на камеру присутствующих. Объяснила, что, несмотря на желание Дэвида Чайлда дать зрителям полную картину происходящего, Си-би-эс не желает каким-либо образом повлиять на предстоящий судебный процесс, так что трансляция конфиденциальной встречи будет вестись без звука.
– Благодарю вас, – кивнул Синтон.
Из своей кожаной сумки Дэвид извлек тоненький серебристый лэптоп, включил, открыл очередную банку своего энергетического напитка и наклонился через стол к Бу. Она подсела к нему, и оба принялись перешептываться над чем-то написанным на экране.
– Миз Фельдштейн помогает мне составить обращение для прессы на завтра, – пояснил Дэвид в ответ на пристальный взгляд Синтона. – Я тут подумал – лучше поработаю над ним, пока вы изучаете материалы обвинения, чтобы ускорить дело.
– Конечно, – ответил Синтон.
Щелкая по клавишам, Дэвид сидел спиной к огромному окну, за которым открывались просторы Манхэттена. Синтон со своими подручными расположился на противоположной стороне стола. Дэвид мог работать так, что никто из адвокатов не видел экрана его лэптопа. Я развернул свое крутящееся кресло, чтобы насладиться открывающимся с высоты видом. Прямо за спиной у Дэвида виднелось Корбин-билдинг[20] – одно из старейших офисных зданий в городе, которое с тех пор, как «Харланд и Синтон» приобрела в собственность Лайтнер, безуспешно пыталось найти съемщиков. Вывески «Сдается» виднелись как минимум в одном окне на каждом из этажей Корбин-билдинг – времена нынче тяжелые даже для домовладельцев.
Помощник Синтона принес обратно оригиналы дела и пять копий. Одну он вручил Джерри, другую – Дэвиду, а три оставшихся раздал своим коллегам, расположившимся по бокам от Синтона.
– Мне понадобится всего несколько минут, – сказал Синтон, углубляясь в чтение.
Я последовал его примеру. Роджер продолжал водить камерой по залу, а Бу с Дэвидом – тихо переговариваться над экраном лэптопа, иногда отвлекаясь на какие-то замечания Холли.
– Не знаешь, что и сказать, когда кто-то обвиняет тебя в убийстве, которого ты не совершал.
Это был сигнал: пароль, которым снабдила нас Кристина, более не действителен. Дэвиду придется взломать и вай-фай.
Джерри не спешил – досконально просматривал каж-дую страницу. Его толстые пальцы деликатно, чуть ли не благоговейно перебирали покрытые печатным текстом листки. Его помощники действовали гораздо быстрее, торопливо пролистывая документы и иногда делая короткие заметки в желтых блокнотах с логотипом «Харланд и Синтон».
Лично мне не было особой нужды вчитываться – я внимательно изучил содержимое папки еще тогда, в такси.
Через десять минут, перевернув последнюю страницу, Синтон предложил:
– Ну что, посмотрим диски?
– Годится, – кивнул я, протягивая ему первый. Он вставил его сбоку в панель и подхватил со стола тоненький пульт. Как только экран осветился, свет в зале автоматически притух.
– Да лучше это пиарщикам отдать – пусть они пишут! – раздраженно воскликнул Дэвид – сигнал номер два. Это означало, что взломать систему с ходу не получилось – наверняка понадобится весь отведенный час целиком.
На экране тем временем появился вестибюль «Сентрал-парк-илевен». Я опять увидел, как Дэвид с Кларой, держась за руки, входят в лифт. Дэвид, мазнув брелком по панели, нажимает кнопку своего этажа. Клара в испуге забивается в угол – по словам Дэвида, из-за клаустрофобии. Кадр сменяется изображением лестничной площадки с дверями, ведущими в шикарные апартаменты Дэвида и Гершбаума. Когда за Дэвидом и Кларой закрывается дверь, индикатор времени в углу экрана показывает 19:46. Вплоть до 20:02 на площадке ничего не происходит, после чего из квартиры выходит Дэвид со спортивной сумкой.
Синтон по ходу просмотра делал какие-то заметки – очевидно, фиксировал время и номера камер.
Пролистав папку с делом, я добрался до журнала дежурств службы безопасности здания. Тревожный звонок Гершбаума поступил тоже в 20:02, и охранники, должно быть, разминулись с Дэвидом только потому, что тот как раз спускался в лифте. Подойдя к двери Гершбаума в 20:06, они сразу же связались с центральным постом.
Чтобы совершить убийство, шестнадцати минут хватило бы за глаза.
Проглядев свои заметки, Синтон отмотал видео к моменту выхода Дэвида из квартиры. Просмотрел его еще раз, на сей раз не отвлекаясь на блокнот. Я заметил, как он бросил на Дэвида мимолетный взгляд, а потом опять вернулся к видеоизображению своего клиента, безмятежно ожидающего лифта. Естественно, я знал, о чем он сейчас думал – у большинства адвокатов, представляющих кого-то по делу об убийстве, обычно возникает один и тот же вопрос: а не он ли это сделал?
Синтон явно должен был обратить внимание, что после выхода из квартиры Дэвид был слишком уж спокоен для убийцы. Не рылся по карманам, не переминался нетерпеливо с ноги на ногу, готовый в любой момент сорваться с места, да и вообще не проявлял даже малейших признаков нервного возбуждения. Джерри наверняка сейчас спрашивал себя, способен ли был Дэвид убить свою подругу, а потом столь умело скрывать свои чувства. Лично я так не думал. По-моему, Дэвид из тех людей, которых кидает в холодный пот, даже когда они заказывают латте в кофейне. Если парнишка действительно кого-то намеренно убил, то оторвал бы дверь на хрен, лишь бы побыстрей выскочить из квартиры, и если б лифт не стоял на этаже, то сразу бросился бы вниз по лестнице – не то и вовсе в окно выскочил бы. Но на записи было видно, как Дэвид, накинув на голову капюшон, спокойно закрывает за собой дверь, останавливается, разворачивается, делает шаг к двери – будто забыл что-то, а потом опять отходит, вставляет в уши наушники, небрежно поворачивается и жмет на кнопку вызова лифта. Я смотрел эту запись уже во второй раз и опять подивился: что же заставило Дэвида помедлить – зачем он опять повернулся к двери и почему передумал, направившись в конце концов к лифту?
Дэвид видео не смотрел – все его внимание было сосредоточено на экране лэптопа.
Придется самому спросить:
– Дэвид, выйдя из квартиры, вы не слышали что-нибудь на площадке – может, выстрелы?
– Нет. Вроде ничего такого не припомню, – отсутствующе отозвался он.
Джерри отложил свою шикарную авторучку, которой только что задумчиво похлопывал по губам – аккуратно пристроил ее рядом с блокнотом, тщательно выровнял, после чего сцепил пальцы. Ну да, явно пытается оценить Дэвида. Прикидывает – мог ли он ее убить?
При виде Синтона, который вроде бы совершенно искренне терялся в догадках – виновен Дэвид или невиновен, мое смутное предположение переросло в более или менее твердую уверенность: фирма не имела к убийству Клары абсолютно никакого отношения. Ну а если и имела, то Синтон ничего про это не знал. В результате убийства и последующего ареста Чайлда фирма сама попала в жернова –
