– Оружие, господа! – крикнул кот, кидая Алексу и Гофману по шпаге.
– Но… сударь, она же деревянная?! – обалдел великий писатель.
– Ну, уж какие получились. Я заказывал нормальные.
– А я могу драться и этим. – Командор прокрутил кистью деревянный клинок. Он все может!
– Постойте, а давайте решим все проблемы мирным путем? – жалобно встряла я.
Но меня никто уже не слушал. Началось великое сражение между армией Крысиного короля и командой «Оборотни плюс Гофман», правда, пока без меня. Я еще надеялась на силы дипломатии. И просто было лень драться…
– Используй Кракатук, – нетерпеливо прошептала я коту.
Но он был весь захвачен битвой и упоенно размахивал деревянной шпажкой, отбивая удары. Дорвался, блин, герой в сиропе…
Алекс с Гофманом рубились, прикрывая друг друга спинами. Судя по их радостно-возбужденным лицам, все мужчины на свете не могут и дня прожить, чтоб хоть с кем-нибудь не подраться. Правда, агент 013 из-за роста закрывал только ноги товарищей, но тем не менее отчаянно сражался с пятью черными головорезами в кожаных курточках с шипами и кривыми кинжалами.
Я вздохнула и попыталась отобрать у кота орех, который он сжимал в левой передней лапе. Но крысы были уже в курсе, что он у нас, от их внимания не ускользнуло волшебное появление деревянных шпаг, которое продемонстрировал Профессор, и атаковали нас с особой прытью и воодушевлением. Но теперь кот отбивался не только от них, но и от меня. Это труднее…
– Оставь меня, психованная, я сам знаю, что делаю!
– Шайтан тебя раздери, так загадай поскорей, чтобы все это прекратилось!
– Не могу, думаешь, я не пытаюсь… Мне трудно сосредоточиться на одной мысли в такой… суете! – пыхтя, отозвался Профессор, теснимый врагами.
– А кто это все начал?! Кто нам тут провокационно орал: «Оружие, господа!»? – сердито передразнила я, и в тот же миг меня сбили с ног.
Несколько крыс повалили меня наземь, бесстыдно обыскали, ничего не нашли, но удерживали, стянув хвостами запястья и лодыжки. Алекс кричал, что он меня освободит, чтобы я продержалась еще чуть-чуть. А меня вдруг охватило такое равнодушие к происходящему, такая апатия, что я просто расслабилась и отдыхала. Если бы только крысы не шебуршили по мне своими ледяными лапками, можно было бы и поспать.
– Хватайте же кота, орех у него! – распоряжался из дальнего угла Крысиный король.
Вернее, один из семи королей. Слипшиеся хвосты или предусмотрительная осторожность мешали им принимать участие в битве. Да и зачем? Крыс по-любому было большинство…
В конце концов они опрокинули на пол и кота. Штук пятьдесят гвардейцев понемногу оттеснили Алекса с Гофманом от Пусика и удерживали их у противоположной стенки шатра, порядком уже изодранной шпагами и коготками. Они не палили в нас из мушкетов, видимо, чтобы не попасть в своих. Мне все это было фиолетово, единственное, что интересовало, как выкрутится наш усатый супергерой?
Он скинул с себя троих нападавших, умопомрачительным кульбитом выпрыгнул в центр шатра, быстро запихнул Кракатук себе в пасть и с трудом сглотнул! По его шерсти прошла волна.
– Ты его… проглотил?! – опешила я, садясь рывком, хотя крысы повалили меня снова, но у меня даже опять появился интерес к жизни.
Вот он, пример истинного профессионализма, так жертвуют собой во имя великого дела. Лично я бы на такое не решилась, когда орех был у меня в зубах, мне это и в голову не пришло.
Кот кивнул со скорбной миной, прижав уши к голове. Командор и писатель усилили напор и прорвались к нам. Через пару секунд я была свободна и, обливаясь слезами, вместе с Алексом наклонилась к коту, чтобы выслушать его последнее желание.
– Запить бы чем… экх-экх… нет, уже не нужно! – остановил меня кот, когда я схватила чашку с молоком со стола, за которым перед нашим вторжением трапезничали крысы.
– Хи-и-и, и-и… и-и-и-и-и-и!
– Хватит пищать, у меня уже голова болит! – рявкнула я, разворачиваясь к крысам.
– Это громогласный смех, а не писк! – рассердились сразу четыре короля.
