мобильника и сунул обслюнявленный комок жвачки вместе с мобилой прямо в карман. Не знаю, что он там только что увидел на экране телефона, но это сильно его озаботило. По бросившемуся ему в физиономию румянцу я предположил, что мои предстоящие вопросы вызывают у него серьезные опасения. У него на глазах только что основательно прищучили уже двух копов, а теперь и его ждала такая же участь. Он принес присягу и нервно пригладил волосы – которые, как я заметил, спереди совсем выцвели, почти как его костюм. Ощутив в кармане вибрацию, я глянул на экран мобильника – новая эсэмэска от Ящера.
«Федералы только что объявились. Мне вмешаться?»
Спрятав телефон под столом, я набил ответ:
«Нет. Они должны вывести оттуда Кристину. Наблюдай. Сообщи, когда она будет ОК».
Окружной прокурор тем временем задавал Моргану вопросы о том, как тот присоединился к расследованию: о сообщении диспетчера с подтверждением, что полицейский патруль обнаружил в квартире Дэвида признаки совершенного убийства, о его прибытии в здание и осмотре квартиры Чайлда, о том, когда он завел полагающийся в таких случаях журнал следственных действий, как фиксировал нанесенные потерпевшей смертельные ранения и вызывал экспертов-криминалистов – обо всем, что предшествовало снятию копий с записей камер наблюдения.
– А потом я пошел на центральный пост охраны здания и побеседовал с мистером Медрано, начальником местной службы безопасности. Он отыскал нужные записи с камер и сделал мне копии.
– Вот этот диск вы имеете в виду? – уточнил Зейдер, поднимая на всеобщее обозрение блестящий кружок. – Вещественное доказательство «эр-эм-два»?
– Совершенно верно, – кивнул Морган.
– Если суд не против, сейчас самое время посмотреть эту запись.
– Не возражаю, – разрешил Роллинз.
Зейдер передал диск Моргану, который сошел с трибуны и вставил его в плеер под семидесятидюймовым экраном слева от судьи. Затем, вручив прокурору дистанционный пульт, вернулся на свое место на трибуне.
Запись только раз поставили на паузу, когда Зейдер попросил опознать на ней Дэвида и Клару. Потом знакомые мне кадры пошли уже без остановки: вот они вместе входят в квартиру, после чего через семнадцать минут Дэвид появляется оттуда один. Через четыре минуты группа быстрого реагирования во главе с Форестом уже топчется у двери Гершбаума.
– Какое заключение можно сделать на основании этой записи? – спросил свидетеля Зейдер.
– Она неопровержимо доказывает, что подсудимый и потерпевшая вошли в квартиру вместе, и только один из них вышел оттуда живым. При осмотре квартиры никого там больше не оказалось. Таковы факты. Подсудимый единственный имел возможность застрелить потерпевшую.
– Благодарю вас, – кивнул Зейдер.
Судя по цифровому индикатору внизу экрана, общая продолжительность записи на этом диске составляла больше восьми часов – Медрано, похоже, не стал морочиться и попросту скопировал всю запись за сутки целиком. Так-так, похоже, что вещественное доказательство Зейдера сейчас обернется против него самого.
– Встречный допрос? – спросил судья Роллинз.
Я встал и задал несколько совершенно банальных вопросов – просто лишь с целью разговорить Моргана, дать ему немного открыться и расслабиться. Копы привыкли, что на предварительных слушаниях защита обычно проводит перекрестный допрос разве что только для галочки – так, лишний раз поупражняться, как ловить рыбку в мутной воде.
Я тоже в определенный момент забросил удочку.
– Детектив, в какое время вы получили вызов от диспетчера по поводу предположительного убийства в «Сентрал-парк-илевен»?
Он с разрешения судьи сверился с записями и ответил:
– У меня отмечено, что в двадцать двадцать семь.
– А в какое время вы появились на месте преступления?
– В двадцать тридцать восемь, – сообщил он со вздохом – доколе, мол, сидеть тут и толочь воду в ступе?
– Что вы сделали сразу по прибытии?
– Сразу перекрыл доступ к месту преступления. Убедился, что все посторонние вышли из квартиры, и завел журнал следственных действий.
– Что-что? – не понял судья.
– Регистрационный журнал, ваша честь. В нем полагается фиксировать все действия на месте преступления: кто и когда пришел или ушел, что обнаружено в ходе осмотра, кого допросили, какие у кого возникли версии. При расследовании убийства это практически основной оперативный документ, и именно им мы руководствуемся при сборе улик и прочих свидетельств.
Роллинз старательно это записал.
Я взял у Зейдера телевизионный пульт и быстро прокрутил запись до появления на ней Моргана.
– Итак, в двадцать пятьдесят одну, согласно зафиксированному камерой времени, вы и ваш напарник, детектив Элджин, были уже единственными сотрудниками полиции, оставшимися в квартире?
Он сверился со своим журналом и обозрел стоп-кадр.
– Верно.
– Что вы сделали, когда вошли в квартиру?
– Обыскал все помещения, убедился, что больше никого не осталось. Потом осмотрел тело. Первым делом изучил раны и отметил в журнале, что потерпевшей неоднократно выстрелили в затылок и два раза – в область поясницы.
– Что было дальше?
– Я заметил в заднем кармане джинсов потерпевшей небольшую выпуклость. Решил, что это кошелек или бумажник, так что извлек этот предмет для дальнейшего изучения.
– И что это было?
– Небольшой розовый бумажник. В нем лежали читательский билет, водительские права, банковская карта и около восьмидесяти пяти долларов наличными.
– Какое имя было указано на документах и на карте?
– Клара Рис.
– Когда были выданы права на имя потерпевшей?
Покачав головой – ну, типа, у вас и вопросики, сколько же можно? – Морган повернулся к судье.
– Ваша честь, эти права у меня с собой. Разрешите взглянуть?
Зейдер умоляюще протянул руки к судье.
– Ваша честь, все это в чистом виде попытки ловить рыбу в мутной воде! Прошу немедленно это прекратить!
– Я склонен согласиться с окружным прокурором, мистер Флинн. Я предоставил вам определенную свободу действий, но в данном случае не вижу, какое отношение к рассматриваемому делу могут иметь подобные вопросы.
– Они имеют самое непосредственное отношение к делу, и мне нужно задать всего лишь три подобных вопроса, чтобы это стало очевидным. Если после трех вопросов вы по-прежнему не увидите их отношения к делу, тогда я кардинально сменю направление допроса.
Он немного поразмыслил, потом вздохнул. Воздевший было руки Зейдер резко плюхнулся обратно на стул и досадливо хлопнул себя по коленям, всем своим видом показывая, что возмущен до глубины души.
– Хорошо. Еще три попытки – и баста, мистер Флинн.
Я подождал, пока Морган заберет у кого-то из своих коллег толстую папку и извлечет из нее водительские права, упакованные в полиэтиленовый пакетик для улик. Перевернув пластиковую карточку и не вытаскивая ее из папки до конца, он внимательно ее изучил.
– Дата выдачи – тридцатое августа прошлого года.
– Благодарю вас, – кивнул я, уголком глаза заметив, что Роллинз черкнул ручкой по странице блокнота. Он подсчитывал мои
