Теперь о коэффициенте весомости для этой группы. Историческая судьба ведизма является наглядным примером того, что обладание добротным объективным базисом само по себе еще не гарантирует выживаемости религии в веках истории. Так что для этой группы качеств было выбрано значение Kgj, равное 0,2.
Вторая группа качеств, группа теологического плана, демонстрирует в целом более высокие средние оценки, чем первая. «Двоечников» здесь вообще нет, да и уверенных «хорошистов» побольше. Ими оказались протестантизм, индуизм, конфуцианство и ведизм. Однако поскольку социальная значимость теологической стройности и глубины, всеохватности и теоретической правильности в настоящее время не рассматривается в качестве необходимейших условий существования религии, то соответствующий этой группе коэффициент весомости Kgj выбран наименьшим Kgj = 0,1. Что говорить, если сектантство и мракобесие, движения извращенцев и сатанизм сегодня распространены в ряде таких стран, которые считают себя цивилизованными. То есть прореха современного мира, а не чисто религиозная вина.
Третья группа качеств демонстрирует заметную степень дифференциации. В этой группе четко выделяется большая группа «троечников», к которым относятся религиозные учения западного толка, а также учения азиатского происхождения, напрямую контактирующие с Западом и даже в значительной степени пропитавшие его своими идеями. Столь же четко выделяется и группа «хорошистов», причем, что очень важно, «хорошистами» оказались религиозные учения восточного толка, напрямую не контактирующие с Западом, а также ведизм.
Так на каком же конце земного шара, позвольте вас спросить, можно усмотреть более позитивную социальную направленность, на западе или на востоке? К сожалению, при оценке современного и особенно будущего состояния того или иного религиозного учения критерий позитивной социальной направленности не является особо значимым. По крайнем мере, он совсем не однозначно определяет место этого учения в современных движениях человечества. Поэтому коэффициент весомости третьей группы также был взят Kgj = 0,2.
Четвертая группа качеств позволяет нам в целом оценить реальную мощь религиозного учения в современном мире, его устойчивость и живучесть. Показатели этой наиболее «практической» группы для нашей оценки являются наиболее значимыми. Поэтому этой группе был присвоен максимальный коэффициент весомости Kgj = 0,5. И хотя все оценки в этой группе для рассматриваемых учений не превосходят «четверки», все же можно выделить бесспорных лидеров этой группы. Их четыре: протестантизм, ислам, иудаизм и конфуцианство. Причем иудаизм получил наивысшую оценку, равную 3,73. Это интересный и довольно важный результат. Он тем более важен, что во всех других группах иудаизм, скажем так, оценками не блещет. В список «двоечников», то есть аутсайдеров, попали и православное христианство, и буддизм, и индуизм. Эти религиозные конфессии если и не сдают своих позиций, то и не очень-то усиливаются. Бесспорным же аутсайдером этой группы стал ведизм. В связи с этим нельзя не отметить, что в других группах ведизм показал очень высокие результаты.
Рассмотрим теперь таблицу № 2, итоговую таблицу для оценки современного состояния религиозных учений, оценки стратегической значимости каждой религии в общемировом балансе религиозных сил нашего времени. Сразу бросается в глаза, что ни одно из религиозных учений при итоговой оценке не «дотянуло» до четверки. Это говорит о том, что ныне чисто религиозная деятельность хотя и играет заметную роль, но все же не является столь уж определяющей в социальном мире. Процесс секуляризации продолжает делать свое дело и сегодня.
Из таблицы № 2 следует, что наиболее высокую итоговую оценку (в среднем равную 3+) получили протестантизм, ислам, иудаизм, конфуцианство. Такой результат связан прежде всего с присвоением четвертой группе качеств высокого значения коэффициента весомости. Более слабыми показателями обладают православное христианство, буддизм, ведизм. Их оценки либо близки к 2, либо заметно менее 2. Насчет ведизма все понятно, ведизм получил самую минимальную итоговую оценку в четвертой группе качеств. То, что буддизм оказался в этой же категории «двоечников», тоже довольно понятно, его социальная пассивность известна.
