Данбар начал морально готовиться к предстоящему кошмару. Он представлял, как окажется на свежем воздухе, как отправится навстречу свободе через поля… но реальность снова вносила свои коррективы. Если ему удастся выбраться из отстойника, то он будет выглядеть как чудовище, а воды, чтобы отмыться, и чистой одежды у него не будет. Внезапно Стивену пришло в голову, что в здании наверняка есть какая-нибудь спецодежда для сотрудников лаборатории. Если бы только ему удалось найти смену одежды и какой-нибудь пакет, чтобы завернуть вещи…
В коридоре, ведущем в раздевалку, обнаружился бельевой шкаф. В нем Стивен разжился хирургическим костюмом и, поразмыслив, добавил в сверток полотенце. Поискав еще, наткнулся на рулон мусорных мешков. Оторвал один, положил в него костюм и полотенце, постаравшись сделать сверток как можно более плоским, затем затолкал его за пазуху и отправился в свинарню.
С каждой минутой силы у него прибывали — по мере того, как из крови выводились остатки наркотических веществ, однако мысль о сливной трубе по-прежнему повергала Стивена в ужас. Если не получится поднять крышку колодца снизу, клаустрофобический кошмар станет для него реальностью, в которой его ожидает смерть.
Помедлив, Данбар убрал внутреннюю решетку и осторожно сунул в трубу ноги, подгоняемый страхом быть пойманным. Свиньи вокруг одобрительно захрюкали. Горизонтальный отрезок трубы он преодолел легко, затем наступила очередь вертикальной части. Чувствуя, как стучит в висках кровь, Данбар решил больше не медлить. Закрыв глаза и глубоко вдохнув, он пятился, пока в игру не вступили силы гравитации. Скорость скольжения возросла, и наконец он ткнулся ногами прямо в месиво с такой силой, что клацнули зубы. Он находился в отстойной яме. Теперь нужно было присесть, выбраться из выходного отверстия трубы и поднять крышку люка — и тогда он обретет свободу!
Стивен больше не мог сдерживать дыхание. Поднявшись как можно выше над вонючей жижей, он вдохнул — и понял, что повторить этого уже не сможет. Тогда он присел, погрузился в вонючую жижу и двигался в ней, пока наконец не выпрямился и не уперся плечами и спиной в крышку колодца. Она не сдвинулась с места. Стивену пришла в голову кошмарная мысль, что крышку закрыли на замок, и он в отчаянии надавил снова. На этот раз она подалась с громким чмоканьем — из-за недавно прошедшего дождя края крышки залепило жидкой грязью. Жадно глотая свежий ночной воздух, Стивен принялся стирать с лица зловонную жижу. Небо было черным как смоль. Шел дождь.
Пытаясь справиться с рвотными позывами, он вернул на место канализационную крышку… и вспомнил об электрической изгороди. В отчаянии Стивен упал на колени, едва удержавшись, чтобы не разрыдаться. Не было смысла пытаться перелезть через нее или сделать подкоп, а разрезать провод и создать обходное соединение было нечем. Придется выходить через ворота.
Стивен дополз на животе до угла здания и принялся обдумывать дальнейший маршрут. Он казался не таким трудным, как подумалось ему в первый момент. Сторожка была построена так, чтобы наблюдать главным образом за людьми, входящими на территорию фермы, а не выходящими. Если ему удастся незаметно пересечь двести метров открытого пространства, отделяющего основное здание от сторожки, он сможет проскочить через ворота и скрыться в поле за углом изгороди. Встав на колени, Стивен приготовился совершить короткий забег. Его все еще немного шатало, поэтому он решил сначала собраться с силами. Любая ошибка могла стать смертельной.
Охранники внутри сторожки занимались чем-то, передвигаясь туда-сюда. Данбар подождал, пока никого из них не будет видно в окне, выходившем на основное здание, и метнулся через бетонированную площадку в спасительную тень. Замер на секунду, затем обежал сторожку с той стороны, где его не могли заметить, и выскочил в поле, где заканчивался электрический забор.
