Редактор пока ее не дочитала, но вроде ей нравится. У меня действительно все в порядке. Но вчера я во сне ходила на кухню, по всей видимости, за сыром, а позавчера вроде бы выходила на улицу. Здесь очень холодно, так что это было опрометчиво.
– Вроде бы?
– Насчет похода на улицу я не уверена, но на кухню ходила точно.
– Может, проголодались?
Я хохотнула.
– Может. Я почти все время хочу есть, но теперь мой голод только слегка выше нормы.
– Хороший аппетит – это хороший знак.
– Ну если бы я не занималась спортом, ничего хорошего бы не было, но сейчас он хотя бы поуспокоился. Когда я только приехала, голод был как у растущего подростка.
Я снова вспомнила о велотренажере.
– Это все хорошие новости. Пока что следите за лунатизмом. Он может быть временным, но важно, чтобы вы были в безопасности. Делайте упражнения для расслабления. И свяжитесь с психологом. Я пришлю вам все детали, как только доберусь до компьютера.
– Спасибо, доктор Дженеро.
– Не за что. Звоните, если будут еще вопросы.
– Хорошо.
Я закрыла крышку телефона и долго смотрела на него.
– Лучше? – спросила Мил.
– Да, но ответов на свои вопросы я не получила. Иногда успокаивает один ее голос.
– Она замечательный врач. Нам с ней повезло.
Я положила телефон на стол и посмотрела на мать. В ее голосе я услышала волнение. Она вытерла уголок глаза костяшкой пальца.
– Мам… – сказала я.
– Не начинай. Я твоя мать, мне можно испытывать эмоции, радоваться, что ты в порядке.
– Конечно, но…
Я крепко задумалась. Я была уверена, что до встречи с собаками Элайджи, она никогда не демонстрировала такого шквала эмоций. Упала еще одна слеза. Она стареет?
Телефон завибрировал. Я решила, что это снова доктор Дженеро, но ошиблась.
– Это Стеллан, – сказала я.
– О, хорошо. – Мил кивнула и села прямо, слез и след простыл.
– Стеллан, – сказала я, взяв трубку. Я удивилась, что ему удалось меня поймать.
– Я решил попытать счастья, и ты ответила. Как ты, Бет?
– Отлично. – Я пожала плечами, глянув на Мил. – Как у тебя дела?
– Хорошо. Ты в курсе насчет твоей мамы, да?
Его голос был до странности четким. Я и не заметила, что голос доктора Дженеро звучал будто издалека, пока не сравнила со Стелланом, – казалось, он был с нами в одной комнате. Как будто одно малейшее движение – и я потеряю четкость связи.
– Да. Она все еще в бегах? – сказала я. Я перевернула телефон, чтобы он не услышал, как я нервно сглатываю.
– Да, но некоторые в Сент-Луисе думают, что она может быть на Аляске, в Джуно. Ты на Аляске?
Я не ответила.
– Ну да ладно. Если ты там, будь осторожна, она может попытаться найти тебя, – сказал он.
– Понятно.
Последовала пауза.
– Я знаю твою мать достаточно хорошо, чтобы понимать: она редко совершает ошибки, но если совершает, то из-за эмоций. Лучше под горячую руку не попадать.
– Не буду. – В тоне слышалась язвительность, но со словами было невозможно спорить, даже если бы Мил не сидела рядом.
Я молчала. Стеллан позвонил сам, хотя именно мне нужна была информация, и я понимала, что разговор будет тяжелым. Он злился на Мил за то, что она сделала на парковке супермаркета, и ее появление в Джуно только подлило масла в огонь.
Только я приготовилась задать свой вопрос, как его голос смягчился.
– Я получил твое сообщение, Бет, и я просматривал старые дела. Нашел не много, но кое-что есть.
– Спасибо, Стеллан. Знаю, у тебя дел невпроворот. И я очень ценю, что ты уделил этому свое время. – Я говорила искренне, но прозвучало так, будто я подлизываюсь.
Мил закатила глаза.
– Пожалуйста, – сказал Стеллан. – Слушай, я должен рассказать о письме, которое довольно давно отдал твоей матери.
– Я уже знаю, Стеллан. Она прислала его мне по электронной почте. Понимаю, тебе нелегко далось решение передать письмо ей. Спасибо.
– Когда она его послала? – спросил он. Я услышала, как скрипнул стул: он сел прямо и очевидно включил режим полицейского на полную.
Я не могла попросить его подождать, пока я уточню у Мил, когда она получила письмо, могла только надеяться, что мой ответ прозвучит правдоподобно.
– Прямо перед тем, как… все случилось.
– Понятно. – В голосе Стеллана послышалось разочарование. – Я надеялся, что уже после. Не уверен, что мы бы отследили ее по адресу почты, но, по крайней мере, я мог бы написать ей, обратиться к ее здравому смыслу – если у нее осталась хоть капля. Я пытался ей писать, но, думаю, она моих писем не читает.
– Да, конечно. Я давно с ней не общалась. Но письмо деда… я не сразу приняла его, нужно было многое осмыслить. Все это непросто уложить в голове.
– Я тебя понимаю. – Стеллан глубоко вздохнул. – Письмо дало мне новые направления поиска. Во времена твоего деда наш город был частью маршрута наркотрафика. И ему постоянно приходилось разбираться с последствиями.
Это я знала.
– Ситуация изменилась?
– Да. По большей части. Дороги стали другими; построили новую магистраль, и основной путь сбыта сместился. Отчасти это заслуга полицейских, но не полностью. Нам повезло с этими дорогами, теперь у дилеров есть более легкодоступные направления.
– И мой отец имел к этому отношение? – спросила я, слыша неуверенность в собственном голосе.
Время притупило чувства к отцу. И иногда просто хочется получить ответы, узнать правду, неважно, насколько ужасную. Я уже дошла до этого момента, но все же никто не хочет, чтобы его папа оказался злодеем.
В ожидании ответа Стеллана мое сердце забилось как бешеное.
– Да, Бет, имел. Самое непосредственное. Похоже, он даже возглавлял небольшую местную группировку – в ней было всего три человека, насколько мне известно.
– Дай угадаю, кто был ее членом, – сказала я. Во рту у меня пересохло.
– Да, Тревис Уокер. Понять, что произошло, очень тяжело, но, видимо, он украл деньги. Поэтому и сбежал. Ну и ваш дед не последнюю роль сыграл, конечно.
– Он сбежал с деньгами? – спросила я.
Мил уставилась на меня. Она сидела, не шевелясь. Я подозревала, что она до смерти хочет курить.
– Прямо перед исчезновением твоего отца кое-что произошло. У меня есть отчет о стычке на площадке для кемпинга. Там был Уокер. И еще один человек по имени Хью Гивенс. Знаешь такого?
– Хью Гивенс? – Я посмотрела на Мил. Она едва заметно мотнула головой. – Нет, не знаю, но прошло много времени. Я постараюсь вспомнить.
– Его я тоже пытаюсь отследить, но пока не нашел следов. В общем, на площадку для кемпинга вызвали полицию, там нашли Уокера и Гивенса, побитых и в крови.
