– То-то же! Наконец-то ты не перечишь умной женщине, а слушаешь без возражений! – мне показалось, или Ирина и впрямь испытывает радость от моего соглашательства? Может быть, изначально в отношениях с ней стоило изображать из себя простоватого податливого теленочка? И тогда бы живец созрел еще вчера (или неделю назад)?
– Иди мыться! – Ирина повелительным жестом ткнула в сторону ванной комнаты, – и возвращайся чистым!
Все, как и с утра! И даже интонации одни и те же! Попытка номер два?
Как и несколько часов назад, я не тормозил. Я метнулся, на ходу скидывая с себя пиджак и все остальное. Единственно только, остановился на полпути и поинтересовался, чем вытираться-то? Мне было выдано новое пушистое полотенце (их запас, судя по всему, в этой квартире был неисчерпаем), и я радостно устремился под душ.
Через пять минут я вышел, не забыв зажать в руке пару презервативов, которые намеревался незаметно сунуть под подушку. Предохранение – наше все, оно фундаментально, как основы бытия!
– Ты что так долго? – Ирина уже лежала, накрывшись простыней, и я принял стойку, как у гончей при виде долгожданного зайца. Заяц был большим, томно развалившимся и призывал меня воздать должное трапезе, – тебя только за смертью посылать!
– Бегу, бегу, дорогая! – когда меня зовут, я не имею морального права не прийти. И особенно, если зовут в постель!
– Ну, наконец-то! – Ирина скинула с себя простынь и раздвинула ноги. Восхитительное зрелище! Я сбросил с себя полотенце, сунул под подушку презервативы и предался любовной страсти. Я изучил тело Ирины полностью, я начал с шеи и постепенно дошел до ступней, поглаживая и лаская их. Говорят, что на ступнях находятся наиболее чувствительные точки человеческого тела, но в случае с Ириной они разместились по всей поверхности кожи.
А, может, дело во времени и пространстве? Может, их симбиоз вынудил меня прыгнуть выше головы в области чувственного наслаждения? Ответа нет – но это мелочи.
Но точно, я заставил Ирину стонать от удовольствия. Не погрешу против истины, если скажу, что я был в ударе. На полчаса я стал горячим поклонником теории, которая утверждает, что в любви главное – внимание и нежность. Да – страсть и брутальные проявления играют свою роль, и без них никуда, но лучше всего быть контрастным, быть текучим и непредсказуемым.
Я уловил желания Ирина. Она хотела комфорта, она хотела почувствовать себя повелительницей, она хотела, чтобы ее ублажали, а уже потом – когда она сполна насладится своей неподвижностью, она возьмет инициативу в свои руки. Мне было легко с ней – она позволяла мне все, она позволяла мне экспериментировать, подставляя себя согласно моим желаниям, и я ее не разочаровал.
Когда-то и где-то я слышал, что страсть передается через руки. Согласен, и через руки тоже. Не вся, но много. В руках мастера даже грубое полено может превратиться в живого Буратино, что уж тут говорить о красивой женщине – и немудрено, что я ухватил вдохновение за шкирку и следовал за ним, пока не почувствовал, что все – настала пора потрудиться Ирине: ведь негоже узурпировать всю инициативу без остатка!
Схалявить не получилось. Ирина недоуменно окатила меня взглядом с поволокой и молча невербальным образом предложила мне двигаться дальше. «Взялся за гуж, не говори, что не дюж!» Я все понял с полунамека. Но коли так – то сейчас играть мы будем по моим правилам!
Для начала следовало освоить объект в классической позе, а потом уже переходить к более экзотическим положениям. Кто-то может сказать, что это скучно, но тогда он просто ничего не понимает в любви! Лицом к лицу – что может быть эротичнее? При должном умении и старательности и партнер, и партнерша получают массу удовольствия!
Что и произошло через несколько минут – после чего мы утомленно откинулись на подушки и замерли. Нега разлилась по нашим телам, нас захватила ленивая истома.
В голове у меня был полный штиль. Если приравнять мысли к прибою, мерно бьющему о скалы, то сейчас волны были совсем крохотными, незаметными невооруженному глазу и очень ласковыми. Они блуждали где-то вдалеке, время от времени цепляясь за какую-нибудь несущественную деталь, а потом плавно перепрыгивая на другую.
«Истома!», – я продолжительно и громко зевнул, обнял Ирину и пощекотал ей за ухом. Она даже не пошевелилась, из чего следовало, что вечер (хотя он только начинался) уже удался. Я не стал ее тормошить: кощунство донимать человека в такой миг.
