Пизанио
По двадцать миль с рассвета до заката,И то с большим трудом, принцесса.
Имогена
Что?Да человек, плетущийся на казнь,Не медлит так. Быстрей песка в часах,Я слышала, на скачках кони мчатся.Ах нет, все это глупости. ИдиСкажи моей служанке, чтоб онаПрикинулась больной и отпросиласьДомой к отцу. Немедленно достаньПростое платье для дороги мне,Как у крестьянок здешних.
Пизанио
Госпожа,Обдумать надо…
Имогена
Нет, вперед, вперед!Все, что кругом, что справа, слева, сзади,Бледнеет, как в тумане, предо мной.Беги же. Все исполнить не забудь.О Мильфорд! Лишь туда ведет мой путь!
Уходят.
Сцена 3
Уэльс. Гористая местность. В скалах пещера. Из пещеры выходит Беларий; за ним Гвидерий и Арвираг.
Беларий
День слишком ясен, чтоб сидеть под крышейСтоль низкой. Сыновья мои, нагнитесь.Вас учит этот вход склонять главуПред небесами в утренней молитве.У королей так кровля высока,Что и гигант пройдет под ней, не снявЧалмы надменной для поклона солнцу.Так будь благословенно ты, о небо!В пещере мы живем уж много лет,Но благодарны более тебе,Чем жители дворцов.
Гвидерий
Привет, о небо!
Арвираг
Привет!
Беларий
Теперь пора и на охоту –Вам, легконогим, вон на тот утес,А мне в долину. И когда я сверхуВам покажусь с ворону, то заметьте,Что место, на котором мы стоим,Нас умалить иль возвеличить может.Тогда припомните мои рассказыО принцах, о дворцах, делах военных.О том, что свет не по заслугам чтит,А за уменье льстить. И, помня это,Вы пользу извлечете из всего.Утешьтесь тем, что жук короткокрылыйПорой надежней защищен бывает,Чем воспаривший в облака орел.Поверьте, дети, наша с вами жизньДостойней прозябанья в суетеИ вечном униженье. Мы богачеПодачками живущих вертопраховИ благородней щеголей нарядных,Берущих в долг шелка свои; торговецС поклоном провожает их, однакоНе вычеркнет из списка должников.Нет! Мы счастливей их!
Гвидерий
Ты видел свет,А мы еще бескрылые птенцы,Гнезда не покидавшие; нам дажеОкрестный воздух незнаком. Конечно,Коль счастье заключается в покое –Мы счастливы. Ты, знавший столько горя,Покою рад под старость. Но для насТакая жизнь в неведенье – темница,И мы, как должники, порог ееПереступить не смеем.
Арвираг
Что мы сможем,Состарившись, как ты, поведать людям?Как дни в пещере этой душной, мрачной,Под шум дождя и злой декабрьский ветерМы станем коротать? Мир незнаком нам.Как звери мы; хитрей лисы в охоте,Смелей волков в погоне за добычей.В чем доблесть наша? Затравить бегущих?Из клетки сделав клирос, мы, как птицы,Свою неволю сами воспеваем.
Беларий
Что слышу я! Когда б вы только зналиВсю мерзость городов! С придворной жизньюРасстаться трудно, но еще труднееЖить при дворе. Путь к славе – путь к паденью;Так скользок он, что страх упасть страшнейПаденья самого! А ратный труд?Ты ищешь славы в доблестном бою,А смерть найдешь – тебя же и помянутПозорною хулой за славный подвиг.Как часто доблесть клеветой встречают!И, что всего ужасней, ты покорноНесправедливость вынужден сносить!..О дети! Мир на мне прочесть бы могВсю эту повесть. От мечей врагаЯ весь в рубцах; я был в зените славы,Сам Цимбелин любил меня; едваРечь заходила о храбрейших – тотчасВ устах у всех мое звучало имя.Я был подобен дереву, что гнетсяПод тяжестью плодов; и в ночь однуВор или вихрь – зовите как хотите –Унес мою листву, меня оставивНагим под стужей.
Гвидерий
Как превратно счастье!
Беларий
Клянусь, за мною не было вины,Но два лжеца монарху нашептали,Что с Римом в тайный сговор я вступил,И клевета их восторжествовалаНад честностью моей. Меня изгнали.Уж двадцать лет, как этот лес и скалы –Мой мир. Здесь на свободе я живуИ небу возношу хвалу усердней,Чем в дни былые. – Но пора вам в горы.Охотник быть не должен краснобаем.Кто первый дичь подстрелит – тот корольНа нашем пиршестве, другие двое –Прислужники. Мы можем не бояться,Что пищу нам предательски отравят,Как во дворце. Мы встретимся в долине.
Гвидерий и Арвираг уходят.
Да, трудно подавить в себе природу.Не знают юноши, что оба – принцы,А Цимбелин – что живы сыновья.Они меня своим отцом считают,Но хоть взрастил я их в пещере низкой,Где в рост не встать, и в бедности – однакоОни мечтой стремятся во дворецИ царственность природы их виднаВо всем, чему других и не научишь.Так Полидор, наследник Цимбелина, –Король его Гвидерием назвал, –Когда, усевшись на трехногий стул,Я речь веду о подвигах военных,С восторгом пламенным внимает мне.Едва скажу: «Так пал мой враг, а такЯ наступил ему ногой на шею», –К его щекам кровь царственная хлынет,Пот выступит, и в страшном возбужденьеОн жестами рассказ мой дополняет.Брат младший Кадвал – прежде Арвираг –К моим речам внимателен не меньше,Свой нрав горячий выдавая… – Чу!Они спугнули зверя… – О король!Известно только совести моейДа небу, что безвинно изгнан яИ потому твоих детей похитил,Лишив тебя наследников, как тыЛишил меня всего. А Эврифила,Кормилица, им заменила мать,И чтут они досель ее могилу,Меня ж, Белария, – теперь я Морган –Отцом зовут. – Да, началась охота!
