ответил Брэнсон.
– Это возмутительно! – возразил адвокат. – Мой клиент был с вами полностью откровенен. Он ответил на все ваши вопросы.
– Суд непременно это учтет, – заверил его Гленн. И вслед за этим перешел к делу, обратившись непосредственно к Бишопу: – Брайан Десмонд Бишоп, вы обвиняетесь в том, что четвертого августа сего года в Брайтоне, графство Восточный Суссекс, преднамеренно лишили жизни свою супругу Кэтрин Маргарет Бишоп. Вы можете хранить молчание, иначе все сказанное вами может быть использовано против вас в суде. Это понятно?
Бишоп еще раз посмотрел на адвоката, а затем снова перевел взгляд на Брэнсона.
– Да, – произнес он почти шепотом.
Далее Гленн обратился к Лейтону Ллойду:
– Мы доставим вашего клиента в Брайтонский мировой суд сегодня в два часа дня и будем требовать заключения его под стражу.
– А я подам ходатайство об освобождении под залог, – решительно произнес Ллойд, а затем улыбнулся Бишопу, желая его утешить. – Мой клиент – уважаемый член общества. Я уверен, что он готов сдать свой паспорт и предложить солидные гарантии.
– Это будут решать судьи, – ответил Брэнсон.
После чего они с Ником Николлом вернулись обратно в Суссекс-хаус.
104
После ухода Криса Биннса Грейс позвонил своему другу и коллеге Брайану Куку, чтобы навести справки о сгоревшем «эм-джи», который вчера вечером доставили в полицейский участок.
– Вообще-то, Рой, я пока еще не назначил криминалистов, – ответил Кук. – У нас сейчас почти все в отпусках, а оставшиеся разрываются между двумя делами об убийствах. А что, ты думаешь, тут есть какая-то связь?
– Нет, просто любопытно, что произошло. – Несмотря на болтливость Гленна Брэнсона, его отношения с Клио Мори пока еще не стали достоянием общественности, чему Грейс был очень рад: служебные романы у них не приветствовались, и многие сочли бы подобное поведение непрофессиональным.
– Если не ошибаюсь, это машина Клио Мори из морга, – заметил Брайан, и Грейсу показалось, что он уловил в голосе собеседника какой-то намек. Или это ему только почудилось? Но Кук моментально развеял все его сомнения, добавив, теперь уже вполне определенно: – Она ведь твоя подруга, не так ли?
– Да, мы с ней дружим.
– Ага, я слышал об этом. Вот и молодцы! Ладно, я буду держать тебя в курсе дела. Один из полицейских в больнице, а угонщик, насколько я понимаю, в реанимации и подключен к системе жизнеобеспечения, так что мне придется составить полный отчет. Конечно, мне бы не помешал двойной бюджет и еще десяток сотрудников!
Грейс поблагодарил Кука, а затем проверил документы, которые напечатала для шефа Эленор. После чего открыл на своем коммуникаторе календарь и просмотрел расписание на день. Очередная утренняя пресс-конференция: ну, теперь у них, по крайней мере, есть хорошие новости, которые можно сообщить журналистам. Ровно в два часа дня ему нужно присутствовать на слушании дела Бишопа о предварительном заключении, на случай если вдруг возникнут какие-то проблемы. А на половину восьмого назначено очередное совещание. Что ж, возможно, сегодня он ляжет спать пораньше, если не случится ничего серьезного. Ему очень нужно было выспаться, прежде чем усталость достигнет критической отметки и он начнет совершать ошибки. А Рой чувствовал, что эта грань уже близка.
Трое мировых судей – две женщины и мужчина – сидели на скамье в зале суда на Эдвард-стрит. Это было довольно скромное помещение с многоярусными рядами деревянных сидений и небольшим пространством для публики и прессы сбоку. Если не считать щита с британским гербом и прославленным девизом «Dieu et mon droit»[19], украшавшим заднюю стену, комната напоминала школьный класс, ибо была напрочь лишена той величественно-инквизиторской атмосферы, что присуща некоторым залам суда в этой части Суссекса.
Брайан Бишоп, переодевшийся теперь в свою одежду – пиджак верблюжьего цвета, рубашку поло и темно-синие брюки, – с самым несчастным видом сидел на скамье подсудимых.
Напротив стояли Крис Биннс, Лейтон Ллойд, Рой Грейс и Гленн Брэнсон, а в боковой галерее толпилось десятка три журналистов.
К неудовольствию Грейса, сегодня председательствовала Гермиона Квентин, крашеная блондинка, облаченная в дорогое платье. Она была единственным в городе судьей, кого Рой откровенно недолюбливал. В начале этого года у них уже произошла стычка из-за подозреваемого, которого Гермиона Квентин не позволила взять под стражу, хотя, по мнению Грейса, для этого имелись все основания. Вдруг она и сегодня поведет себя столь же нелогично?
Прения были краткими. Лейтон Ллойд произнес страстную речь, перечислив весьма убедительные, с его точки зрения, причины, по которым Брайана Бишопа следовало отпустить под залог. Однако Крис Биннс не оставил от его доводов камня на камне. Мировым судьям потребовалось всего несколько минут на совещание, после чего Гермиона Квентин объявила вердикт.
– В залоге отказано, – надменно проговорила она, произнося каждое слово с тщательностью преподавателя ораторского искусства и обращаясь попеременно то к Бишопу, то к его адвокату. – По причине серьезности преступления. Мы считаем, что существует угроза того, что мистер Бишоп попытается скрыться. Нам известно, что полиция расследует второе убийство, и содержание под стражей не позволит мистеру Бишопу влиять на свидетелей. Наш долг – защищать общество. – А затем, словно бы оказывая Бишопу огромную услугу, она добавила: – Поскольку вы местный житель, мы думаем, что вас целесообразно держать до суда под стражей в тюрьме Льюиса. Вы останетесь в заключении до следующего понедельника, когда снова предстанете перед судом.
Затем Гермиона Квентин взяла ручку и стала что-то писать.
Зал суда начал пустеть. Грейс поднялся со скамьи, вполне удовлетворенный. Но когда он проходил мимо скамьи подсудимых, его окликнул Бишоп:
– Можно вас на пару слов, детектив-суперинтендант?
Ллойд моментально вскочил с места и встал между ними.
– Не думаю, что это разумно, – заявил он своему клиенту.
– Вашу работу не назовешь профессиональной, – сердито огрызнулся Бишоп. После чего обратился к Рою Грейсу: – Клянусь, я не делал этого. Пожалуйста, поверьте мне! – взмолился он. – Этих двух женщин, мою любимую жену и мою хорошую подругу, убил кто-то другой. Не прекращайте искать этого человека только потому, что я под стражей. Очень вас прошу!
– Мистер Бишоп, это совершенно ни к чему! – предостерег клиента Лейтон Ллойд. – Больше ничего не говорите!
Когда Грейс покинул зал суда, слова Бишопа продолжали звучать у него в ушах. Не то чтобы подобное поведение было ему в новинку: суперинтендант не раз слышал отчаянные мольбы из уст негодяев, на чьей совести было немало злодеяний.
И все-таки Бишопу удалось заронить в его сердце сомнение.
105
На планерке перед вечерним совещанием по операциям «Хамелеон» и «Мистраль» Брендан Дуиган