Мне вдруг почему-то вспомнилась моя учительница (мучительница) по русскому языку и литературе Истомина Августа Хрисанфовна. Может быть, потому, что ее фамилия была тождественна нашему с Ириной состоянию? Вероятно, да.
Истомина Августа Хрисанфовна славилась на всю школу своим суровым характером, она наводила ужас не только на трепещущих четвероклассников, но и на прожженных хулиганов из восьмого, ее боялись все окружающие, и я в том числе. Хотя, может быть, именно благодаря ее уроками я научился владеть русским языком на уровне. Так что, спасибо, Августа Хрисанфовна!..
– Не спи, толстый лежебока! – меня ткнули в бок, и я проснулся. Ирина склонилась надо мной и улыбалась. – Подумать только! – поначалу я не мог отличить явь ото сна, – оказывается, она не всегда бывает серьезной! Чудесный долгий секс явно идет ей на пользу!
Как и любой нормальный мужчина, я не сомневался, что именно я стал катализатором ее лучезарной улыбки. В противном случае мое самомнение очень пострадало бы, а это невозможно вытерпеть! Ирина быстро чмокнула меня в щеку, в ответ я сделал зверское лицо и опрокинул ее на спину. А она стала меня обнимать, недвусмысленно предлагая продолжить забаву.
У Картавцева Владислава нет силы воли! Я знаю это доподлинно! Когда рядом со мной красивая девушка, я теряю голову и готов ради нее на все. Наверное, именно так выглядит психотип подкаблучника, а, может, эта черта характера жиголо (или просто безобидного ловеласа), но то, что я совсем не кремень, не извольте сомневаться. А поскольку я мягок по натуре и очень люблю красоту, то я с энтузиазмом взялся за работу.
Жалко, что человек в обычном своем состоянии не гуттаперчевый! Если бы иметь возможность закидывать ноги за голову и выгибать их коленками назад, так бы разнообразен был наш сексуальный мир!
Представьте себе позу на голове или a la какой-нибудь раскидистый баобаб. Телевизионная картинка была бы просто сумасшедшей – особенно если снимать с четырех позиций крупным планом! Но нет, человек – создание, обладающее всего тремя ограниченными степенями свободы в пространстве, поэтому лишнюю фантазию приходится давить на корню, чтобы случайно не изувечить партнершу и не убиться самому.
С другой стороны мы вольны из сказки сделать быль! Имелось бы желание, а еще – опыт. Как ни крути, а последнее – немаловажно.
Опыта у меня хватало. Желание присутствовало, непротивление двух сторон было налицо, страсть к экспериментам рвалась наружу, следовательно – сделаем вечер незабываемым!
Я уверенно поставил Ирину перед собой. Я чувствовал, что она хочет именно так, что в такие моменты ее жесткая повелительная натура сдается, и она жаждет ощутить себя игрушкой в мужских руках, почувствовать, как сзади в нее входит разгоряченная плоть, как плоть начинает мерно двигаться и заставляет ее всю отдаться накатывающей на нее страсти.
Мы слились в одно. Я сдерживал себя, чтобы не навалиться на Ирину всем телом – я боялся, что моя туша обрушится на нее внезапно, и очарование момента будет подпорчено. Но мне хотелось, чтобы сейчас она увидела во мне дикого примата, с ожесточением овладевающего покорной самкой, и я быстро (получилось как-то само собой) ментально переместился сквозь время и ощутил себя вождем племени кроманьонцев, только что завершившего удачную охоту.
Кровь взыграла стремительно, мускулы уподобились стальным поршням, и, кажется, даже мое лицо стало все в шрамах. Перемена во мне была мгновенной, Ирина передо мной замерла, а потом начала двигаться все быстрее и быстрее, а я – триумфатор – возвышался над ней и ждал освобождения одновременно с закипающей внутри меня жестокой яростью.
Все! Я выгнулся назад и издал жуткий горловой звук – без сомнения, боевой клич диких племен, с которым воины бросались в атаку на врага. Я дал волю своей свирепости, и она вся вышла из меня и перешла к Ирине, которая обессиленно рухнула на кровать.
Я смотрел на нее сверху, мне хотелось сжать свою добычу со всей силы, я хотел рвать ее зубами и вскидывать руки вверх в победном жесте. Ирина перевернулась и обняла меня за бедра. Она впитывала энергию, которая стремилась из меня наружу, пока не поглотила ее всю. Я же вернулся к реальности и выпустил из себя доисторического зверя.
Мой взгляд прояснился. Ирина смотрела на меня и облизывала губы:
– Пить! – ее голос был хриплым, но такой он мне нравился даже больше. Чувствовалось остаточное влияние вождя.
