– А меня ты собираешься убить?
– Я бы ни за что этого не сделал, но теперь, боюсь, уже поздно: ты же не станешь молчать, а кроме тебя, никто не в курсе того, что произошло!
– И как ты намерен избежать наказания?
– Я?! Да я-то тут при чем? Все складывается как нельзя лучше: Анита изменяла Пратапу, он все выяснил, и она его застрелила! Ей было легче всего забрать пистолет из комнаты сына.
– Ты забываешь о чувствах матери: Анита никогда бы не подставила Санджу!
– О, Санджу ни за что бы не взяли, если бы кое-кто не позвонил в полицию и не сообщил о том, что видел его выбегающим из клиники, где только что убили Пратапа Варма!
– Так это был ты!
– Ты даже не представляешь, каких усилий мне стоило подзуживать старшего инспектора Ваманкара, убеждая в виновности твоего братца! Именно я отыскивал свидетелей постоянных ссор отца и сына и поставлял их Ваманкару, а их, слава богу, хватало. Пришлось потрудиться, но труды мои не пропали даром – Санджу до сих пор за решеткой. Но я въеду в тюрьму на белом коне и вызволю парня! Как думаешь, насколько он будет мне благодарен? Все складывается как нельзя лучше: Анита и Кишан состояли в сговоре и избавились от Пратапа, когда он вскрыл их измену. Ты об этом узнала и последовала за папашей. Мамаша-убийца с любовником отправятся на нары, а Санджу, ничего не смысля в бизнесе и потрясенный горем из-за убийства неожиданно обретенной сестры и предательства матери, сможет рассчитывать только на того, кто всегда находился рядом и поддерживал и семью, и дело Варма!
– То есть на тебя.
– Точно! Надо лишь поработать над доказательной базой. А теперь, милая, двигайся: будем надеяться, наш добрый доктор покажет, куда дел интересующие нас документы!
Милинд рывком поднял меня на ноги и толкнул к двери. На лестнице было все так же темно, и только свет фонарика Милинда, идущего позади меня, освещал путь.
В прихожей я споткнулась обо что-то и не сразу сообразила, что это – тело Арджуна.
– А ну, стоять! – раздался звонкий женский голос из-под лестницы, и я с изумлением узнала его: никогда в жизни не предполагала, что буду рада услышать голос собственной мачехи.
– Анита?!
Милинд был потрясен не меньше моего.
– Медленно положи оружие на пол, – скомандовала женщина, – и толкни его ногой назад!
– Анита, ты не поняла…
– Я все слышала, идиот! – перебила она Милинда. – И про то, как ты убил моего мужа, и про то, как подставил сына, а также о твоих далеко идущих планах на меня! Тебе не отвертеться, но я сейчас пытаюсь спасти тебе жизнь, Милинд: только шевельнись, и я выпущу в тебя всю обойму… А ты, Индира, иди ко мне – медленно и спокойно, ладно?
Я послушалась и осторожно пошла к мачехе, когда Милинд вдруг прыгнул в сторону, потом, бросившись вперед, повалил Аниту, не ожидавшую такого поворота событий. Первый выстрел просвистел в воздухе рядом с моим лицом, а несколько других прозвучали, когда парочка уже каталась по полу. Звуки были глухими, как будто стреляли во что-то большое и плотное.
– Помоги! – раздался сдавленный голос мачехи, и я, подскочив, нащупала в темноте ее руку.
– Ты ранена?
– Кажется, нет… Но, по-моему, я его… убила!
Подсобив Аните, я пощупала пульс на шейной артерии Милинда.
– Жив!
– Ну, слава богине-матери! – выдохнула она. – Еще не хватало руки замарать! Надо его связать – на всякий случай… Кстати, охранник там, под лестницей. По-моему, он мертв.
Анита побежала в офис, а я склонилась над Арджуном. Адвокат еще дышал.
– Вызови «Скорую»! – крикнула я вслед мачехе. – И полицию!
Анита вернулась с мотком клейкой ленты, и мы на пару «склеили» Милинда, уже начавшего приходить в себя, примотав его к перилам. Предварительно я сняла с Милинда пиджак и подложила его под голову адвокату.
– Ну что, поехали домой? – предложила на удивление спокойная Анита. В данную минуту она показалась мне еще красивее, чем обычно, и я подумала, что отец в свое время не просто так решил дать шанс бедной девушке без перспектив: он от души пользовался этой красотой, не увядшей по сей день!
