Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 131
Он расстроился, что придется уезжать, не попрощавшись с Джуди и Гэри, но офицер надел наручники так, что Миллиган едва мог шевелить руками, хотя необходимости в этом не было, и спешно повел Билли вниз, где его ждал полицейский фургон. Второй полицейский сунул ему в руки стаканчик с горячим кофе и хлопнул дверцей.
Когда фургон заворачивал за угол, горячий кофе пролился на новый костюм, и Билли швырнул стаканчик за сиденье. Ему было хреново и становилось все хуже и хуже.
Он совершенно не знал, что его ждет в Афинах. Может, там вообще все равно что тюрьма. Билли старался не забывать, что его мучения далеко не окончены и еще хватает желающих, чтобы он оказался за решеткой. Миллиган помнил, что условия его досрочного освобождения из тюрьмы были нарушены, так как у него дома нашли оружие, и что Гэри уже поставили в известность, что как только его вылечат, отправят обратно в тюрьму. Но, наверное, уже не в Лебанон. После изнасилований – скорее всего, в ад под названием Лукасвиль. А где Артур? И Рейджен? Они вообще собираются принимать участие в слиянии?
Они ехали по занесенному снегом тридцать третьему шоссе, мимо Ланкастера, где Билли вырос, учился в школе и пытался покончить с собой. Все это казалось абсолютно невыносимым. Он очень устал и хотел, чтобы все это уже закончилось. Он закрыл глаза и ослабил контроль…
Через несколько секунд Дэнни осмотрелся, гадая, куда его везут. Ему было холодно, одиноко и страшно.
Они добрались до Афин и свернули с шоссе уже в темноте. Больница располагалась в комплексе зданий викторианской эпохи, стоявших на заснеженном холме, с которого был виден кампус Университета штата Огайо. Они переехали через широкую улицу и свернули в узкий извилистый переулок. Дэнни затрясся. Двое полицейских вывели его из фургона и повели вверх по лестнице старого здания из красного кирпича с узкими белыми колоннами.
Билли провели через старый коридорчик прямо к лифту, а затем – на четвертый этаж. Когда двери открылись, полицейский сказал:
– Ну, повезло вам, мистер.
Дэнни попытался упереться, но офицер протолкнул его в тяжелую металлическую дверь с надписью «Прием и интенсивная терапия».
В отличие от тюрьмы или больницы отделение тут походило на длинный коридор какого-нибудь отеля: ковер, светильники, занавески, кожаные кресла. И по обе стороны – множество дверей. А пост медсестер был похож на стойку регистрации.
– Боже мой, – удивился полицейский. – Прямо как на курорте.
В дверях кабинета по правую руку появилась пожилая женщина. Ее широкое и дружелюбное лицо обрамляли черные кудри, будто она только что покрасила волосы и сделала перманент. Она улыбнулась, и, когда они вошли в небольшую приемную, мягко спросила у полицейского, как его зовут.
– Это не я к вам ложусь, леди.
– Ну, вы же сдаете мне пациента, мне надо записать, кто его привел.
Полицейский неохотно назвался. Дэнни смущенно отошел в сторонку и принялся потирать пальцы, которые из-за наручников уже занемели.
Доктор Дэвид Кол, видевший, как полицейский заталкивал Миллигана, сурово посмотрел на него и рявкнул:
– И снимите с него эти идиотские наручники!
Офицер отыскал ключи и выполнил распоряжение. Дэнни потер запястья, глядя на оставшиеся на коже глубокие вмятины.
– Что со мной будет? – плаксиво спросил он.
– Молодой человек, как вас зовут? – спросил доктор Кол.
– Дэнни.
Полицейский, снимавший наручники, расхохотался.
– Боже мой!
Доктор Кол подскочил и захлопнул дверь прямо перед его лицом. Его не удивляло, что в подобных обстоятельствах произошла диссоциация. От доктора Хардинга он знал, что слияние было в лучшем случае неустойчивым. По собственному опыту работы с множественными личностями он знал, что стрессовые ситуации, такие как суд, могли вызвать разрушение слияния. Так что теперь нужно внушить Дэнни уверенность в ситуации.
– Дэнни, приятно познакомиться, – сказал доктор Кол. – Сколько тебе лет?
– Четырнадцать.
– А откуда ты родом?
Он пожал плечами.
– Не помню. Наверное, из Ланкастера.
Кол ненадолго задумался и, заметив, насколько Миллиган устал, отложил ручку.
– По-моему, это можно отложить на потом. Надеюсь, ночь пройдет хорошо. Это миссис Кэтрин Джиллот, один из наших специалистов по охране психического здоровья. Она проводит тебя в твою комнату, сможешь поставить там чемодан и снять пиджак.
Доктор Кол вышел, а миссис Джиллот отвела его через коридор в первую комнату по левой стороне. Дверь была открыта.
– Это моя комната? Не может быть.
– Заходи, парнишка, – сказала она, вошла сама и открыла окно. – Тут отличный вид на Афины и университет. Сейчас уже темно, но утром увидишь. Располагайся.
Она оставила его одного, но Билли уселся в кресле в коридоре и сидел так, боясь пошевелиться, до тех пор пока не начали выключать свет.
Потом он вошел в свою комнату и сел на постель. Он дрожал, в глазах стояли слезы. Билли уже знал, что если с тобой хорошо обращаются, рано или поздно придется за это расплачиваться. Всегда есть какая-то ловушка.
Он лег на постель и задумался о том, что с ним будет. Билли изо всех сил старался не засыпать, но он пережил трудный день, так что в итоге уснул.
Утром 5 декабря 1978 года Дэнни открыл глаза и увидел, что через окно льется свет. Выглянув, он увидел реку, а на другом берегу – университет. Когда он стоял у окна, в дверь постучали. Это оказалась взрослая женщина довольно приятной внешности, с короткой стрижкой и широко поставленными глазами.
– Меня зовут Норма Дишонг, я твой специалист из утренней смены. Если хочешь, идем со мной, и я покажу тебе, что тут у нас есть и где подают завтрак.
Он согласился, и она показала комнату с телевизором, бильярдную, буфет. За двойными стеклянными дверями был устроен небольшой кафетерий с одним длинным столом по центру и четырьмя квадратными столиками вроде карточных, которые стояли вдоль стен.
– Бери поднос, приборы, выбирай еду.
Билли взял поднос, протянул руку за вилкой, но, достав ее, понял, что это нож, и отшвырнул его. Нож ударился о стену и со звоном упал на пол. Все посмотрели на Миллигана.
– Что такое? – спросила Дишонг.
– Я… боюсь ножей. Они мне неприятны.
Она сходила за ножом, а потом достала вилку и положила ему на поднос.
– Давай, возьми что-нибудь поесть.
После завтрака Норма окликнула Билли, когда он шел мимо сестринского поста.
– Если хочешь пройтись по всему зданию, надо только расписаться в листке, который висит на стене, чтобы мы знали, что ты вышел.
Миллиган в ошеломлении уставился на нее.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 131
