Полицейские сирены! Подъезжают!
– Вот же… – ругаюсь я. Беру себя в руки и бросаю Дженни уверенный взгляд. – Разберусь. – Отключаюсь, пока Крейн не сказал что-нибудь еще. – Кажется, мне нужно бежать. – Чеканю слова и сама в них не верю. – Марксу не нравлюсь ни я, ни Крейн, и боюсь, по правилам он играть не собирается. Мне нужно еще немного времени, чтобы собрать весь пазл и очистить свое имя. Я близка, Дженни…
Уже сумерки, и в опустившейся темноте мерцание полицейских сирен кажется еще ярче. С первого этажа раздается несколько громких ударов – кто-то долбит по входной двери, затем грубый голос кричит мое имя.
– Давай, я с тобой. – Дженни хватает меня за руку. – Что может быть лучше побега через веранду, да? – Я и сама уловила эту иронию в цикличности.
В голову приходит строчка из предсказания для Арчи: «Одна смерть – три виноватых, три смерти – один виновник, круг должен замкнуться».
У меня нет времени думать про круги, но в голове прорастает семя догадки – все это было неизбежно. Что, если судьбой и мне во всем этом уготована роль?
Я сую телефон в карман, и мы бежим к веранде.
– Стой! Папка! И дневник! – Я поворачиваюсь, чтобы вернуться к библиотеке, но тут слышу, как скрипит, открываясь, входная дверь.
– Времени нет! И как они так спокойно вошли? – шипит Дженни.
– Я отвлеклась и не проверила, закрыта ли дверь, – признаюсь я, проклиная себя. Тетя Фрэнсис бы такой ошибки не допустила, она ценила безопасность превыше всего. Мы доходим до конца кухни, я слышу эхо голосов из коридора.
– Ну супер, Энни! – Дженни тянет меня за руку. – Если дверь открыта, то полиция может просто войти. Это же буквально приглашение.
– Энни Адамс! – раздается мужской голос, который я не узнаю. – Выходите, вам нужно только ответить на пару вопросов. Бегство лишь выставит вас виноватой, подумайте!
Звучит логично, будто он не угрожает, а советует со знанием дела. Но я на это не куплюсь.
Дженни добегает до двери и оперативно убирает засов, который запирает заднюю дверь веранды. Она толкает дверь плечом, одновременно приподнимая ее и проворачивая ручку, – дверь распахивается. Мы выбегаем на холод и несемся к границе леса, дыхание вырывается изо рта маленькими облачками. Ночь ясная, луна почти полная. Она глядит на нас сквозь стриженные розовые кусты. Кажется, у сада есть свои тузы в рукавах.
Я чуть ли не замираю, когда замечаю силуэт у самой кромки деревьев. Он почти светится на фоне черноты темного леса. Она похожа на призрака. Какое-то мгновение мне кажется, что это Пеони Лейн. Но когда мы подбегаем, я узнаю опрятное пальто и длинные белые волосы Берди Спарроу.
– Поспешим, – говорит она. – Моя машина припаркована у дороги. Но сначала давайте-ка уйдем глубже в лес. У него есть свои секреты, они прекрасно заметут наши следы.
Глава 39
Мы бежим сквозь лес, каждую пару минут останавливаясь и помогая Берди преодолеть колючие кусты и скользкие камни. Она спешить не может, но на ногах у нее надежные зимние ботинки, а в руках фонарик, освещающий путь.
– Туда. – Она машет в сторону редеющих стволов. – Идем к моей машине.
По венам еще пульсирует адреналин, но инстинкты подсказывают быть осторожнее. Мозг подкидывает отголоски деталей, что-то, что я упускаю, вижу нечетко.
– Берди, я знаю, что в день убийства Пеони Лейн мама пустила вас в Грейвсдаун-холл, – говорю я и неуверенно подхожу к машине.
Берди поворачивается и смотрит на меня в лунном свете. Глаза у нее ясные, она тянется к моему лицу, будто хочет по-матерински погладить меня по щеке, но не решается. Она словно целенаправленно напоминает мне, что мы семья, что она моя двоюродная бабушка.
– Я просто пыталась поступить правильно, – тихо произносит она. – Лора и правда заинтересовалась Пеони Лейн и хотела посвятить ей свои новые картины. Я увидела в этом шанс забрать старые бумаги из поместья и увезти подальше от любопытных глаз, так что я подтолкнула ее к нему. Так нужно было. Ты не захотела помогать, пришлось взять все в свои руки. Лора сказала, что в итоге ты все поймешь. Я не могла допустить, чтобы эти документы попали не в те руки и были сделаны неправильные выводы. Жаль, что мы не успели. Архив Фрэнсис – настоящий бардак, мы ушли с пустыми руками.
Полностью в ее слова я не верю, но становится легче от мысли, что мама и правда просто искала вдохновения, а Берди ею манипулировала. Это не повод никого оправдывать.
– Вот почему мама позвонила второй раз, – понимаю я. – Потому что у вас ничего не вышло.
Сзади из леса раздаются голоса, и мы видим танцующие огни фонариков. Полиция догоняет. Можно повернуть и сказать: что-то с этой старушкой нечисто, есть у нее секреты, нам нужно просто поговорить, и правда сама всплывет наружу. Потом я вспоминаю слова Саксона и наконец понимаю, кого Фрэнсис завуалировала в описании того страшного дня.
– Это были вы, – говорю я. – Четвертый пассажир в машине, женщина, которая была с Арчи, когда Оливия пыталась его убить. Я думала, это была Пеони Лейн, но Фрэнсис намеренно не упоминала имен! А ведь сегодня Саксон сказал мне, что в день аварии Пеони Лейн была с ним в Грейвсдаун-холле. Я пропустила эти слова мимо ушей. Он сказал, Пеони научила его тасовать карты и на это ушел весь вечер. Пеони в ту ночь не покидала поместье, она присматривала за Саксоном, когда Форд уехал.
Берди долго на меня смотрит, потом кивает.
– Надо ехать, – настаивает она, голос у нее становится хриплым, будто она вот-вот заплачет.
– Энни, – шипит Дженни, хватая меня за локоть. – Точно стоит? Она могла убить Пеони Лейн. Вспомни лето – давай не будем лезть в машины с убийцами.
Я бы посмеялась, если б стрелы фонариков в лесу не становились ярче.
– Сомневаюсь, что она убила Пеони. Думаю, что кто-то убил Пеони, чтобы защитить Берди, – произношу я.
– Боже мой! Потому что Берди убила Грейвсдаунов, – шепчет Дженни.
Берди уже за рулем и заводит машину. Она кажется такой маленькой на водительском сиденье. Я не до конца ей доверяю, но мы все равно забираемся в машину. Хороший новый внедорожник. Она тут же включает подогрев сидений. Я села вперед, Дженни назад. Кажется таким глупым подозревать эту семидесятисемилетнюю старушку в этой практичной машинке. Мы не Грейвсдауны, летящие на «Бентли» в ночи, с телом в багажнике.
– Берди, по этой дороге не стоит гнать, – предупреждает Дженни. Голос у
