– Эй, вы! Недостойные гонители гения, – протяжно донеслось с противоположной стороны хлева. – Мне нужен ваш переходник! Или мои роботы все здесь разнесут!
– Шайтан раздери и выплюнь задницу этого порочного Заутберга! – витиевато по-восточному выругался кот.
А к нам строевым шагом направлялись толстые боевые роботы. Жуткое зрелище…
– Вы, конечно, можете переместиться. Но пока попадете к себе на Базу, получите со склада нужное оружие, вызовете спецназ и вернетесь сюда с подкреплением, кто-то из местных может ОЧЕНЬ пострадать! И их жизни будут на вашей совести…
– К сожалению, он прав. – Мой муж дал команду отступать в хлев. – Даже если мы отправим с переходником одного из нас, помощь может не успеть. Придется драться…
– В этом вонючем раю? – уперся всеми четырьмя лапками агент 013. – Хотя при зрелом размышлении мы могли бы заманить сюда противника, обкидать навозом, а когда они тут завязнут и поскользнутся, здесь же всех их и закопать!
– Вот удивятся археологи будущего, – себе под нос буркнула я. – И уж конечно, вся грязная работа ляжет на нас, а ты, сноб, будешь руководить операцией из безопасного местечка, философствуя гекзаметрами со своим древнегреческим другом?!
– Его помощь была бы нелишней, – поддержал меня командор.
– Ну, не знаю, не знаю… – пошел на попятный кот. – Все-таки в первую очередь его долг – убрать конюшни. Мифы нельзя изменять по сиюминутной воле обстоятельств. Но я попробую его уговорить, у меня талант коммуникабельности…
А я, не вступая в пустые споры, просто подняла валявшийся рядом булыжник и изо всех сил запустила в сомкнутые ряды противника. Камень угодил одному в колено, но лже-Хичкок даже не замедлил шаг. Подхватил на ходу мой булыжник и без усилий растер его в пыль…
– Кажется, нам будет не так легко справиться с этими милыми роботами, – расстроенно пробормотала я.
Мы спрятались внутри мраморного хлева, и Алекс закрыл тяжелую дверь. Но они проломили ее меньше чем за две минуты и, гуськом войдя в конюшни, продолжали двигаться на нас. Геракл, лопатой складывавший подсохший навоз в мешки, поднял голову, округлил глаза и, аккуратно прислонив орудие труда к стойлу, потянулся за палицей.
– Легких путей я не выбирал, когда нимфы две в лесах Киферона мне предложили избрать свой жизненный путь, путь наслаждений иль лишений ужасных и людям всегда помогать, не получая даже спасибо. Выбрал второе я, о чем уж не раз пожалел, но следовать должен я избранным. Раз взялся – так делай! – громко провозгласил бессмертный герой, бросаясь с дубинкой на Хичкоков.
А те вели себя более чем странно…
Кто-то пытался запугать нас объемными многослойными звуками, кто-то наездами крупным планом (то есть попросту корча страшные рожи прямо перед нашими лицами), а один вообще расстегнул пиджак, задрал рубашку и, открыв на брюхе телеэкран, стал демонстрировать ретроспективные кадры фильмов великого мастера ужасов. Все это было призвано нагнетать предельное напряжение. Профессор так и сказал:
– На меня это уже нагнетает предельное напряжение. Невозможно понять истинный смысл происходящего…
– …как в фильмах Хичкока, – автоматически продолжила я, меня внезапно осенило: – Кажется, это не только внешние копии. И – о небо! – так они убивают не только тело, но и разум.
– Рассредоточиться! – крикнул мой муж. – Они довольно неповоротливые, нападайте со спины!
Я так и сделала, но никаких проводков у них найти не смогла. Видимо, другая система. И головы у них были очень крепкие, даже палица Геракла била по ним безрезультатно. Пару он каким-то образом все же завалил, но остальные продолжали нас теснить. Отступая, мы выбежали наружу с другой стороны конюшни, там, где за деревянной плотиной текла река.
– Нужно сломать дамбу! – крикнул Профессор с единственного дерева, которое росло рядом.
Когда только он успел туда запрыгнуть? Хотя, чего гадать, котик всегда руководит сражением с безопасной высоты, это его привилегия…
– Что здесь сломать надо, однако? В деле нетрудном я равных героев не вижу, – мгновенно откликнулся Геракл.
