Данбар постарался остановить кровь, воспользовавшись полотенцами, которые нашел в умывальной комнате в дальнем конце коридора. Сооружая из одного полотенца некое подобие жгута, он вдруг осознал, что у них есть зрители. В клетках находилось пять обезьян. Все они были беременными самками. Несмотря на потрясение, Стивен обратил внимание, что у всех обезьян на животе имелся поперечно идущий шов, словно им проводилось кесарево сечение, — однако при этом беременность явно сохранилась.
Дуглас со стоном схватился за шею и пробормотал что-то неразборчивое. Данбар наклонился ближе.
— Омнопон… — прошептал Дуглас.
Данбар сообразил, что тот имеет в виду. Сунув руку напарнику за пазуху, он обнаружил висевший на кожаном шнурке пластиковый футляр, в котором были шприц и ампула обезболивающего.
— Привычка — вторая натура, — прошептал Стивен себе под нос. Должно быть, Дуглас какое-то время служил в морской пехоте, где каждому солдату всегда полагалось иметь при себе анальгетик. Стивен ввел лекарство и, сняв куртку, положил ее напарнику под голову, а затем принялся размышлять, что делать дальше. Неожиданно он услышал, как открылась входная дверь.
— Сейчас вернусь, — прошептал Стивен, встал и погасил свет.
— Говорю тебе, я слышал крики! — послышался возбужденный мужской голос.
— Тебе показалось, — спокойно ответил второй мужчина. — Это, наверное, было радио.
— По радио шел аудиоспектакль!
Данбар прижался к стене, решая, что делать. Судя по всему, один из охранников что-то услышал, но, прежде чем поднимать тревогу, они решили посмотреть, в чем дело. Если ему удастся закрыть проход в стене, охранники уйдут, ничего не обнаружив, — то есть если, конечно, им не придет в голову на всякий случай обыскать все здание. Стивен принялся искать кнопку, закрывающую дверь, как вдруг Дуглас, попытавшись пошевелиться, издал громкий стон. Игра была закончена — охранники уже бежали к ним.
Данбар натянул на лицо балаклаву и, когда зажегся верхний свет, бросился к ним навстречу. Один охранник, едва успев открыть рот, получил сокрушительный удар в челюсть и рухнул как подкошенный. Второй повернулся и попытался выскочить в дверь, но Данбар догнал его и сшиб с ног ударом в ухо.
Затем Данбар торопливо вернулся к Дугласу. Обезболивающее сделало свое дело: Дуглас был в сознании и почти успокоился. Он сидел, держа завязанное на руке полотенце.
— Можешь стоять? — спросил Стивен.
— Попробую…
С помощью Данбара Дуглас поднялся на ноги. Стивен снова надел куртку.
— Держись здоровой рукой за мою шею, — предложил он.
Дотащив товарища до входной двери, он выключил свет и нажал кнопку открывания двери. Дверь распахнулась, впуская свежий ночной воздух.
— Где ты оставил свой рюкзак? — спросил Данбар.
Дуглас помедлил, затем сказал сонным голосом:
— Рядом с трубой.
Ужасно медленно они потащились вдоль стены здания к канализационной трубе. Данбар достал рюкзак и начал было надевать, но Дуглас остановил его.
— Внутри… — пробормотал он. — Краска… баллончик с краской…
Сначала Данбар подумал, что тот бредит, но потом сообразил: несмотря на боль и шок, Дуглас не забывал об их задании.
— Взял на случай… если что-то пойдет не так, — с трудом объяснил тот. — Чтобы было… кого обвинить.
Порывшись в рюкзаке, Стивен вытащил баллончик с краской.
— Побудешь тут минутку? — спросил он.
— Иди…
Данбар подошел к стене и начал выводить краской слова: «НЕТ вивисекции… Свободу животным… Ученые — сволочи… Прекратите эксперименты… Чертовы ублюдки…» Краска закончилась. Он вернулся к тому месту, где лежал Дуглас, сунул баллончик в рюкзак и надел его на спину, затем помог товарищу подняться на ноги.
— Надо отвезти тебя в больницу, — озабоченно сказал он.
Казалось, прошла вечность, пока они добрались до «лендровера», но погони не было. Видимо, охранники еще не пришли в сознание. Вытащив ключи из кармана Дугласа, Данбар опустил его на землю и открыл автомобиль. Ему удалось усадить Дугласа на переднее сиденье и пристегнуть ремень. Тот сидел, уронив голову на грудь, но был пока в сознании.
