и сам Исхир оказался мирянином. А то, что называет он своей церковью, то церковью никогда не было, а есть небольшой жилой домик малолетнего сироты по имени Исиона. Посему-то дали мы это свидетельство,[1128] заклиная тебя Вседержителем Богом и владыками нашими Константином Августом и славнейшими кесарями, чадами его, довести все это до сведения их благочестия. Исхир – не пресвитер кафолической Церкви, не имеет у себя церкви, и чаша никогда не была разбиваема, но все это он лжет и вымышляет. В консульство светлейших Юлия Констанция, светлейшего патриция,[1129] брата благочестивейшего царя Константина Августа, и Руфина Альбина, в десятый день месяца Тот».[1130]
Так показали пресвитеры.
77. Епископы же, прибывшие с нами в Тир,[1131] увидев заговор и козни, написали и засвидетельствовали следующее:
«Сошедшимся в Тире епископам,
почтеннейшим господам, из Египта прибывшие [Col. 388] с Афанасием епископы кафолической Церкви желают о Господе радоваться.
Думаем, что небезызвестен уже заговор, составленный против нас Евсевием, Феогнием, Марином, Наркиссом, Феодором и Патрофилом.[1132] И в самом начале все мы, через сослужителя нашего Афанасия, изъявляли несогласие, чтобы в их присутствии выслушано было дело, зная, что присутствие не только многих, но даже одного врага может произвести смятение и вред при слушании дела. Ибо и вы сами знаете вражду их, которую возымели не к нам только, но и ко всем православным (τοὺς ὀρθοδόξους), потому что из-за Ариева безумия [1133] и нечестивого учения они на всех ожесточаются и всем строят козни. Поскольку же мы, полагаясь на истину, пожелали показать клевету, какую мелетиане возвели на Церковь, то не знаем, сколько попыток делали Евсевиевы приверженцы, чтобы опровергнуть утверждаемое нами, и как много прилагали старания, чтобы слова наши были отринуты, а тех, кто судил беспристрастно, одним угрожали, другим наносили обиды, только бы иметь успех в том, чего домогались против нас. И может быть, богодухновенное ваше благоговение (ἡ ἔνθεος ὑμῶν εὐλάβεια), почтеннейшие господа, не знало составленного ими заговора, но полагаем, что теперь стал он явен. Ибо вот сами они явно показали этот заговор, потому что из своей среды пожелали послать в Мареот людей подозрительных, чтобы в наше отсутствие, пока мы находимся здесь, привести им в смятение [тамошний] народ и сделать, что им было угодно. Они знали, что ариане, коллуфиане и мелетиане суть враги кафолической Церкви, потому и постарались послать их, чтобы в присутствии врагов сплести против нас козни, какие захотят. И здешние мелетиане, как бы зная, что будет производиться это следствие, за четыре дня послали от себя нескольких человек, а вечером отправили гонцов,[1134] чтобы собрать мелетиан из Египта в Мареот, потому что вовсе никого там не было, а коллуфиане и ариане из других мест, и научить их говорить против нас. Ибо и вы знаете – сам Исхир признавался перед вами, – что не более семи человек было у него собрано. Итак, после того, как устроили они все что хотели и послали людей подозрительных, слышим мы, что, приступая к каждому из вас, требуют они подписи, желая показать, что дело было произведено по общему вашему рассуждению. Это и побудило нас писать к вам и сообщить сие свидетельство. И мы свидетельствуем, что они – против нас в заговоре, что от них и из-за них терпим мы козни; а также просим вас, [Col. 389] имея в мысли страх Божий и осудив их за то, что без нас посылали того, кого мы не хотели, не подписываться, чтобы не могли они сказать, будто бы вами сделано все то, что сами от себя злоумышляют они против нас. Ибо сущим во Христе прилично не человеческое что-либо иметь в виду, но предпочитать всему истину (ср. Флп. 4:8). Бойтесь не угроз, которыми устрашают они всякого, и не заговора, но более всего – Бога. Если вообще следовало посылать в Мареот, то и нам надлежало там быть, чтобы могли мы изобличить врагов Церкви и показать чуждых ей и чтобы исследование дела было чисто. Ибо знаете, что Евсевиевы приверженцы замыслили пустить в ход письмо, будто бы написанное против нас коллуфианами, мелетианами и арианами. И само собой ясно, что они, как враги кафолической Церкви, не скажут о нас ничего истинного, говорят же все против нас. Но закон Божий не позволяет врагу быть ни свидетелем, ни судьей. Посему-то, как обязанные дать отчет в день Суда, приняв это свидетельство и узнав о составленном против нас заговоре, по просьбе нашей остерегитесь делать что-либо против нас и соглашаться с рассуждением Евсевиевых приверженцев. Ибо опять знаете, как говорили мы прежде, что они – враги нам, а потому и Евсевий Кесарийский издавна стал нашим врагом.[1135] Желаем превозмогать вам, превожделенные господа».
78. «Флавию Дионисию, светлейшему комиту, от египетских епископов кафолической Церкви, сошедшихся в Тире.
Думаем, что небезызвестен уже заговор, составленный против нас Евсевием, Феогнием, Марином, Наркиссом, Феодором и Патрофилом. И в самом начале все мы через сослужителя нашего Афанасия изъявляли несогласие, чтобы в их присутствии слушано было дело, зная, что присутствие не только многих, но даже и одного врага может произвести смятение и вред при слушании дела. Ибо очевидна вражда их, которую возымели они не к нам только, но и ко всем православным, потому что на всех ожесточаются, всем строят козни. Поскольку же мы, полагаясь на истину, пожелали показать клевету, какую мелетиане возвели на Церковь, то не знаем, сколько покушений делали Евсевиевы приверженцы, чтобы опровергнуть утверждаемое нами, и как много прилагали старания, чтобы слова наши были отринуты; и кто судил беспристрастно, из тех одним угрожали, другим наносили обиды, только бы добиться успеха в том, что домогались [сделать] против нас. И может быть, доброта (ἡ χρηστότης) ваша не знала заговора, составленного ими против нас; полагает теперь, что стал он явен. Ибо вот сами они явно показали этот заговор, потому что из своей среды пожелали послать в Мареот людей подозрительных, чтобы в наше отсутствие, когда мы здесь, [Col. 392] привести им в смятение народ и сделать, что им будет угодно. Они знали, что ариоманиты, коллуфиане и мелетиане суть враги кафолической Церкви, потому и постарались послать их, чтобы в присутствии врагов сплести против нас козни, какие захотят. И здешние мелетиане, как бы зная, что будет производиться это следствие, за четыре дня послали от себя нескольких человек, а вечером отправили двоих гонцов, чтобы собрать мелетиан из Египта в Мареот, потому что вовсе
