— Броз в то утро сбежал.
— Давайте все упростим, — говорит Хартман. — Просто не дайте ей встретиться с Брозом.
Пропаганда
Пропаганда, которая выглядит как пропаганда, — плохая пропаганда.
Мы Они невинны виноваты правдивы лживы и занимаются пропагандой защищаемся нападают законопослушны преступники уважаем договоры и соглашения и подчиняемся международному праву; миротворцы — мы пользуемся силой, чтобы защитить закон и порядок лгуны, обманщики, воры и оппортунисты, нарушающие все договоренности боремся за справедливость и защищаем гражданские права банда преступников и бандитов; тиранят как соседей, так и собственно население наше руководство выбрано народом их руководство — узурпаторы, которые не имеют народной поддержки и в конечном счете будут свергнуты
Враг убивает, мучает и совершает другие зверства, потому что он садист, получающий удовольствие от убийства.
Мы совершаем насилие из стратегических соображений, потому что враг нас к этому вынуждает.
Убийство является оправданным, если люди не получают от него удовольствия и когда оно совершается «чисто» — желательно с антисептического расстояния. Поэтому ковровые бомбардировки и зоны свободного огня во Вьетнаме были оправданными мерами, а рукопашная резня в деревне Май Лай — военным преступлением.
Опыт свидетельствует о том, что ничто так не возбуждает народные страсти, как история зверств.
Эта война ведется против варварства. Мы сражаемся с народом, который, по примеру доисторических эпох, порабощает население завоеванных земель, который похищает женщин и девушек, готовя им еще худшую участь, который в своем безумном желании завоевать мир и попрать его своими ногами не останавливается ни перед чем и не уважает никаких договоров. Поэтому с помощью нашей победы мы хотим обеспечить мир во всем мире, основанный на свободе и демократии…
Сенатор
Генри Кэбот Лодж американскому Сенату 4 апреля 1917 годаПропаганда осуществляется в Америке гораздо успешнее, чем это можно себе представить. Главное достижение заключается в том, что она осуществляется на невербальном уровне. Ее сила — в ее незаметности, ибо невозможно одержать победу над бездействием.
Для того чтобы война выглядела справедливой, надежнее всего придать ей вид оборонительных действий.
Короче, нужно доказать то, во что люди и так уже хотят верить, и оправдать то, что они и так уже хотят сделать.
Поиски материала не представляли особого труда для Тедди Броуди. Ночные бдения, быстрое чтение и конспектирование тоже были для него довольно привычным делом. Не слишком волновало Тедди и то, что из-за этого ему пришлось отложить встречу с Сэмом из Анахайма, который летом работал тренером по фитнесу, а зимой — лыжным инструктором в Стимбоут Спрингз. В конце концов, тело — это только тело, а его сейчас интересовало совершенно другое. Да и вообще, в эпоху СПИДа, генитальных бородавок, герпеса, презервативов и взаимной мастурбации чем реальное сношение отличается от видео или сна?
Тедди уже предчувствовал, что самым сложным станет подгонка под необходимый объем. Сокращение до одной страницы было настоящим подвигом краткости для человека, с отличием закончившего колледж, не говоря уж о Иеле. Сложность заключалась не только в выборе материала, но и в его сокращении, а это означало, что у Тедди не было возможности что-либо развить и объяснить, доказать и сделать выводы, так что ему оставалось только полагаться на сообразительность читателя. А это требовало поистине кьеркегорианского прыжка веры. Однако, единожды сделав его, можно уже было ни о чем не заботиться.
Самым сложным для него оказывается цитирование без указания источников.[75] Отсутствие должного научного аппарата приводит его в такой ужас, словно он обделался в общественном месте. Боже милостивый, в академической науке это считается плагиатом! Еще двадцать лет тому назад за это увольняли ректоров университетов. Кандидаты в президенты, то есть, по определению, профессиональные лжецы, прекращали из-за этого свои кампании. И тем не менее Тедди понимал, что Бигл не станет читать сноски и примечания: ему было наплевать, кому принадлежит та или иная мысль. В Кинемате это не имело никакого значения и создавало лишь дополнительные препятствия. Это считалось интеллектуальным мусором. Единственным исключением стало высказывание Лоджа, так как оно доказывало, что на протяжении уже нескольких войн мы пользуемся одними и теми же средствами, которые каждый раз идеально срабатывают. И когда Тедди вручает Биглу свой труд, где каждое слово беззастенчиво и цинично у кого-то заимствовано, он чувствует себя так, будто окончил высшее учебное заведение. Он даже не дожидается, когда ему вручат диплом. Бигл, обратившись к нему с этой просьбой, научил его чему-то очень важному и существенному и сделал из него более совершенного человека. И теперь у Броуди появилась возможность добиться успеха в Голливуде. «Наконец-то, — думает он, — я научился воровать». Тедди испытывает такое воодушевление, что в ту самую минуту, когда он вручает Биглу свой текст о пропаганде, его посещает мысль о том, чтобы написать собственный сценарий. Он точно знает, у кого украдет сюжет, структуру и образы героев и как он их переработает, чтобы его версия выглядела свежей и оригинальной.[76] Добравшись до дома» он тут же садится и принимается писать заявку. Уже через несколько часов у него готов первый вариант. Утром он его перечитывает, исправляет орфографические ошибки, снова перечитывает и, распечатав, берет с собой на работу.
Бигл всю ночь читает полученную страницу, которая для него столь же загадочна как стратегия Сунь-Цзы или предсказание «И-Цзин». Тедди Броуди с нетерпением ждет прихода Бигла, чтобы услышать от него проклятие или благословение. И если Бигл похвалит его творение, тогда он сможет сказать: «Не согласитесь ли прочитать мою заявку?»
Бигл просыпается в пять утра. За окном царит кромешная тьма — даже не предрассветные сумерки. Сна ни в одном глазу. Сначала ему кажется, что его посетило вдохновение, но все дело в печени. Не то чтобы по ночам его никогда не осеняли прозрения, но в данном случае его разбудил застой в печени.
