Никто не знает, что случилось.
— Лейла, не бойся, ты уже в безопасности, — шепчет Марыся, наклоняясь к подруге и обнимая ее за плечи.
— Не в этом дело… — отвечает та сквозь слезы.
— А в чем? Расскажи нам.
— Та красивая Фавзия… — плачет она еще громче.
— А что с ней стало? — спрашивает, заинтересовавшись, Хамид. — Это твоя родственница? Одна из множества обиженных?
— Да, одна из множества, ты прав, — с горечью подтверждает Лейла. — В прошлом году двенадцатилетнюю Фавзию родители вынудили выйти замуж. Через девять месяцев она умерла во время родов вместе со своим ребенком. Не слышали? О ней писали в газетах по всему миру, а мы, йеменские активистки, в течение многих месяцев долбили об этом деле. Дерьмо! — выкрикивает она в бешенстве, стукнув пятерней по обивке машины.
— А почему именно этот случай так тебя волнует? Ты ее знала? — спрашивает Марыся.
— Я готовила ее к свадьбе, мыла, причесывала, натирала маслами, делала макияж, как у куклы. — Лейле стыдно, и она опускает глаза. — Я думала, что богатая семья готовит девочку на какой-то киндербал с переодеваниями. Даже не могла представить…
— Пригласи его, внучка, к нам, а то когда еще случай представится, — говорит бабушка через пару недель обдумывания. — Не можете же вы прятаться в сумерках в каких-то рассадниках с пряностями. А вдруг увидят там Лейлу в чадре — и гарантированы тюрьма и бичи без разговоров.
— А что на это скажет йеменская семейка? — спрашивает девушка, не веря в их поддержку.
— Ашрат — настоящий парень с яйцами! — Бабушка закрывает ладонью рот, как и всегда, когда у нее с языка срывается что-то неприличное, и взрывается смехом. — С удовольствием познакомимся с твоим бен Ладеном. Посидите на террасе, и никто это не осудит.
— Порядочные у тебя родственники, — шепчет Хамид, неуверенно присаживаясь на белый пластиковый стул. — И современные… даже диву даюсь.
— Здравствуйте, — бабушка входит с подносом пирожных и кувшином зеленого чая.
— Очень приятно. — Хамид встает и протягивает руку, которую старая арабка крепко пожимает. — Спасибо за доверие, — говорит мужчина, глядя ей прямо в глаза.
— Надеюсь, что вы его оправдаете и не обидите мою любимую внучку Марысю, — отвечает женщина, после чего поворачивается и исчезает в полумраке лестничной клетки.
Стройная юная девушка наконец может признаться парню в своих чувствах. Одета она по-спортивному, как и всегда, когда бывает дома: джинсы, рубашка из хлопка с короткими рукавами и кроссовки. Конечно, без платка на голове, на что мужчина обращает внимание в первую очередь и не в состоянии отвести глаз от ее необычных волос.
— Откуда у тебя такой цвет кожи и волос? — спрашивает он, не желая дольше скрывать волнующих его вопросов.
— Моя мама — блондинка-полька с голубыми, как васильки, глазами, — неохотно признается девушка.
— Поэтому Надя так странно произносит твое имя. Марыся, — повторяет Хамид, наслаждаясь его звучанием. — Значит, это по-польски, очень красиво. Почему же ты не с матерью, а здесь, в чужом и диком регионе мира?
— Это она для меня чужая, а не арабские страны, — резко говорит Марыся. — Я с детства воспитываюсь в ливийской семье, почти всю жизнь провела в мусульманском мире, и бабушка для меня самая близкая родственница. В других родственниках я не нуждаюсь! — говорит она, под конец повышая голос.
— Не злись, я просто спросил, — объясняет Хамид.
— Ничего…
— Чтобы развеселиться, прочитай интересную статью в «Саудовской газете», которую я принес специально для тебя. — Он вручает девушке ежедневную газету. — Если ты такой знаток ислама, то должна это все знать.
— «Пятьдесят семь способов, чтобы получить любовь своего мужа». А что это? Какая-то шутка? Почему именно пятьдесят семь, а не семьдесят три?
— Все данные методы редактор взяла из блога исламских женщин MuslimMatters.org или что-то в этом роде. Это опыт саудовских завуалированных дамочек. Очень поучительно, — говоря это, он таинственно улыбается.
— Ну давай! — соглашается заинтересованная Марыся и начинает читать: — «Веди себя как девушка… одевайся притягательно и обольстительно, а если сидишь дома, то не ходи весь день в ночной рубашке»… Сейчас, сейчас… для чего им супермодные шмотки, если сверху них они надевают чадру или абаю?
— Наверное, речь идет о том, чтобы они дома для мужа так одевались. — Хамид лукаво улыбается. — Это рассуждение шопоголичек из Аравии.
— «Издавай хороший запах»! — молодые вместе взрываются смехом. — «Не пили мужа, не отчитывай его, не спрашивай его, о чем он думает…» Да ни о чем! — смеется Марыся. — Упс! Sorry, это не для тебя. — Похлопывает его по колену и сейчас же убирает руку. — «Узнай все права и обязанности мусульманской жены. Успокаивай мужа всегда, когда только он того пожелает…» Хо, хо, хо! Неплохо вам с этими женами, — обращается она к Хамиду и краснеет до корней волос. — «Научись штучкам и техникам, чтобы удовлетворять своего мужа…» Хм-м… «Говори ему постоянно, что любишь его. Дари ему подарки…» Уф! Вот это жизнь! Зачем вам потом рай, господа?! — Скользкая тематика сконфузила Марысю, и она старается перевести все в шутку. — «Расчесывай волосы. Не забывай о стирке», — сейчас уже она читает пункты избирательно. — «Не покидай дом без согласия мужа и без опекуна. Хорошо себя веди; не смейся, не говори громко, ходи тихо»… Вот это круто! — вырывается у девушки. — И такую чушь публикуют в газете?
— Должны же они подбросить какую-нибудь тему своим обывателям, чтобы те не начали интересоваться чем-нибудь поважнее, — грустно говорит житель Саудовской Аравии. — В конце концов, это ведь бульварная газета.
Хамид хочет взять газету из рук девушки.
— Подожди, подожди! Самое интересное я оставила напоследок. «Будь в форме и заботься о своем здоровье, так как ты должна быть сильной матерью, женой и хозяйкой». Ха! — Девушка громко смеется и стучит при этом сложенной газетой по голове, в которой прочитанные глупости не хотят поместиться.
— Если ты уже ознакомилась со всеми правилами для хорошей мусульманской, а значит, и для саудовской жены, не захочешь ли ты выйти за меня замуж? — спрашивает Хамид, буквально шокируя этим Марысю.
Девушка молчит и таращится на него как баран на новые ворота.
— Мириам, я задал тебе вопрос!
— Ты застал меня врасплох… Сначала я должна закончить среднюю школу… К тому же мы еще не знаем друг друга настолько хорошо, чтобы… Так вдруг… быстро…
— Ну, это же не завтра и не послезавтра, а в будущем. Хотя, признаться, я надеюсь, что все же в не очень далеком будущем. Потому что я уже жизни без тебя не представляю.
