– Где сокровище? – требовал «Марцелл», гонясь за Синелицым по всему периметру столовой.
И тут он вздрогнул-с, точно провинился-с,
И отвечать боится-с! Я слыхал-с,
Петух, трубач зари-с, своею глоткой-с
Пронзительною будит-с ото сна-с
Дневного бога-с. При его сигнале-с,
Где б ни блуждал-с скиталец-дух-с: в огне.
На воздухе, на суше или в море-с,
Он вмиг спешит домой-с. И только что
Мы этому имели подтвержденье-с! —
громко констатировал Брандакрыс-Горацио, вслед удаляющемуся с проклятиями, потирая набитые шишки, Синелицему.
– С такой дикцией и попасть в Горации! – пробормотала я убито. – Нас ждет провал, какого не знал даже украинский театр «Солнышко», когда в «Грозе» Катерина падала на батут вместо матраса и раз десять прощалась с залом. Сама не видела, но читала. Кстати, мне бы тоже сюда матрас вместо бассейна не помешал…
Но Профессор только сердито на меня шикнул, что я мешаю. Тем временем Синелицый, обернувшись, отвечал:
Да, мне пора на кухню,
Обед готовить вам, придурки.
Сокровище свое получите вы вряд ли,
В лице добавки каши с абрикосом.
Сроду не ела у него каши с абрикосом. Кажется, и Синелицый свихнулся. Работать с хоббитами в тесном соприкосновении больше получаса в день чревато для психики. Хотя временно у них отнять алебарды и успокоить получилось, но только благодаря вмешательству Алекса, который имел у них авторитет. Кулачный…
– Что еще за отсебятина?! Этого в тексте нет, – возмутился всклокоченный кот, лихорадочно пролистав страницы. Он, кажется, так и не обратил внимания на потасовку, чуть не перешедшую в кровавую резню из-за того, что хоббиты всерьез решили, что призраки прячут сокровища и что Синелицый – это призрак.
– Говори только то, что должен! Вернее, молчи с унылым видом! Что может быть проще?! Эй, ты куда? Обед подождет. Пройдем все сцены еще раз. Ну-ка, ну-ка!
Но тут уж все запротестовали, заулюлюкали, выражая сразу мольбу и возмущение, испугавшись, что лишатся харчей. Все и так считали минуты до обеденного перерыва, а тут может оказаться, что едой сегодня и не запахнет. И наш Пушок под давлением большинства нехотя сдался, хотя по нему было видно, что он еще сутки мог бы репетировать без перерыва на обед и ужин. Фанат, прямо Виктюк какой-то…
В общем, повторюсь, что с этими репетициями мы почти совсем забыли про дьявола, а он продолжал незаметно плести свою паутину интриг и вскоре, как мы и ожидали, совершил первую серьезную ошибку. Ею было создание партии Защиты Прав Хоббитов с требованием выделить им их традиционные места обитания – кухню и продовольственный склад. Так он надеялся заполучить их души. А получил революцию!
Вдохновленные хоббиты, не дожидаясь никакого начальственного решения, толпой ринулись вперед, изрядно потоптав того же дьявола. На кухне они устроили дикий бедлам и кавардак, попытавшись утопить Синелицего в пятидесятилитровой кастрюле с компотом из сухофруктов. А ведь всякому на Базе известно, что наш главный повар давно мертв и второй раз его так легко не убить!
Так вот, терпеливейший Синелицый, который никогда раньше ни на кого не жаловался, не выдержал, вытряхнул из ушей вареную курагу, сорвал с себя фартук, который даже во время репетиций не снимал, и пошел с заявлением к шефу:
– Я требую немедленно это прекратить! Я долго терпел, но то, что они творят сейчас, переходит всякие границы! Думаете, это так легко – варить кашу на двести с лишним ртов? А вот если я эту кашу вдруг недоварю или пересолю, посмотрим, какой процент выживаемости дадут ваши спецагенты. Сейчас же уберите с кухни этих мелкотравчатых паразитов и обеспечьте мне нормальные условия для работы, иначе я ухожу главным поваром в Вестминстерский дворец, куда меня уже давно зовут. Все!
