class="p1">— Раз уж ты собрался в Монтрë, зайди к Дитеру… — Дитер Хаманн был хозяином казино, в котором они когда-то неплохо проводили время. — Ну а там, — Мишель неопределенно махнул рукой, — не мне тебя учить. Возьми с собой, скажем, тысячу франков. Проиграешь — вот тебе и ответ. Возвращайся в гостиницу и пей свои таблетки. Если же судьба позволит тебе ее удвоить — значит, у вас с ней разные планы на счет твоего будущего. — Мишель одним махом выпил виски и поставил стакан обратно в бар. — Как тебе такое предложение? И не подумай, что я пытаюсь тебя отговорить. В конце концов, доверить жизнь колесу рулетки — то же самоубийство.
Анри ничего не ответил, но по выражению его лица Мишель сразу понял: предложение будет принято.
Он ошибся только в одном. Предложение уже было принято. Оно было принято в ту секунду, когда Анри понял, о чем идет речь. Он должен поехать в Монтрë. И он сыграет.
Примерно через полчаса Мишель вышел на улицу, аккуратно прикрыв за собой дверь, завел машину и некоторое время посидел, задумчиво глядя на черные окна в доме Анри. Он сделал все, что мог. По крайней мере, этой ночью ничего не случится. А потом? Что будет потом? Кто знает… И все же, он обеспечил ангелу-хранителю Анри целых пятьдесят шансов из ста. Или чуть меньше. Ведь на зеленом поле рулетки есть зеро. Проклятое зеро, благодаря которому ни одно казино в мире никогда не разорится. И еще он дал ему время. Время, которое многое меняет в жизни.
Мишель зажег фары. Машина, глухо шелестя шинами, отъехала от тротуара.
2
Швейцар в дверях «Палас-отеля» склонился перед Анри в почтительном полупоклоне. Новичок мог бы счесть это знаком личного уважения, но Анри хорошо знал — в самом известном и дорогом отеле Монтрë с почтением относились к каждому клиенту: богатому и не очень. Впрочем, последних под крышей «Палас-отеля» было немного. Разве что какой-нибудь бюргер, весь год откладывавший по сотне франков со своего жалования, чтобы теперь истратить их в один миг ради такого вот поклона и последующих воспоминаний о нем.
Шофер стоявшего рядом с отелем такси бросил на Анри вопросительный взгляд, но тот отрицательно помахал рукой. Сегодня он намеревался дойти до казино пешком. В конце концов, это, возможно, его последняя прогулка.
Наверху, в оставленном номере, все уже было готово. Мягко горел ночник на прикроватной тумбочке, отбрасывая желтые блики на массивный стакан, до половины наполненный дорогим виски. Ненавистным виски, которое один раз в жизни окажет ему услугу, отбив омерзительный вкус уже растворенных в нем таблеток. После возвращения нужно будет только раздеться, лечь в постель, выпить все до дна и спокойно закрыть глаза, забывшись в приятных воспоминаниях. Анри не знал, через какое время таблетки начнут действовать. Но какая разница? Воспоминаний у него хватало.
В вестибюле, отдавая ключ портье, Анри поспешно опустил руку в карман и облегченно вздохнул. Выйдя на улицу, он достал из кармана пятидесятифранковую фишку — талисман, всегда приносивший удачу. Ужасно было бы забыть ее именно в этот день. Хотя… Какой исход сегодня можно считать удачей?
Людей на набережной оказалось немного — не сезон. Анри подошел к берегу. Ночью озеро, столь восхитительное днем и особенно на закате, всегда казалось ему чужим. Каждый раз, когда Анна, а она обожала купаться ночью, скрывалась в чернильной воде, он не мог отделаться от странного чувства, что больше не увидит ее никогда. Однажды, посмотрев на величественные силуэты Савойских Альп на противоположном берегу, он даже прошептал: «Вы не посмеете забрать ее у меня». Сегодня сбегавшие к воде скалы были почти неразличимы.
На малолюдной набережной Анри стало неуютно. Он не спеша вышел на авеню Казино и тут же влился в небольшой ручеек оживленных людей: хотя огни «Казино де Монтрë» нельзя было разглядеть отсюда, привлекательные звуки окружающих его концертных площадок уже будоражили кровь праздных гостей.
Анри свернул с торной дороги. Визит в «Казино де Монтрë», огромное, сияющее и шумное, не входил в его планы.
Пройдя несколько кварталов по улицам, вновь ставшим малолюдными, он оказался перед небольшой аллеей, увитой виноградной лозой. Над входом короной светилась вывеска: «Казино “Мажестик”». Нитки сияющих лампочек, петляя меж листьев винограда, ненавязчиво указывали любопытному путнику дорогу в царство уюта и азарта.
Перед входом в аллею Анри невольно остановился. Только здесь он по-настоящему осознал, каким может оказаться для него обратный путь. И осознав, поспешно шагнул внутрь.
Дитер встретил его в вестибюле, как будто специально ждал прихода старого знакомого. Лицо его отражало сложный набор чувств: от радости встречи до понимания и скорби.
«Мишель. Он, конечно, позвонил», — сообразил Анри.
— Господин Ренье. — Хаманн пожал его руку с несвойственной немцу горячностью. — Примите мои соболезнования. Мне очень жаль. Поверьте, мне действительно очень жаль. Мадам Анна всегда восхищала меня своим неповторимым очарованием, и потому…
— Благодарю вас, Дитер, — мягко прервал Анри.
Без сомнения, слова хозяина казино были искренними, но упоминание имени Анны приносило почти физическую боль.
Подошедший человек безмолвно принял пальто.
— Прошу, — Хаманн сделал приглашающий жест.
Они вошли в зал. За двумя рулеточными столами сидело лишь пятеро игроков. «Блэк Джек» и покер пользовались здесь большей популярностью.
Дитер мягко взял Анри под локоть.
— Нам сюда.
Он доверительно шепнул ему на ухо:
— Ваш друг предупредил меня обо всем.
От неожиданности Анри остановился.
— Обо всем?
Не может быть. Неужели Мишель выболтал, зачем он здесь оказался?
— Ну да, — в голосе хозяина казино послышалось легкое недоумение. Впрочем, он тут же спохватился: — Вам не о чем беспокоиться. Я вполне вас понимаю. В вашем состоянии должно быть совершенно невыносимо видеть рядом других людей, слышать их голоса, праздные вопросы и неудачные шутки. Для вас приготовлен отдельный стол. Американский, как вы любите. Крупье будет в вашем распоряжении ровно столько времени, сколько вы захотите.
Он вновь сделал приглашающий жест.
Анри успокоился. Конечно, Мишель не сказал Хаманну главного. Как он мог сомневаться в этом?
— Вы очень любезны, Дитер.
— О чем вы говорите, господин Ренье! Всегда рад быть к вашим услугам.
Стол отделили от основного зала массивным бархатным шнуром, висевшим на начищенных до блеска медных столбиках.
При их приближении еще один молчаливый человек бесшумно снял шнур с крюка и посторонился, освобождая проход.
— Вonne chance[42]. — Хаманн, не заходя внутрь, еще раз пожал Анри руку.
