от Преславного Аллаха.
Имам Реза, объясняя высокое положение имамата, говорит: «Он [= имам] подобен звезде, далекой от рук стремящихся коснуться ее и от описания описывающих. Куда воле до этого и где разум по отношению к этому!»[354] Человек не может познать имама разумом. Имам не является человеком, которого другие могут узнать и поставить его руководителем и халифом. Нашему разуму не дано понять положение имама.
Когда пятый имам скончался, Салим ибн Аби Хафса сказал: «Я сказал его друзьям: “Мы потеряли имама, который не застал Пророка (да благословит Аллах его и род его!) и не жил во времена Посланника Аллаха. Но когда он говорил: «Сказал Посланник Аллаха (да благословит Аллах его и род его!)», никто не спрашивал: «Вы же не видели Пророка. Как же вы передаете его слова?» И его ученики, верные его верховной власти, принимали эти слова”» .
Салим ибн Аби Хафса говорит: «После мученической гибели имама Бакира мы явились к его сыну, Джа‘фару ибн Мухаммаду, чтобы выразить соболезнования. Сначала мы сказали: “Воистину, мы принадлежим Аллаху, и, поистине, к Нему мы и вернемся”, а затем продолжили: “Ушел из этого мира тот, кто не посещал Пророка (да благословит Аллах его и род его!)”. Однако когда он говорил: “Сказал Посланник Аллаха (да благословит Аллах его и род его!)”, никто не спрашивал: “С чьих слов вы говорите?” Такого человека больше не будет». К тому времени для них еще не стал очевидным вопрос о верховном правлении имама Садика.
Затем после некоторого молчания имам Садик сказал: «Сказал Аллах – Велик Он и Славен: “Воистину, среди рабов Моих [есть такие], кто дает милостыню на половину финиковой косточки, и Я взращиваю ее, как не взращивает ни один из вас, и ухаживаю за ней до тех пор, пока она не станет словно [гора] Ухуд”».
Салим ибн Аби Хафса и прочие ученики, присутствовавшие при этой сцене, сказали: «Его выдающийся отец передавал слова Пророка непосредственно, а он достиг той степени, что передает непосредственно от Аллаха!»
Да, Преславный Аллах обращается к избранникам Своим, вкладывая в их сердца религиозное учение. Это откровение не носит религиозно-законодательного характера. Подобное откровение – удел пророков. Однако после Печати пророков уже никто не располагает религиозно-законодательным откровением, вводящим новые обязательные предписания или традицию. В сердцах же избранников Всевышнего вложенное в них истинное религиозное учение предстает в качестве лика Аллаха. Поэтому имам Садик возвещает: «Сказал Преблагословенный и Превеликий Аллах…».
После окончания описанного выше эпизода Салим ибн Аби Хафса говорит: «Я вышел от Имама, отправился к друзьям и сказал: “Я не видел ничего более удивительного чем то, что мы принимали слова имама Бакира (мир ему!), когда он, никогда не видевший Пророка, говорил: «Сказал Посланник Аллаха (да благословит Аллах его и род его!)» и передавал речения Пророка без каких-либо посредников. И мы считали его великим. Но имам Садик (мир ему!), ни к кому не обращаясь, непосредственно возвещает: «Сказал Аллах…»!”»[355]
Имамы и воспитанники их школы
Достичь степени имама нельзя, но можно стать его учеником. Ученики были обычными людьми, возвысившимися до этой степени. Они не были имамами или детьми имамов. Они были простыми людьми, ставшими избранниками Аллаха благодаря своему старательному учению. Этот путь был нелегким, но их никто не побуждал и не приказывал идти по нему.
Шестой имам сказал: «Я и мой отец – счастливые заступники Хамрану ибн А'йану. В День всеобщего воскресения мы возьмем его за руку и не отпустим ее до тех пор, пока все вместе не войдем в рай»[356]. Хамран ибн А‘йан был простым юношей, который стал религиозным ученым и достиг этой степени. Человек не сможет сказать: «Трудно достичь степени избранника Аллаха». В День всеобщего воскресения станет очевидно, что путь был открыт, просто мы по нему не пошли.
Если бы не было божественного приговора о том, что каждому человеку определен свой срок жизни, то эти избранники не пожелали бы оставаться в этом мире: «Если бы не сроки, предписанные им Аллахом, не оказался бы дух их в теле их из страха перед наказанием и в стремлении к награде»[357].
Воин, раненый на поле битвы, испытывает удовольствие. Он не страшится смерти. Но если лицемера или неверующего хватит удар, то он постоянно будет находиться в страхе перед смертью, ибо смерть на языке религии означает нечто иное, нежели смерть на языке медицины. В медицине, когда тело человека остыло, говорят: «Он умер». В религии же смертью называют перемещение из земного мира в Перешеек. Какие только тяготы не испытывает такой человек на пути в Перешеек!
У имама Бакира спросили: «Что чувствовали мученики Кербелы под градом стрел?» Имам ответил: «Как будто вы двумя пальцами давите на другой палец. Что вы ощущаете? Мученики Кербелы под натиском стрел, копий, мечей и кинжалов чувствовали то же самое. Когда дух пребывает в ином месте, он не чувствует боли. Тот, кто обращен к своему Господину и стремится к встрече с Ним, не знает усталости, голода и жажды».
В своей проповеди «Хаммам» Али ибн Аби Талиб сказал, что богобоязненные жаждут перейти в иной мир. Однажды он взял Кумайля ибн Зийада ан-Наха‘и за руку, вывел его за пределы Куфы и, открывая ему свое сердце, произнес следующий известный хадис: «О Кумайль ибн Зийад, воистину, эти сердца – хранилища, и лучшее из них то, что смогло сохранить [доверенное ему]»[358].
Ученики имамов находились на разных ступенях духовного развития. Поэтому имамы для всех были разными. Одним они давали поверхностные ответы на их вопросы, а другим говорили: «Приходите, проведем вечер в общем кругу». И открывали перед ними двери знания и мудрости. «Посмотри, как различается путь здесь и там!»
Однажды восьмой имам отправил свое верховое животное за своим известным учеником Ахмадом ибн Мухаммадом ибн Аби Насром Бизанти: «Приходи, сегодня вечером будешь при мне!» Когда разговор с Ахмадом ибн Мухаммадом начал подходить к концу, и он собрался уходить, Имам сказал: «Сегодня за ужином будь при мне». Когда ужин закончился и Ахмад ибн Мухаммад снова был готов уйти, Имам сказал: «Нет, спи здесь». И по приказу Имама Ахмаду приготовили его личное постельное белье[359].
Повелитель верующих, Фатима Захра, имам Хасан, имам Хусайн и выросшая у них в доме служанка Физза несколько дней держали пост. Я рассказываю об этом историческом факте для того, чтобы показать, что и мы можем достигнуть этой ступени.