Начальственный гном обещал ему во всем разобраться. И несколько успокоенный Синелицый отправился обратно. Но наивный повар не знал, что это еще цветочки, потому что по возвращении на кухню его ждал куда больший сюрприз от хоббитов, чем безобидное купание в компоте…
В отместку за то, что он наябедничал на них (уходя, он по глупости во всеуслышание объявил, куда и зачем идет), совершенно обезумевшие от наущений дьявола хоббиты поджидали Синелицего с веревкой и петлей, которые они были мастера плести своими ловкими гибкими пальцами. Навалившись гурьбой, они попытались его повесить!
Под угрозой высыпать всю муку из мешков в раковину и смыть водой Синелицему было велено подняться по пирамиде из кастрюль, на верхушке которой, сидя на самой маленькой кастрюльке, его поджидал самый мелкий хоббит с паскудным выражением лица и петлей в лапке. Веревка была перекинута на один из крюков, на которые Синелицый вешал связки колбасы и ветчины повыше от хоббитов. Поварята-упырята уже лежали штабельком в сторонке, связанные по рукам и ногам, по свекле в зубах и на помощь прийти не могли. Они лишь с ужасом думали о том, что будет, когда придет их очередь…
Храбрый повар пытался сопротивляться, тем более что ему по горло хватило уже одного повешения в жизни, но силы были неравные, ибо ничто не остановит втемяшившего себе в башку злодейский план хоббита. Тем более когда им казалось, что еще чуть-чуть – и кухня и кладовка с их вкусностями и продуктовыми запасами будут безраздельно в их власти!
Как по ступенькам, благородный Синелицый стал подниматься на виселицу, но «случайно» потерял равновесие, кастрюли свалились и, покатившись, смели стоявших рядом хоббитов. Те соответственно повалились на товарищей, и в две минуты кафельный пол был весь покрыт клубками тел дерущихся недоумков. Синелицый в падении слегка помял десяток хоббитов, сорвал с шеи петлю, вскочил на ноги, хотя придавленные полурослики пытались его остановить, вырвался из их цепких лапок и со связанными руками и ногами доскакал до кабинета шефа.
– Что такое?
– Ах, что такое!!!!?!!..?!!..!.!?.!.?! Я же вам…?!!!.?..!?!??..!!! А вы что…?!..?!!!!?! – передавать английский мат повара без купюр вряд ли стоит в художественной литературе.
– А-а… ясно.
Шеф – гном бешеных страстей – достал с полки двуручный топор и пообещал их приструнить. Он боялся дьявола, но больше уже медлить и тянуть резину тоже не мог.
– А вы пока походите с охраной. Мы как раз получили двух парней вроде Стива.
– Если будут помогать на кухне, я согласен. Пусть только не мешаются у плиты.
Шеф отпустил главного повара, приплюсовав ему двух охранников-биороботов, отдал указание донести до хоббитов его приказ не приближаться к столовой в другое время, кроме часов завтрака, обеда и ужина, и вызвал по внутренней связи нас.
– Сейчас у меня был Синелицый, хоббиты пытались утопить его, а потом еще и повесить. Грифон Рудик приходил сегодня сказать, что хочет уволиться с Базы, а он здесь со дня основания, но таким несчастным я его еще не видел. В общем, я поручаю вам это задание, придумайте, как избавить нас от этого подстрекателя. Вы познакомились с ним первыми и, может, знаете его слабые места.
– Да ничего подобного! Мы не…
– Дьявол ваш! Идите и выполняйте. Но… постойте. – Он перегнулся через стол и прошептал: – Действуйте осторожно, чтобы он раньше времени не догадался, что мы хотим с ним вытворить, то есть что мы хотим его выдворить.
– Хорошо, шеф, – за всех ответила я.
Он проводил нас до коридора.
– Задница ирландского тролля, ну почему здесь такие низкие потолки?! – выругался гном, пригибаясь в дверях и хватаясь за лоб, как будто ударился о притолоку, хотя она всегда была и сейчас оставалась на целый метр выше его головы и стукнуться о нее он не сможет никогда, разве что встанет на ходули. Странные дела с приходом искусителя творятся тут со всеми. Воистину странные!