— Так нормально?
— Нормально, — пробормотал Дуглас.
Данбар завел машину. Он хотел было ехать по полям, опасаясь встречи с полицией, но решил, что Дуглас может не перенести тряску. Придется рискнуть и выехать на дорогу.
Проезжая ферму, он посмотрел вправо. Сторожка была пуста. Стивен повернулся к Дугласу и поинтересовался, не кончилось ли действие омнопона.
— Пока работает, — ответил тот, но было ясно, что он находится в шоке.
Добравшись до станционного двора, Данбар припарковал «лендровер» рядом со своим автомобилем и перетащил Дугласа, а затем ненадолго ослабил жгут на руке, чтобы не начался некроз тканей.
— Придется оставить «лендровер» здесь, — сказал он. — Свою не хочу здесь бросать, чтобы она не навела на мой след. Твоя машина вызовет меньше подозрений.
— Я попрошу своих парней забрать его, — ответил Дуглас.
— Чем скорее ты окажешься в больнице, тем лучше.
— Никаких больниц, — прохрипел Дуглас.
— Тебе нужно оказать квалифицированную помощь, — настаивал Данбар. — Рана очень опасная.
— Никаких больниц, — повторил тот. — Они начнут задавать вопросы, а я хочу работать дальше. У меня нет другого варианта, парень.
— Если тебя не лечить, ты все равно не будешь работать. Ты можешь лишиться руки!
— Так серьезно?
— Куда уж серьезнее!
— Ты что, врач? — спросил Дуглас, явно ожидая отрицательно ответа.
— Да.
Дуглас недоверчиво покачал головой.
— Тогда какого черта… Сам и лечи тогда!
— Чем? Лекарствами из автомобильной аптечки? Сделать гипс из автомобильной покрышки? Тебе нужно в больницу!
Дуглас глубоко вздохнул.
— Едем в «Журавль», — сказал он.
— «Журавль» уже давно закрылся!
— У меня квартира как раз над ним. Оттуда я могу вызвать друга, он уже помогал мне однажды.
— Ты имеешь в виду какого-нибудь отставного пьяницу, который штопает преступников, чтобы заработать на пиво?
— Почти угадал. В больницу я не поеду.
— Давай договоримся, — сказал Данбар. — Мы отправимся к тебе на квартиру, но я вызову своих людей. Я скажу им, что крайне важно соблюдать секретность.
— Думаешь, они согласятся?
— Они согласятся, но может оказаться, что все равно придется ехать больницу.
— Никаких больниц!
Они только пересекли черту города, когда мимо в обратном направлении проехали две полицейские машины. Данбар почувствовал облегчение — не только потому, что полицейские не обратили на них внимания, но и потому, что, видимо, по крайней мере один из охранников пришел в себя.
До Саламандер-стрит они добрались без происшествий. Стивен припарковался неподалеку от пивной, которую с трудом отыскал в темноте. Безликий фасад превосходно сливался с темной лентой нежилых строений. Дуглас сидел, откинув назад голову и крепко зажмурив глаза. Действие анальгетика заканчивалось, и он полностью был поглощен нарастающей болью.
— Я все-таки считаю… — начал Данбар.
— Нет! — прорычал Дуглас.
Данбар пожал плечами.
— Как мы попадем внутрь? — спросил он.
— Дверь… налево. Ключи… в боковом кармане рюкзака.
Найдя ключи, Стивен вышел из машины и открыл тяжелую дверь слева от пивной. Он вернулся в машину, помог выбраться Дугласу и повел его по тротуару в длинный темный коридор. Из темноты до него донеслись звуки поспешно удаляющихся шагов.
— Какая квартира? — спросил Данбар.
— Первая… В других никто не живет.
Данбар помог ему подняться по винтовой лестнице, двигаясь в темноте на ощупь. Узкий лестничный проход затруднял задачу, как и то, что ступеньки были основательно стертыми в центре. Оказавшись наконец на лестничной площадке, Стивен испытал облегчение. Продолжая поддерживать Дугласа, он ощупью дошел вдоль стены до первой двери, нашел замок и открыл его со второй попытки. Затем включил свет в прихожей и помог Дугласу, который был уже в полубессознательном состоянии, войти в комнату, где тот обессилено рухнул на кровать.
