– Нет, Анита, останься, пожалуйста: нам необходимо поговорить.
Женщина удивилась. Тем не менее она присела на диван, вопросительно глядя на меня.
– Анита, – сказала я, – до меня дошла информация, что к тебе уже обращались с предложением о продаже недостроенной клиники. Это правда?
Всего одно мгновение она казалась застигнутой врасплох, но быстро взяла себя в руки и спокойно ответила:
– Ко мне действительно приходили люди и предлагали деньги, но я сказала, что у меня таких полномочий нет и что наследницей по завещанию являешься ты, вот и все.
– Правда? А вот Милинд сказал, что эти люди обращались к тебе до того, как ты узнала о моем существовании!
– Милинд? – изумленно переспросила Анита. – Даже не представляю, как он мог об этом знать – я ему ничего не рассказывала!
– Возможно, и так, – согласно кивнула я. – Может, ему рассказали адвокаты Баджпаи?
– Поня-а-а-тно, – протянула мачеха. – Полагаю, кто-то из них ошибся: я точно помню, что ответила на это предложение. В любом случае я бы не стала ничего продавать, так как ничего не смыслю в бизнесе. Знаешь, Индира, Пратап старался держать всех нас подальше от своих занятий! Единственный, кто был постоянно в курсе его дел, это Милинд, и, если у тебя есть вопросы, лучше обратись к нему.
С этими словами Анита величественно поднялась и, закинув край ослепительно-белого траурного сари за плечо, выплыла из комнаты. Я отметила про себя, что белый ей к лицу.
* * *
На следующий день Милинд запланировал поездку еще в одну клинику, расположенную в благополучном районе города. Она была менее высокого класса, нежели та, что я видела в Дели, и туда обращались люди среднего достатка.
– Ваш отец считал, что человек любого уровня дохода должен иметь возможность получить медицинскую помощь ничуть не хуже, чем богачи, поэтому существует два варианта – VIP и обычный.
Такой расклад мне знаком: большинство сетевых клиник в Питере работают по тому же принципу. В известной сети «Меди» существует три «класса», последний – для самых низкооплачиваемых слоев населения. Пациентов принимают одни и те же врачи, а разница заключается в степени комфорта, которая, в сущности, к медицине отношения не имеет. Допустим, в клинике класса VIP стоят кофемашина, кулеры, автоматы с бесплатными напитками, дорогая мебель и так далее. В более дешевом варианте этого нет.
По дороге я рассказала Милинду о визите Бхаттара.
– Что вы об этом думаете? – спросила я, закончив.
– Решать вам, – ответил Милинд, нахмурив брови. Я видела, что мой спутник воспринимает происходящее очень серьезно. Жаль, а я-то надеялась, что он меня успокоит!
– Боюсь, вам все же следует подумать о продаже, – продолжал он, сосредоточенно глядя на дорогу, изобилующую неожиданными поворотами. – С точки зрения бизнеса, потеряете вы не очень много. Жизнь дороже, да и цену, насколько я понял из вашей речи, можно поднять.
– Но это же неправильно! – воскликнула я. – Отец погиб из-за этой клиники…
– Вот именно! – перебил Милинд. – Вы можете закончить тем же! Понимаете, Индира, в этой стране всем правит коррупция, поэтому, если тем, кто заинтересован в покупке, не удастся заполучить желаемое законным путем, они прибегнут к запрещенным методам. Я не могу допустить, чтобы с вами что-то случилось – Пратап никогда бы меня за это не простил!
Мне льстила забота Милинда, но его пессимистический настрой меня не устраивал: сейчас, как никогда, я нуждалась в союзниках.
Местечко, где располагался филиал, мне понравилось. Много деревьев и клумб с цветами. Здание хоть и не могло конкурировать с тем, что строил отец, выглядело вполне презентабельно. У входа нас встретил главный врач по имени Индер Редди – невысокий, приятной полноты мужчина с роскошной шевелюрой черных как смоль волос и таким темным цветом кожи, что белки его глаз казались особенно яркими.
– Наконец-то у нас все наладится! – воскликнул он после обмена приветствиями. – Теперь, когда наследница здесь, все вернется на круги своя! Что бы вы хотели посмотреть в первую очередь?
