вырасту и тоже так смогу! Скорей бы… прямо не терпится!
Щедро облитые водой коты решили, что на первую ночь они пообщались достаточно и отправились каждый к себе домой, принеся своим хозяйкам надежду на сон, котовое мурлыканье и по пол-литра ледяной воды на шкурке.
– Весна… тишина… – пробормотал Николай, машинально подхватывая Виня, карабкающегося вверх по его ногам. – Надолго ли такое счастье?
Глава 31. Ушераздирающие моменты творчества
Если и есть упорные создания во вселенной, то это именно они – коты!
Отдохнувшие и полные сил Тимур и Чингиз благожелательно косились на опускающееся к горизонту солнце – близился час дружеской встречи, разминок и испытания силушки богатырской.
А что? И самим поразвлечься, и кошечек поразить да очаровать!
Николай, за крайне насыщенный и сложный день напрочь позабывший о котоконцерте прошлой ночи, уснул, как только его голова коснулась подушки.
Уснул крепко, правда, ненадолго…
– Уууууййййаааа-аааа!
– Иииимяяяя-яяяяяйяяя!
Короткая, но пронзающая стены, окна, двери и барабанные перепонки затравочная трель была полна восторга и предвкушения…
– Аааа? – Николай вскинулся и, недоуменно тараща глаза, уставился в темноту.
– Коля, спокойно! Это опять котоопера Чингиз Котунов или Тимур Мяунов! Как тебе больше нравится! – Дашка сидела за планшетом, доделывая эскизы к последней коллекции, вдохновлённой Валентиной. Коллекцию она планировала назвать «Женщина с харизмой», работа шла активно, и ускорялась каждый раз, как только Даша видела очередной Валин цветасто-вырвиглазный халатик.
– Не могу на это смотреть! – думала она. – Какой злостный вредитель додумался сшить это из ткани в розАчки, размером в гигантскую капусту, причём так, чтобы самая глобальная была на животе? Бедная Валентина… А её леопЁрды? Как можно шить леггинсы пятьдесят восьмого размера из ткани с таким принтом? А апофеоз с металликом? Честное слово, это же страшновато… Фёдор Семёнович, человек привычный, но и то как-то старается обходить Валечку подальше, когда она в этой металлизированной обтягивающей блузке… А ведь ей ЭТО подарили… Интересно, какая заклятая подружка?
Даша мечтала подарить Валентине, как модели и вдохновительнице, новый гардероб, в надежде на то, что она перестанет активно носить предыдущую его версию.
Работа шла скоро, вдохновительница постоянно мелькала перед глазами, стимулируя на новые идеи, и очередная муза посетила модельера этим вечером после визита Валечки Ивановны с корзиной, полной всякой снеди на ужин…
Еда была выше всяких похвал, а очередной халатик был с разноцветно-кислотными зайцами, от которых у Дашки начал дёргаться глаз, а Винь залился истерическим лаем.
– Руки бы узелком завязать у тех, кто ЭТО шил! – шипела Дашка.
Оказывается, под шипение работалось преотлично. Уютное посапывание упавшего и мгновенно уснувшего Николая ничуть не мешало, Виня вообще не было видно – он скрылся под хозяйским одеялом, зато котята внимательнейшим образом следили за Дашиной работой, периодически переглядываясь и склоняя головы, чтобы лучше воспринималось…
Оперная котопрелюдия заставила Белис и Тохтамышку оторваться от линий, возникающих под руками их человека, и восторженно прислушаться – судя по всему, сегодняшняя ночь должна была быть ничуть не менее
