Рецепт убийства для настоящей лентяйки - Мэрион Чесни Гиббонс

– Мне очень жаль, что пострадало ваше лицо, – ответил Билл. Агата подняла руки к лицу и нащупала полоски пластыря. – У вас пара швов и порез на щеке. Но я мог вас вытащить, только проталкивая сквозь окно. Боюсь, что в процессе еще и клок волос у вас вырвал.

– Меня внешность уже не волнует, – сказала Агата. – Ой, мой котенок! Сколько времени я здесь?

– Всего одну ночь. Я заглянул к вашему соседу, мистеру Лейси, и он согласился подержать котенка у себя до вашего возвращения.

– Как мило с вашей стороны. А мистер Лейси знает, что случилось?

– У меня не было времени объяснять. Я просто вручил ему котенка и сказал, что с вами произошел несчастный случай.

Агата снова подняла руки к лицу:

– Я ужасно выгляжу? Вы много волос у меня вырвали? Здесь есть зеркало?

– Мне казалось, что ваша внешность вас не волнует.

– А от кого все эти цветы?

– Большой букет от Женского общества Карсли, маленький букет роз от Дорис и Берта Симпсон, элегантные гладиолусы от миссис Блоксби, гигантский букет от владельца «Рыжего льва» и его постоянных посетителей, ну а эта жалкая кучка сорняков от меня.

– Спасибо вам огромное, Билл. Э-э… А что-нибудь от мистера Лейси?

– С какой стати-то? Вы с ним почти не знакомы.

– А моя сумочка здесь? Наверное, я выгляжу ужасно. Мне нужны пудра, помада и расческа, и еще у меня там лежит бутылочка французских духов.

– Расслабьтесь. Вас завтра отпустят домой. Сможете рисовать у себя на лице до полного удовлетворения. Не забудьте про приглашение на ужин.

– О чем? Ах да, приглашение. Конечно, вы должны прийти. На следующей неделе. Может, я смогу вам помочь с раскрытием некоторых дел, которые вы расследуете?

– Нет, – твердо ответил Билл. – Никогда больше не пытайтесь раскрывать преступления. – Затем он смилостивился: – Но должен признать, что вы оказали мне услугу.

– Каким образом?

– Признаюсь, что следил за вами в свободное время и попросил местного констебля сообщать мне обо всем. Как и вы, я никогда не верил, что это несчастный случай. Но Уилкес хвалит меня за раскрытие этого дела, потому что он скорее умрет, чем признает, что в этом помогла простая жительница деревни. Так когда состоится ужин?

– В следующую среду? Давайте договоримся на семь вечера?

– Отлично. А теперь поспите. Увидимся в среду.

– Я в Мортон-ин-Марше?

– Нет, в больнице в Мирчестере.

После ухода Билла Агата залезла в шкафчик у кровати и нашла там свою сумку. Она заметила, что бутылочку со снотворным из нее забрали. Она достала пудреницу, уставилась на свое отражение в зеркале и пронзительно закричала в отчаянии. Выглядела она ужасно.

– Эй вы! – Агата повернула голову и посмотрела на соседнюю кровать. На ней лежала пожилая женщина, удивительно похожая на миссис Боггл. – Что вы натворили? – с жадным интересом спросила она. – Столько полиции!

– Я расследовала за них дело, – с важным видом ответила Агата.

– Скажете тоже, – хмыкнула жуткого вида старуха. – Та, которая лежала до вас на этой кровати, считала себя шотландской королевой Марией.

– Заткнитесь, – рявкнула Агата, продолжая смотреть на себя в зеркало и раздумывая, не придает ли пластырь ей героический вид.

День тянулся долго. По телевизору, стоявшему в палате, показывали одну мыльную оперу за другой. Никто больше не приходил. Даже миссис Блоксби.

«Говорить им со мной не о чем, – мрачно подумала Агата. – Почему они вообще потрудились прислать цветы? Вероятно, считали, что я умерла».

Глава 13

На следующий день Агате сказали, что из больницы в полдень выезжает карета «скорой помощи» и на ней ее отвезут домой. Она была рада этому. Если она вернется домой на машине «скорой помощи», это заметят в деревне.

Агата забрала карточки с пожеланиями, приложенные к букетам цветов, стоявших вокруг ее кровати, чтобы хранить их как сувениры, напоминающие о времени, проведенном в Котсуолдсе. Как странно, что она предложила помочь Биллу с расследованием дел, которыми он занимается, словно собиралась здесь остаться. Агата попросила медсестру отнести цветы в детское отделение, затем оделась и спустилась вниз, чтобы ждать машину. В холле был магазин, в котором продавали газеты. Она купила целую кучу местных, но ни в одной не упоминался арест Веры Каммингс-Браун. Возможно, информация поступила слишком поздно и они просто не успели ее напечатать.

К разочарованию Агаты, машина «скорой помощи» оказалась мини-автобусом, который развозил пациентов гериатрического отделения по местным деревням, где они жили. «Почему вид скрипящих пожилых людей вызывает у меня злость и раздражение? – подумала Агата, глядя на то, как они неуклюже, спотыкаясь забирались в мини-автобус. – Я сама вскоре состарюсь». Она заставила себя встать, чтобы помочь одному пожилому мужчине подняться в автобус. Он грозно посмотрел на нее.

– Руки не распускай, – рявкнул он. – Знаю я таких, как ты.

Остальные пассажиры оказались пожилыми дамами, которые покатились со смеху.

– Ну ты даешь, Арни, – сказали ему и добавили еще что-то в этом роде. Было очевидно, что все они хорошо друг друга знают.

День был тихий и прохладный, по бледно-голубому небу бежали большие перистые облака. Пожилая женщина, сидевшая рядом с Агатой, привлекла ее внимание, болезненно ткнув палкой ей в пальцы ног.

– Что с вами случилось? – спросила она, рассматривая заклеенное полосками пластырями лицо Агаты. – Избил вас, да?

– Нет, я занималась расследованием дела об убийстве для полиции, – холодно ответила Агата.

– Это все алкоголь, – продолжала дама. – Мой обычно приходил из паба и говорил всякие гадости. Теперь помер. Одно можно сказать в пользу мужчин: они умирают раньше нас.

– За исключением меня, – вставил Арни. – Мне семьдесят восемь, и я все еще достаточно силен.

Опять послышались смешки. Объявление Агаты о том, что она раскрыла убийство, никого не заинтересовало. Мини-автобус неторопливо катился по дороге и первую остановку сделал в совсем маленькой деревушке. Сидевшей рядом с Агатой женщине помогли выйти. Она посмотрела на Агату и сказала вместо прощания:

– Не придумывайте никаких историй, чтобы его защитить. Я сама так делала. Теперь времена изменились. Если он вас бьет, идите в полицию.

От других женщин послышались одобрительные возгласы.

Автобус поехал дальше. Это оказался комплексный тур по деревням Котсуолдса, в каждой из которых из автобуса выходил кто-то из пациентов гериатрического отделения.

Агата оказалась последней пассажиркой. Она чувствовала себя грязной и усталой, когда автобус наконец заехал в Карсли.

– Куда вам? – крикнул водитель.

– Здесь налево, – сказала Агата. – Третий дом по левой стороне.

– Там что-то происходит, – заметил водитель. – Вас встречает такое количество людей. На войне