А вот то, что православная ветвь христианства оказалось в кругу довольно слабых религиозных конфессий, может вызвать у многих людей, проживающих в России, не очень благоприятную реакцию. Но что поделаешь. Ведь если мы положа руку на сердце сопоставим сегодняшнюю реальную мощь православных церквей с организационными структурами и их человеческим «наполнением» других религиозных конфессий, то вынуждены будем признать, что итоговая оценка 2,66 (все же больше «неуда») соответствует действительности. Эта оценка не надумана, с ней надо считаться, какой бы прискорбной она ни казалась некоторым из нас.
Совсем не случайно, что приверженцев православной ветви христианства в мире насчитывается сегодня около 150 млн человек, тогда как католиков – более миллиарда, мусульман – тоже около того. А сколько в мире китайцев, так или иначе являющихся последователями конфуцианства? Точно не одна сотня миллионов человек. Да и индусов тоже заметно больше, чем православных христиан. В ХУШ – XIX веках и в начале XX века ситуация в православной ветви христианства была иная. Но что было, то прошло.
Из всех христианских ветвей наиболее высокую итоговую оценку получил не католицизм, а протестантизм, религия, которая в наибольшей степени соответствует западному духу. Такая оценка опять же не случайна, поскольку протестантизм не только в четвертой группе получил высокую оценку, он и в других группах (1, 2 и 3) имеет такую же оценку.
Общий вывод, который мы должны сделать на основе этих данных, сводится к следующему. Доминирующими религиозными учениями, оказывающими наиболее сильное влияние на общемировые процессы, сегодня являются четыре: протестантизм, иудаизм, ислам, конфуцианство. Именно их взаимодействие, скорее всего, будет определять в ближайшем будущем основные направления общемировой религиозной динамики.
3.2.2. Нужна ди религиозная динамика
Прежде чем говорить о религиозной динамике, следует ответить на один важный вопрос: а нужна ли эта самая динамика в принципе? То есть нужно получить ответ на вопрос, нужны ли вообще какие-либо религиозные изменения, насколько они представляют собой объективную необходимость? Этот вопрос напрямую связан с другим вопросом. Должны ли заложенные еще в глубокой древности те или иные религиозные догматы, ритуальные нормы находиться и поныне в своей полной неприкосновенности, продолжая оставаться актуальными и по сей день?
Ежели считать, что человечество есть живой организм, а не окончательно закоснелая структура хотя бы в чисто социальном плане (идеи подобного рода уже существуют, см., например, /85/), то и религиозные формы его бытия (выскажемся здесь так) должны изменяться со временем. Мировая история такие изменения регулярно нам демонстрирует. На месте древних религий возникают новые, которые в свою очередь если не заменяются впоследствии еще более молодыми своими собратьями, то по крайней мере испытывают заметную, иногда радикальную трансформацию. Нередко от «старых» религий отпочковываются вполне самостоятельные ответвления, которые, с одной стороны, содержат внутри себя ряд новых идей, а с другой – продолжают опираться на старый теологический и ритуальный багаж.
На последнем факте обычно и строят свои возражения многие наиболее рьяные сторонники религиозной ортодоксии, то есть религиозные консерваторы. Они полагают, что древность дала нам истинное откровение, которое с течением времени мы по своему неразумию и неверию утратили, что и привело к ряду негативных явлений. Поэтому, по их мнению, следует вернуться к самым-самым истокам религиозной мысли и там черпать истинную мудрость. Вполне однозначная точка зрения. Но правы ли они, а если правы, то в какой степени?
Прежде всего, как мы уже установили ранее, таким самым древним учением (из всех ныне обозримых), следуя логике, должен стать ведизм, а не какое-либо другое учение. Однако поворота в сторону ведизма сегодня что-то не наблюдается. Именно позже возникшие учения претендуют на пальму первенства глубокой древности, что должно считаться подтверждением их глубокой мудрости. Вполне в духе времени, но далеко от истины.
Подойдем к этому вопросу с теоретических позиций. Предположим, что действительно все основные положения какой-либо наиболее древней религии – самые верные, а все последующие изменения являются лишь поздними искажениями истины. Тогда что нам, современникам, брать и переносить в наше настоящее из глубин древности? Неужели абсолютно все?
