пожилым кучером, который уже долгие годы верой и правдой служил в доме Сиэлов. Сейчас он привез обычно рассудительного Паркера Сиэла, теперь пребывающего в состоянии отчетливо различимого беспокойства, к дому покойного Лиама Морриса. Даже работники заметили, что с того дня, когда молодой Моррис пропал, а потом был найден убитым, все в жизни Сиэлов перевернулось с ног на голову, и сильнее всего пострадал брат хозяина, Эдвард.
Похоже было на то, что он даже повредился рассудком.
В это прекрасное утро, когда Лиам был уже погребен и, казалось, все должно было прийти в норму, мистер Сиэл кинулся на поиски брата. Они уже объехали практически всех соседей, побывали у Ребекки Филлип, невесты Эдварда, и у Рут Лигейл, девушки, на которой планировал жениться молодой Моррис, и теперь остановились возле дома усопшего.
Паркер, облаченный в светло-синий костюм, вышел из экипажа и, тяжелым взглядом обведя дом, двинулся к центральным воротам, которые оказались, на удивление незапертыми. Быстро преодолев расстояние до самого дома, мужчина остановился перед запертой входной дверью, прислушиваясь. Не заметив ничего странного или подозрительного, он уже развернулся и хотел вернуться к карете, как увидел бегущего к нему со стороны вишневого сада Эдварда, вид которого сразу приковал взгляд мистера Сиэла.
– Паркер! – Молодой человек, запыхавшись, остановился перед братом.
– Эд, что с тобой? Где ты был? Ты не ночевал дома? – Мужчина рассматривал Эдварда, который, еле отдышавшись, держался за левый бок, в котором у него неприятно кололо.
– Я… ночевал! – Пауза была настолько красноречивой, что ложь стала максимально очевидной. – Я просто очень рано встал… – выпалил молодой человек, заметив, что Паркер хмурится.
– Встал рано для чего? – вкрадчиво спросил мужчина.
– Я… О… – Эдвард рассеянно оглянулся на особняк, задумавшись о живом трупе, спрятанном в его глубинах. – Пришел сюда, – медленно произнес он.
– Для чего? Что ты здесь делаешь? Как ты открыл ворота?
Знал бы Паркер, что вообще делал этой ночью его брат! Эдвард невольно ужаснулся, и это отразилось на его лице.
– Тебе плохо, Эд? – Мужчина, перепугавшись, схватил молодого человека за плечи.
– Все нормально, правда… Я хотел побыть наедине с собой… – Эдвард взглянул на Паркера, желая убедиться, что этот ответ удовлетворил его брата.
– Я могу это понять, но ты можешь в следующий раз предупреждать, когда решишь так исчезнуть? Мы же переживаем с Сьюзан!
– Да, прости.
– Сэм тоже вернулся сегодня почти на рассвете.
Молодой человек практически замер, ожидая, что дальше скажет Паркер, боясь выдать себя хоть чем-то.
– Сказал, что проводил время у друзей и решил остаться у них на ночь, – недовольно продолжил мужчина.
– С ним все в порядке? – спросил Эдвард, понимая, что у него сильно трясутся руки, и чувствуя безмерную благодарность своему племяннику.
– Да, только мне показалось, что он то ли расстроенный, то ли испуганный. Странное ощущение. Надо будет поговорить с ним еще.
– Возможно, он устал, – поспешно отозвался молодой человек. – Просто дай ему спокойно выспаться. Он все-таки на каникулах. Чрезвычайно беспокойный отец – это не то, что нужно подростку в это время. – Сиэл выдавил из себя вымученную улыбку.
– У тебя просто еще нет своих детей, Эд. Ты даже не представляешь, как сильно можно переживать за них, когда они появляются на пороге дома с восходом солнца и падают замертво в свою постель, даже не сняв ботинок.
– Да, не представляю, – выдохнул Эдвард, проведя руками по своему лицу.
В этот момент полы его пальто раздвинулись, и мистер Сиэл увидел перепачканную в земле и еще чем-то темном, напоминающем размытые пятна крови, рубашку Эдварда.
– Что с тобой… – только и сумел произнести Паркер.
Проследив за взглядом брата, молодой человек спохватился и посильнее запахнул пальто, застегнув его на одну пуговицу.
– Что это за пятна? – Мужчина сделал шаг к Эдварду, протянув к нему руку, но тот буквально отпрыгнул от него.
– Я посадил несколько деревьев…
– Что?
– Там, в вишневом саду. В память о Лиаме… Это просто земля.
– Сходи, пожалуйста, к доктору Фоулу, Эд. Пусть он выпишет тебе лекарство для постоянного применения.
– Но…
– Не спорь со мной. Даже не вздумай. И с каких пор ты носишь пальто поверх рубашки? – Паркер продолжал разглядывать неопрятный вид молодого человека.
– Поверх рубашки? – искренне удивился Эдвард.
– Где твой пиджак?
– Я не знаю… – Молодой человек заглянул себе под пальто и потерянным взглядом снова уставился на брата. У него перед глазами снова предстало кладбище и разрытая могила Лиама. Сэм, помогающий ему нести труп в заброшенный особняк, болезненное пробуждение в доме Морриса и очнувшийся друг, вероятно, бродящий сейчас где-то по своему дому. Ничто из этого не подсказывало Эдварду, где он мог потерять пиджак. – В саду, наверное, оставил, – соврал он так же, как и минутой ранее.
Странная растерянность молодого человека снова не ускользнула от мужчины, взгляд которого теперь был прикован к кровавому бинту на ладони у Эдварда.
– И когда ты эту рану получил, я полагаю, ты тоже не знаешь? – строго спросил мистер Сиэл.
– Нет, знаю, – с готовностью отозвался молодой человек и осекся на полуслове. Паркеру совсем не обязательно было знать все подробности того, что Эдвард делал с трупом Лиама. – Инструмент искал в амбаре, поранился.
– Ты меня очень беспокоишь, Эд.
– Ничего… Все будет нормально. Я же никуда не денусь. – Молодой человек взглянул на мужчину.
– Я уж надеюсь. Если ты закончил со своим садом, идем домой.
– Нет, я… Дело не в саде. – Эдвард, неосознанно потирая порезанную ладонь сквозь бинт, обернулся на дом, пока Паркер выжидающе смотрел на него. – Я хочу пожить здесь, пока не приедет мистер Моррис. Я возьму с собой свои книги и рабочие записи и попробую вернуться к своей статье. Здесь атмосфера… располагает к философским размышлениям, – добавил молодой человек, заметив недоуменный взгляд брата.
– Пожить здесь? Кстати, мистер Уэйд сказал, что их семья может повременить с переездом, а ты можешь пожить в своем доме, сколько тебе потребуется.
– Что? – переспросил Сиэл.
– Ты можешь пожить… – начал мужчина, но осекся посреди фразы. – Ты не знаешь, что твой дом продан?
Эта новость настолько сильно застала Эдварда врасплох, что он ничего не ответил и лишь приподнял брови.
– Ребекка тебе не говорила? Лиам, понятно почему, не успел сообщить об этом, но почему Бекки не сказала… – задумчиво произнес Паркер, потерев лоб. – Это несколько странно. Она же приехала к тебе, в Лондон, в тот день, помнишь? Я думал, она тебе все тогда и рассказала про дом. Ох, прошу, – тут же спохватился мужчина. – Лучше не вспоминай, умоляю.
Но молодой человек просто растерянно смотрел на брата.
– Если почувствуешь, что начинается паника, старайся… Не