Судя по всему, ему тоже не доставляло удовольствия проиграть битву толстым «железным людям», и он хотел закончить это дело побыстрее.
– Ломаем вон ту плотину, вода идет через хлев и вымывает весь навоз, – радостно пояснила я. – Ну и этих, непробиваемых, тоже топим, как котят. Ой, извини, агент 013, сорвалось, народное выражение…
– Действенный план и достойный, – задумчиво признал древний грек и, видя, что Алекс пытается рубить бревна плотины мечом, громко крикнул: – Посторонись, о герой торопливый! Дабы тебя не задело тяжелым железом…
После чего он подхватил ближайшего робота и легко, как в кино, запустил им в дамбу! А силища у мужика и впрямь мифическая – бревна треснули, показалась первая неуверенная струйка воды. Командор охнул, схватил меня на руки и потащил, карабкаясь на стену конюшни. Я еще удивилась – зачем, ведь снизу все лучше видно?! Но в этот момент второй Хичкок, брошенный в плотину, довершил начатое, река усилила напор, и Геракл сам едва успел запрыгнуть повыше…
Плотина рухнула! Бушующая мощь волны смыла неизвестно куда всех роботов, начисто выдраила помещение, унеся все лишнее – типа крыши, дверей, перегородок, кормов и того же злосчастного навоза.
Впрочем, вода уходила быстро. На месте хлева (или конюшни?) стояли только стены, на которых сидели мокрые мы, и та самая пара перепуганных коней, которых я видела вначале в стойлах. Хорошо, что они спаслись. Надеюсь, теперь лошадки поняли, что может произойти, если ежедневно бездумно оставлять за собой горы навоза, и впредь будут стараться гадить меньше…
Кот помахал нам лапкой с дерева, призывая спуститься вниз, в раскисшую грязь, и принять его величество.
– Ну вот мы и справились, ребята, – важно заключил он, спрыгнув к Алексу, будто бы и не отсиживался все это время на дереве.
– Отродясь не понимала, почему этот навоз никогда не убирали? Его бы всей Греции хватило на удобрение полей.
– Да вы что, смеетесь? – устало покачал кудрявой головой Геракл. – Использовать навоз как удобрение?! Закон богов запрещает даже скот пасти на полях из-за того, что они могут испортить посевы. Разве может вырасти чистым хлеб с унавоженного поля? А вдруг это еще и оскорбит мать-Гею, вызвав гнев Зевса…
Я даже как-то не сразу заметила, что сказат он это обычной человеческой речью, без гомеровских речитативов. Вода ушла, а под ногами у нас по всему лугу трепыхалось с десяток свеженьких рыбин.
– Неплохой улов, агент 013, для кота здесь рай.
– Я не люблю сырую, – скорчил мордочку он, однако на рыбу смотрел жадно хищным взглядом.
– А мы сделаем уху. Я сама сварю ее для тебя.
– Нужно сначала задержать Заутберга, – напомнил нам Алекс.
Умничка моя, а то мы с Пусиком вечно стремимся расслабиться при первой же возможности. Женщины и кошки похожи…
– Прошу тебя, славный герой и могучий, снова нам помощь яви! – тут же сориентировался Профессор.
Хорошо устроился, нашел безотказного служителя правды, на которого можно свалить наши обязанности. Но, с другой стороны, хоть это и наша работа, но здесь мир Геракла, так почему бы и не воспользоваться?
– В чем он виновен, скажите сначала, что я должен вам в том помогать? – вновь вернулся к гекзаметру сын бога.
– Роботов создал, убийц, что бесчинны, и сам ты их видел. Позже вселенную вирусом злобным хотел уничтожить.
Геракл только пожал плечами:
– Женщину эту украл, друга жену моего, прямо из зала суда, – не растерялся кот. – И богов не стыдился!
Герой сердито нахмурился.
– В Греции это поступок дурной, похищение женщин к войнам троянским приводит. Нужно его задержать, помогу вам, покуда вновь не пошел воровать он чужую жену…
По счастью, злодея не пришлось долго искать. Его выдал бычий рев! Из-за ближайшего перелеска выскочил огромный белоснежный бык и намертво увяз ногами в размокшей земле. А вот как раз на быке и распластался полосатой лягушкой подлый Заутберг. Держу пари, он решил поизображать ковбоя, пытаясь скрыться с места событий.