– Да как вам будет угодно, только заткнитесь! У меня тут, может, любимый котик умирает…
Профессор поднял на меня удивленный взгляд. Ясно, жить будет, зараза…
Главный король состроил мне наглую, злорадную мину, но они замолчали. А я молчать не собиралась:
– Зря вы думаете, что сможете привести в исполнение свой коварный замысел, Юлия не останется с вами.
– Хи-хи… пи-и… квик-квик… хи-хи!
– Вздорное самообольщение! – возразил на их самоуверенный писк вдохновленный битвой Гофман.
Но тут против него неожиданно выступила сама Юлия:
– Довольно! Мой возлюбленный Крысик – король волшебной страны, а ты кто? Всего лишь нищий музыкантишка. К тому же ты похож на Щелкунчика, который был у меня в детстве, такой же уродец. Не сравнить с моим милым суженым. Какие у него маленькие розовые ручки, какой нежный тоненький носик, какие острые белые зубки! А ты? Есть у тебя хвост? Так чего же ты от меня хочешь? Ха-ха-ха-ха-ха!
Гений немецкой литературы потрясенно отшатнулся. Его переменчивая Муза презрительно оскалила остроносое личико и со страшной улыбкой повернулась к своему избраннику. Она буквально на глазах продолжала преображаться в уродливую куклу с крысиным лицом, но это не мешало ее счастью. Она лихо подкидывала на коленках своего Крысика, и оба визгливо смеялись…
– Я могу больше, чем он! Смотри же, на что способен мой разгоряченный мозг! Я лишь ждал момента, чтобы показать тебе – я могу здесь все! И мог давно закончить сражение, но мне понравилось, так редко приходилось в жизни сражаться на шпагах… Смотри и трепещи, о неверная девица!
Гофман взмахнул руками, и откуда ни возьмись на крысином столике появились бутылки, на этот раз с польской водкой, судя по надписи на этикетках.
– И это все твое могущество, жалкий пьяница?! Ха-ха-ха-ха!
Гофман как-то разом посерел. Алекс успокаивающе похлопывал его по плечу. Все, хватит, мужчины вечно все портят, настала пора вмешаться…
– Все, больше я этого бреда не вытерплю. Жаль переходить к жестоким мерам, но выхода нет. Посмотри на себя, в кого ты превратилась! – Я сунула под нос Юлии свое карманное зеркало.
С десяток самых сообразительных и преданных трону крыс бросились на перехват, но девушка уже взяла зеркало в руки, а отбирать что-то у своей будущей повелительницы они не посмели.
– Это… я? – растерянно спросила она.
– Детка, не расстраивайся… – ухмыляясь, противно проскрипел обольстивший ее Крысиный король. – Ты очень скоро привыкнешь к себе новой… хи-хи…
– Не слушай его! Я сниму наваждение, моя дорогая! – горячо вскричал Гофман.
Юлия молчала, но наклонилась к жениху и приблизила зеркало так, чтобы ее лицо отразилось в нем вместе с его мордой.
– Я становлюсь похожей на тебя, мой дорогой Крысик… – медленно произнесла она. – Наконец-то я красавица!
Командор обреченно хлопнул себя по лбу. И я тоже сдаюсь…
И тут Гофман рванул через крысиный заслон, наклонился вперед, из-за малого роста грызуны не успели этому воспрепятствовать, притянул к себе и страстно поцеловал Юлию.
– О боже, что со мной было? Любимый… ты здесь, – смущенно прошептала она, опуская глаза.
– Ура! Чары развеяны! – закричали мы с Алексом в один голос.
Потом посмотрели друг на друга – наши глаза выражали одно, он улыбнулся, привлек меня к себе и поцеловал.
– И как я сразу не догадался, – пробормотал держащийся за живот кот, скорбно качая головой.
Я посмотрела на Пусика и представила, как он целует девушку, вытянув губки трубочкой, а она тут же оплеухой отправляет его в свободный полет. Зрелище было настолько комичным, что пришлось помотать головой, чтобы сбросить наваждение. Но тут я вспомнила о проглоченном котом орехе (как он только не застрял у него в пищеводе), и жалость к маленькому страдальцу вернулась…
– Вы все испортили-и-и-и!!!
Крысиные короли, а особенно главный жених, были в ярости! Но они не успели ничего сделать. Гофман только щелкнул пальцами, гневно сверкнув на них глазами, как они стремительно начали уменьшаться и очень быстро превратились в обычных крыс, разбежавшихся с шипением и писком. Под воздействием момента наивысшего любовного экстаза, который испытал Гофман, услышав признание в любви от той, которую сам давно и, казалось, безысходно любил, он обрел возросшее могущество и разом одолел противных Крысиных королей!
