Две минуты никто не дышит. Давид чередует кадры: машины, летящие навстречу «Гольфу», застывшее лицо Александра, стрелка спидометра, стоящая на отметке сто двадцать пять километров в час с пиками до ста тридцати пяти. После каждого предотвращенного столкновения близнецы издают пронзительный крик, от которого едва не лопаются барабанные перепонки. Затем на экране появляется въездной пандус, по которому Александр влетает внутрь. Экран гаснет. Фильм закончился.
— Пятнадцать тачек! — гордо объявляет Давид. — Мы разъехались с пятнадцатью тачками! Клянусь вам, это был такой кайф!
Предусмотрительные близнецы заклеили скотчем номерной знак на машине, чтобы ее не опознали камеры видеонаблюдения, установленные на окружной дороге. Выходка была тщательно подготовлена, с заранее определенным маршрутом, чтобы не попасться полиции.
— Детская забава! — заключает Александр.
Напряжение в старом амбаре потихоньку спадает, хотя ребята продолжают обсуждать эскападу Александра. Клара подходит к Валериане: ее подруга лежит в стороне на полу, глядя в потолок отсутствующим взглядом. Клара ложится рядом.
— О чем ты думаешь, Лери?
— Я думаю, что сейчас май, скоро ребята сдадут экзамены в бакалавриат… И конец! А в будущем году все будет совсем по-другому.
По лицу Клары пробегает тень. Эта грустная перспектива не дает ей покоя с тех пор, как они встретились после апрельских каникул. Алекс продолжит свой путь. Он встретит других девушек, влюбится и забудет ее — к великой радости этого придурка Магида. Давид будет идти по стопам своего брата, стараясь с ним сравняться, и, как всегда, — безуспешно… А «НЧС» перестанет существовать. В воздухе уже витает запах смерти.
— Ужас, — вздыхает Клара. — Меня только одна эта мысль вгоняет в депрессию.
— Может, до конца года Алекс и ты, вы могли бы… в общем, ты понимаешь, что я хочу сказать! — прерывает Валериана саму себя.
— В смысле, «займемся любовью, прежде чем сказать «прощай», — тихо напевает Клара.
— Это что?
— Песня Джейн Мэнсон! Мой отец ее обожал и без конца слушал, когда я была маленькая. Допотопная музыка, для старичья.
Девочки хихикают.
— Так что насчет Алекса? — снова шепчет Валериана.
— Может быть… посмотрим. В любом случае наша группа должна разбежаться эффектно! Вечеринка, достойная своего названия, что-то такое, о чем мы будем вспоминать всю жизнь!
— Эй, девчонки, вы решили уединиться? — спрашивает Александр, склонившись над ними.
Клара отвечает ему лукавой улыбкой.
— Мы говорили о том, что надо бы устроить специальную вечеринку «НЧС»! В конце года, когда вы сдадите письменные экзамены в бакалавриат, перед расставанием устроим что-нибудь грандиозное, — предлагает она многозначительным тоном.
— Вау, на этот раз ты права, Клара! — кричит Магид, развалившись на тюке сена. — Расставим тут и там свечи, выпьем пива — чтобы тебя хорошенько подготовить, а потом ты встанешь на четвереньки, и мы по очереди тебя отымеем! Как, нравится тебе такая идея, лапуль? Я только подумаю об этом и уже кончаю! — ухмыляется он.
— Ну да, ты всегда можешь обслужить себя руками, Магид!
— Признайся, котенок, ты все еще боишься волка?
Клара в очередной раз показывает ему средний палец.
— Давай-давай, выпендривайся дальше! Но мы все знаем, что твой дорогой папочка проверял, не лишилась ли ты своей драгоценной девственности, когда вернулась после своего побега!
При этих словах Клара замечает в глазах Александра блеск удовлетворения, и ее щеки заливает горячий румянец.
— Заткнись, Магид, ты меня задолбал! — с раздражением говорит она, вставая.
— Я тебя задолбал, потому что говорю правду! Ты целый год морочила голову Алексу своим кривлянием перед Шабаном, из-за тебя мужика чуть не уволили, а в итоге ты все такая же девственница!
— Заткнись, говнюк!
— Хватит уже, замолчите оба! — наконец властно вмешивается Алекс.
Наступает молчание. Магид и Клара обмениваются яростными взглядами. Решившись прервать напряженную тишину, Александр спрашивает:
— Так ты говорила об особой вечеринке «НЧС»?
— Именно! У вас будет сочинение между 13 и 18 июня, после этого можем устроить вечеринку! Что-нибудь крышесносное!
— Нам еще нужно готовиться к устным экзаменам, — замечает Давид, — и кроме того, 25, 26 и 27 июня пройдут Олимпиады! Из-за их идиотизма у нас будет на три дня меньше времени на подготовку!
— Ладно, брат, успокойся! Устные экзамены начнутся 11 июля, мы успеем подготовиться. Кроме того, Олимпиады пройдут у нас в лицее, будем играть дома, куда уж лучше? Кстати, мы можем воспользоваться этим событием, это было бы просто идеально!
— Каким образом? — спрашивает Клара.
— Ах да, это же ваши первые Олимпиады, девчонки! Встретятся четыре спортивных лицея, проведут матчи и соревнования по всем видам — так что здесь будет классный бардак!
— Алекс прав! — возбужденно встревает Магид. — Олимпиады — это гигантская расслабуха. В прошлом году я за три дня снял шесть девчонок! У меня член горел!
— Да ты настоящий маньяк! — с отвращением замечает Клара.
— А ты воображаешь, что парни думают не членом, а чем-то другим, мадам Святая Недотрога?
Клара напрягается. Она думает о том, как настойчиво весь этот год обольщал ее Алекс. Она также думает о медальоне, спрятанном в носке. Действительно ли слова, выгравированные на нем, что-то значат?
— Большое спасибо, Магид, за то, что объяснил мотивацию мужчин, — вмешивается Валериана. — Так что: будем устраивать прощальную вечеринку или нет?
— Если Алекс участвует, то я тоже, — говорит Давид.
— Конечно, я участвую! Можем застолбить четверг 27 июня, накануне закрытия лицея, согласны?
— Серьезно, чувак, что за ерунду ты несешь? Это же вечер закрытия Олимпиад, девчонки расслабятся, тогда их легче всего снять!
Александр качает головой.
— В таком случае мы можем устроить вечеринку только после обеда, до того, как начнется закрытие Олимпиад?
— Окей! Пока я в состоянии вытащить свой…
— Хватит, Магид, мы и так все поняли!
– 54 –
Крыса, потерявшаяся в лабиринте
Было уже 9 часов вечера, когда Луиза вышла из Института судебной медицины. Ее встреча с бывшим ассистентом Дюкуинг Марком Понсом не принесла практически ничего нового. Просмотрев свой ежедневник, Понс все-таки сумел определить время, когда поведение Дюкуинг изменилось: это было примерно в сентябре 2019 года, по его возвращении из двухнедельного отпуска. Луиза попросила его изучить досье, которые медэксперт готовила во время его отсутствия, и оставила ему в качестве ориентира несколько ключевых слов, касающихся их дела: «электрошокер», надпись «НЧС»,