– Нет, домой нельзя, – покачала я головой. – Мы должны дождаться полицию и врачей! Кстати, надо бы Милинда перевязать – куда ты его ранила?
– Еще чего! – взвизгнула Анита, мгновенно теряя самообладание. – Пусть подыхает, дрянь такая!
– Ладно, – вздохнула я. – Тогда пошли, что ли, наверх? В кабинете все-таки поуютнее!
Оказавшись в адвокатском офисе, я опустилась прямо на пол под подоконником раскрытого окна, из которого тянуло ночной прохладой. До сих пор не верилось, что все кончено!
– Как ты здесь оказалась? – спросила я у Аниты, рыщущей в поисках чего-то в темноте.
– Где-то тут у них был бар… Вот! – радостно вскрикнула она. – Ты что предпочитаешь, коньяк или виски? Черт, в темноте не видно…
– Неважно, – ответила я. – Что угодно сойдет!
– Тогда держи, – Анита всунула мне в руку стакан. Я сделала большой глоток, но даже не поперхнулась: обстоятельства требовали обильного возлияния.
– Так все-таки, – сказала я, – как тебя сюда занесло?
– Я следила за Милиндом, – ответила Анита, опускаясь на пол рядом со мной, нисколько не заботясь о том, что дорогущее сари может испачкаться. – Он вел себя подозрительно с тех пор, как сделал тебе предложение. Я с самого начала понимала, что Милинд нацелился на деньги Пратапа… то есть на твои деньги, но в его поведении было что-то еще, чего я не могла объяснить. А вчера я видела его выходящим из твоей комнаты, когда тебя там не было. Он крался, словно вор, и я сообразила, что дело нечисто! В тот момент он вообще не должен был находиться в доме: я думала, слуги уже проводили его… И тогда мне впервые пришло в голову: а что, если он уже проделывал такое? Милинд – частый гость в поместье, почти член семьи, и его появление не вызвало бы ничьих подозрений. Я уверена, что Санджу никого не сумел бы убить, тем более собственного отца, но стреляли-то из его пистолета! Кто, кроме членов семьи, мог беспрепятственно проникнуть в комнату Санджу дважды: сначала – чтобы взять оружие, потом – чтобы положить обратно? Вот потому-то я и не спускала с Милинда глаз последние двадцать четыре часа, повсюду ездила за ним. Однако больше ничего подозрительного не происходило. Начинало темнеть, и я начала подумывать, что ошиблась. Слежка, как ты понимаешь, отнюдь не мой конек, и я собиралась возвращаться домой, как вдруг Милинд направился прямиком в адвокатскую контору Баджпаи. Мне это показалось непонятным: я точно знала, что офис уже закрыт.
– И ты последовала за ним?
– Я сидела в машине и наблюдала. Сначала в окне на первом этаже горел свет, а потом погас, но никто не выходил. Затем я услышала глухой хлопок.
– На первом этаже сидел охранник, – сказала я. Видимо, Милинд убил его, но перед этим заставил позвонить Арджуну и вызвать его в офис. Он не думал, что с адвокатом появлюсь и я, но для него такой расклад был даже к лучшему: так он мог избавиться от обоих разом! Он искал мое завещание… Хочу тебя спросить – куда делись фотографии, сделанные частным детективом? Копии остались у него, но где те, что он отдал отцу?
– Кишан все «подчистил», – вздохнула Анита. – Пратап узнал о нас, но не стал выгонять Кишана сразу, так как с его отцом их связывала многолетняя дружба. Он опасался, что известие убьет старика… Думаю, для меня он готовил какую-то пакость, потому и не потребовал убираться из дома немедленно! А после смерти Пратапа Кишан сказал, что злополучные фотографии могут стать доказательством нашей с ним вины: мы, дескать, боялись, что Пратап примет меры, а потому сговорились его убить. Но ни один из нас не представлял, кто на самом деле убийца!
– А ты знала о том, что Милинд женат?
– Да ты что?! – возмутилась мачеха, едва не расплескав содержимое своего стакана. – Знай я об этом, ни за что не позволила бы тебе выйти замуж за него! А вот насчет того, что он игрок, – знала.
– Ты поэтому так среагировала на известие о нашей возможной свадьбе?
