Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 137
Восхождение
Поглядев на бабку Нюру, которая таким образом выбыла из нашей повести, Пирошников рывком захлопнул дверь квартиры, отчего по лестнице прокатилось короткое, как выстрел, эхо. На лестничной площадке было холодно. Вероятно, где-то внизу был распахнут подъезд и декабрьский воздух распространился по лестнице. Тем не менее наш герой, будучи даже без пиджака, начал спускаться вместе с Толиком к выходу на улицу, ибо требовалось немедленно разыскать Наденьку и успокоить ее. О том, что придется снова кружить по этажам, он в этот момент не думал, однако новая встреча с лестницей заставила его, уже наученного печальным опытом, насторожиться и максимально повысить внимание к окружающему.
На первый взгляд, лестница не подготовила ничего сверхъестественного. Пирошников с Толиком спустились на один этаж и прошли мимо двери, за которой нашему герою два дня назад довелось выслушать лекцию по физике заряженных частиц. Как давно это было! Кажется, совсем другой человек разговаривал тогда с теоретиками, не правда ли?
Итак, они прошли эту дверь, а она в этот момент раскрылась и выпустила наружу бородатого аспиранта в нейлоновой синей куртке и кепке, который, энергично размахивая руками и насвистывая арию из оперетты, побежал вниз и обогнал наших героев, не обратив на Пирошникова ни малейшего внимания.
Был пройден еще один пролет, и тут Пирошников услышал голоса, поднимающиеся снизу. В говорящих он сразу же узнал соседку Ларису Павловну и дядю Мишу, которые шли вверх и вели, как ни странно, вполне добропорядочную беседу, касающуюся нашего героя. Пирошников остановился и прислушался, высунув голову за перила. Толик, любопытствуя, тоже поднялся на носки и заглянул вниз. Дядюшку и соседку видно не было, но, судя по всему, они поднимались медленно, устав от безуспешной беготни за нашими героями.
— …может совсем сбиться с пути, — говорил дядюшка. — Теперь они все такие. Вот у меня, к примеру, Васька. Слова не скажи! А в голове ветер.
— Абсолютно правильно пишут, что общественность должна влиять, — заметила Лариса Павловна тоном классной дамы. — Он вполне взрослый человек. Мужчина… Было бы куда полезнее, если бы он уголь грузил.
— Помочь нужно парню, — вздохнул дядюшка.
— Потребовать и призвать к порядку, — решительно возразила Лариса Павловна.
— И потребовать, не без этого, — согласился собеседник.
Пирошников осторожно оторвал Толика от перил и подтолкнул его наверх, шепча:
— Ну их совсем! Обождем, пока пройдут, верно?
Толик кивнул, показывая, что встреча с соседкою и дядюшкой тоже не доставит ему особой радости. Наши герои, стараясь не шуметь, стали подниматься, преследуемые голосами.
— Грамотный он шибко, — с болью сказал дядюшка. — Усложняет…
На что соседка с живостью возразила:
— Ах, это все напускное! Поверьте мне.
— О себе, видать, много думает, — продолжал вслух размышлять дядя Миша, причем Пирошников в этот момент почувствовал легкий укол совести и подивился дядюшкиной наблюдательности.
— Я вас предостерегаю в отношении Нади. Она ведь очень молода еще. Я желаю ей только добра, — внушительно проговорила соседка красивым голосом, и последнее слово мягко прокатилось по лестнице: «добррра…» Дядюшка загадочно вздохнул:
— Молодо-зелено…
— Но нравственность не должна страдать, не правда ли?
— Вроде и так, — с тоской сказал дядюшка и замолчал.
Пирошникова передернуло. Лариса Павловна рассуждала о нравственности, как вам это нравится? Наш герой ускорил шаг, и Толик, ведомый за рукав, вынужден был перейти на легкий бег. Они поднялись еще выше, однако дверь их квартиры не появлялась. Пирошников чертыхнулся, понимая, что опять начинается вся эта свистопляска, которая была сейчас уж совсем ни к чему. Внезапно сверху послышался топот, и через секунду на молодого человека и Толика уже набегал, прыгая через две ступеньки, бородатый теоретик, обогнавший их минуту назад. Он уже не насвистывал, лицо его было сосредоточенным и неподвижным. Бородач промелькнул мимо, обращенный мыслями внутрь, и скрылся внизу. Пирошников в недоумении разгладил лоб, соображая, кто же повинен в их повторной встрече — бородач или он сам? Кто кого вторично встретил, так сказать? Тут же он понял, что на этот раз аспирант профессора, по-видимому, заплутал на лестнице самостоятельно. Пирошников злорадно ухмыльнулся, но надо было предпринимать какие-то действия для собственного блага, а потому он решительно двинулся вверх, приговаривая:
— Ничего, малыш! Мы их всех, конечно, скрутим, хоть всех скрутить ужасно трудно.
Скандируя этот стих так, чтобы ударения приходились на каждую ступеньку, Пирошников с мальчиком поднялись еще этажа на четыре, не встретив, однако, знакомой двери. Голоса дядюшки и Ларисы Павловны к этому времени пропали насовсем, и на лестнице наступила тишина. Пирошников продолжал подъем размеренным шагом, экономя силы и дыхание, будто решил на этот раз переупрямить лестницу. Толик с серьезным видом вышагивал рядом и не задавал никаких вопросов, чем весьма радовал молодого человека.
Через некоторое время произошла новая встреча с теоретиком. На этот раз на наших героев обрушился почти в буквальном смысле слова человек в расстегнутой куртке, с кепкой, сбитой на затылок, и, как говорится, совершенно обалдевший. Он тяжело дышал и в смятении теребил свою бороду, а его глаза были раскрыты так широко, что казалось, сейчас выпадут из орбит и поскачут по ступенькам вниз наподобие пинг-понговых шариков. Бородач остановился, не добежав до наших героев двух шагов, судорожно вздохнул и попытался привести себя в порядок. Он вгляделся в Пирошникова и только тут наконец по его лицу скользнул лучик узнавания.
— Послушайте, — хрипло сказал он. — Что за чертовщина?
— Извините, нам некогда, — в высшей степени вежливо и мягко проговорил наш герой и обошел собеседника. Не оглядываясь, Пирошников с Толиком пошли дальше вверх, а теоретик, проводив их глазами, так и остался стоять посреди пролета.
— Понимаешь, Толик, — объяснял Владимир мальчику. — Ты ничему не удивляйся, пожалуйста, и не вешай носа. Когда устанешь, скажи мне. Мы должны найти Наденьку, правда?
Толик кивнул, но посмотрел на Пирошникова с беспокойством. По всей вероятности, мальчик уже заметил несуразности в поведении лестницы и теперь искал у молодого человека уверенности.
— Теперь я ее знаю, — продолжал Пирошников, обращаясь одновременно к себе и Толику. — И теперь мы вместе кое-что знаем, верно? А поэтому… А поэтому мы сильнее! Вот так, малыш!
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 137