Немного передохнув, Данбар отправился в путь до заброшенной железнодорожной станции, уповая на то, что «лендровер» все еще стоит там. Ночь была настолько темной, что он постоянно спотыкался и терял равновесие, пробираясь через первое поле в сторону дороги. Ледяной дождь немного освежил лицо и голову, но ему отчаянно хотелось найти воду одной из многочисленных канав, через которые ему приходилось перебираться. Только добравшись до дальнего края второго поля, Стивен обнаружил небольшой ручей, бравший начало на склоне поросшего сосняком холма. Вода была ужасно холодной, но он был рад наконец избавиться от покрывавшей его вонючей грязи.
Когда Данбар снял испачканную одежду и опустился на колени в воду, ему показалось, что каждый мускул тела сжался в конвульсиях. Закончив отмываться, он неуклюже выбрался на берег и постарался, насколько возможно, стереть ладонями воду с тела. Затем достал из пакета полотенце и принялся яростно им растираться, чтобы восстановить кровообращение. Ругаясь на чем свет стоит, облачился в хирургический костюм — натянуть одежду на влажное тело оказалось чертовски трудно, к тому же его сотрясала отчаянная дрожь. Стивен опустошил карманы грязной одежды, скатал ее в рулон и придавил камнем. А затем помчался что было сил, надеясь таким образом хоть немного согреться. Все еще сотрясаемый ознобом с ног до головы, он добежал до места стоянки и с невыразимым облегчением увидел, что «лендровер» Джимми по-прежнему стоит там.
С тихим урчанием ожил мотор. Данбар с нетерпением ждал, когда он разогреется, чтобы тепло, идущее из печки, помогло справиться с переохлаждением. Он со скрипом нажал педаль газа — это простое действие оказалось трудным из-за дрожи, сотрясавшей все его тело. Стивен чересчур быстро тронулся по неровному двору станции и чуть не слетел с сиденья, когда машина выскочила на дорогу. Теперь нужно было как можно скорее добраться до телефонной будки.
Хотя Стивен пытался ехать с максимальной скоростью, его не покидало ощущение, что все в мире вдруг замедлилось. Каждое переключение скорости, казалось, длится вечность — обороты падали, коробка передач скрипела, машина дергалась, словно тащила на буксире грузовик. Пришлось довольствоваться низкими оборотами, сопровождаемыми скрежетом мотора, пробираясь по извилистой проселочной дороге в город.
В первой телефонной будке, которую он нашел, звонила женщина. Данбар с визгом затормозил рядом с ней и выбрался из машины. Один лишь его вид — шатающийся от изнеможения, мокрый с ног до головы, одетый в хирургический костюм — заставил женщину отказаться от звонка, каким бы срочным он ни был. Спотыкаясь, она выскочила из будки и бросилась прочь, периодически оглядываясь на Стивена, — должно быть, решила что он сбежал из психиатрической больницы.
Данбар пережил несколько ужасных мгновений, пытаясь вспомнить номер телефона детской больницы. Потом он не смог набрать его правильно — руки дрожали так, что он раза три подряд нажимал на две кнопки сразу. Тогда он остановился, глубоко вдохнул, успокоился и с четвертой попытки набрал номер. Попросил пригласить к телефону Клайва Тернера, молясь про себя, чтобы тот оказался на месте. Стивен не имел представления, какой сейчас день и время суток.
— Доктор Тернер, слушаю.
— Слава богу! — выдохнул Данбар.
— Кто это?
— Клайв, это Стивен Данбар. Аманду Чепмен уже прооперировали?
— Стивен? Где вы, черт возьми? Что случилось? У вас странный голос!
— Да ответьте же — Аманду оперировали?
— Операция назначена сегодня на восемь вечера. Ее отец звонил мне утром. Что происходит? Где вы находитесь?
У Данбара оборвалось сердце.
— Сколько сейчас времени? — спросил он.
— Десять минут девятого. Да что такое? Где вы?
— Послушайте, они намерены пересадить Аманде несовместимую почку! Они хотят, чтобы девочка умерла, а потом пересадят ее сердце другому пациенту.
— Этого не может быть! — воскликнул Тернер.
— Поверьте, это правда. Нам нужно попытаться спасти Аманду, если еще осталось время.
— Но что мы можем сделать? Если, как вы говорите, они пересаживают Аманде несовместимую почку…