– Думаю, мисс Варма было бы интересно не только посмотреть, но и испытать на себе систему панчакармы, – ответил за меня Милинд. Я насторожилась при словах «испытать на себе», но Милинд тут же пояснил:
– Доктор Редди – один из лучших специалистов в этой области, и ваш отец потратил немало сил, чтобы переманить его к себе.
Услышав похвалу, врач расцвел, как аленький цветочек, демонстрируя правоту высказывания о том, что доброе слово и кошке приятно.
– Тогда я, пожалуй, забираю мисс Варма, – сказал он Милинду. – А вы…
– Я найду чем заняться, – улыбнулся тот. – Индира, как закончите, позовите меня, и я подойду.
Я с тоской смотрела вслед удаляющейся стройной фигуре Милинда, думая о том, что меня ожидает. Экспериментов я не люблю – в особенности над собой, поэтому предстоящий сеанс страшной панчакармы казался мне средневековой пыткой, чем-то вроде «испанского башмака» или дыбы.
– Понимаете, мисс… Простите, можно называть вас по имени? – спросил доктор Редди, и я охотно ответила согласием. – Так вот, Индира, слово «панчакарма» означает «пять действий», а она сама представляет собой курс лечения, включающий краткосрочное диетическое питание, массаж и применение трав. Панчакарма применяется для некоторого количества болезней, но обычно – для периодической сезонной чистки организма. Мы используем слабительные, ванны, клизмы, содержащие лекарственные вещества, кровопускание и так далее.
– Звучит… многообещающе, – пробормотала я: чем больше говорил Редди, тем сильнее я боялась того, что для наглядности мне сейчас поставят клизму со слабительным, после чего я еще долго не смогу заниматься своим расследованием. Более того, при моем телосложении подобные эксперименты могут оказаться губительны для здоровья!
– Что вы, – говорил между тем Редди, эмоционально жестикулируя, – панчакарма как терапия очистки является, возможно, самым недооцененным из всех методов древнеиндийской медицины! Из-за невежества ее часто воспринимают как другую систему массажа. В ней и в самом деле присутствует массаж с применением масел, но это – всего лишь один из приемов данного курса. Терапия массажа может успокоить боль, расслабить жесткие мускулы и уменьшить опухоль, сопровождающую артрит. Многие не верят, но я утверждаю, что панчакарма может применяться и как терапия омоложения.
Это уже интереснее, подумала я: чем черт не шутит? Правда, лет мне не так много – всего-то тридцать два, но какая женщина не мечтает выглядеть моложе? Лично я ощущаю себя ровно на двадцать два – и ни годом старше.
– Значит, – произнесла я вслух, – диета и массаж?
– Ну, если по-простому, то да, – кивнул мой гид, заводя меня в просторное помещение с белыми стенами. В нем располагался длинный массажный стол, несколько маленьких столиков с какими-то флакончиками и бутылочками, а вдоль стен тянулись стеллажи, заставленные баночками, пробирками и чашками Петри, аккуратно помеченные бирками с надписями.
– Панчакарма – древнее искусство, – продолжал Редди, ловко, как фокусник, сдергивая с массажного стола желтое покрывало, под которым оказалась до хруста накрахмаленная простыня. – Древнеиндийская медицина считает, что вкусы продуктов и трав имеют определенные физиологические эффекты. К примеру, сладкий. Сладкие продукты охлаждают, увлажняют, смазывают и увеличивают вес – кстати, вам бы это не помешало, Индира, а то уж больно вы худенькая! – доктор с неодобрением поцокал языком, окидывая взглядом мою фигуру. – При вашем росте вам недостает, по меньшей мере, семь-восемь кило.
А вот меня мой вес вполне устраивает – пусть волнуются те, у кого отвисают бока!
– Или, скажем, – не умолкал Редди, – горький вкус. Горькие продукты уменьшают вес, а вяжущие – уменьшают неподвижность и так далее. Диета – важная часть лечения любой болезни по системе панчакармы. Свойства продуктов питания и напитков подробно описаны в аюрведических текстах, и мы всегда даем диетические рекомендации при назначении курса лечения. Снимайте верх, Индира, и укладывайтесь, – пригласил он меня, указывая на массажный стол. – Диету я вам потом пропишу, а вот массаж сделаю прямо сейчас!
