Полицейские не обнаружили человеческих останков, но Стивен предполагал, что так и было задумано. Не обнаружив ничего подозрительного, полиция потеряла интерес к станции. Хотя от станции и остались руины, она оставалась в собственности «Леман», которая оставит ее нетронутой навечно. Стивен внимательно осмотрел каменный пол, очищенный от мусора во время первоначальных поисков, но пепел и угольная пыль забили все трещины, так что невозможно было сказать, двигали ли какие-то из каменных плит перед тем, как начался пожар. Поискав вокруг, он обнаружил металлический прут, которым воспользовался как рычагом. Стивен начал с центра комнаты на первом этаже, но, подняв четыре тяжелых плиты, понял, что один человек здесь не справится, и вызвал на помощь местную полицию.
Прошло два часа, прежде чем один из полицейских, проводивших раскопки, крикнул, что нашел кое-что. Он держал в руках человеческую бедренную кость, словно только что выловленную рыбину. Все замолчали, и некоторое время тишину нарушал только вой ветра в развалинах станции.
— Тут еще есть, — сказал полицейский, словно извиняясь.
Стивен испытывал мало удовольствия от того, что оправдались его худшие опасения. Как он и подозревал, сгоревшее здание должно было скрыть следы произошедшей ранее процедуры кремации человеческих тел.
— Почти идеальное убийство, — сказал инспектор, руководивший операцией. Он чувствовал неловкость от того, что полиция проглядела такую очевидную причину наличия возле станции «Лэнд-Ровера».
— Нет, — сказал Стивен, не отрывая взгляда от костей, которые осторожно извлекли из ямы и положили на расстеленный рядом брезент. — Их смерть была вызвана естественными причинами.
— С чего вы взяли?
— Это останки двух ученых, которых отправили сюда работать над секретным проектом. Полагаю, они заразились тем же вирусом, который вызвал эпидемию в Манчестере, — только не спрашивайте, каким образом. Им обеспечили профессиональный медсестринский уход, но они скончались. Их работодатели попытались скрыть смерть путем кремации и захоронения останков под плитами пола, а затем подожгли здание.
— Твою мать, вам удалось их вычислить! — восхитился инспектор. — Могу я спросить, в чем была причина?
— Завтра, — ответил Стивен печально. — Спросите меня об этом завтра.
В Карнарвон он возвращался с тяжелым сердцем: ему предстояло сообщить новость Карен и Яну. Ранее он договорился встретиться с ними в гостинице рядом с замком, но теперь не хотел, чтобы все происходило в публичном месте, поэтому позвонил Чарлзу Ранси в городскую больницу и спросил, может ли он посоветовать что-нибудь более подходящее.
— Мой кабинет? — предложил Ранси.
— Отлично, — согласился Стивен. — Я бы хотел, чтобы вы тоже присутствовали, если можно.
— Как скажете, — отозвался врач.
Разговор оказался ужасным, как Стивен и предполагал. Выражение лица Карен, когда он сказал ей, что Питер умер, еще долго стояло у него перед глазами. После нескольких секунд ошарашенного молчания она разрыдалась, и Ранси как можно деликатнее постарался ее успокоить. Ян Паттерсон более стоически воспринял новость о смерти жены. Он неподвижно сидел на стуле, молча глядя в пол, но затем Стивен увидел, как по его лицу текут слезы, и у него комок подкатил к горлу.
Однако Карен не сдавалась даже в горе.
— Как вы можете быть уверены, — вытирая глаза, спросила она, — если там были только… кости и пепел?
— Знаю, — согласился Стивен, — потребуется провести анализ ДНК, чтобы быть абсолютно уверенным, но все обстоятельства говорят о том, что это Питер и Эми.
— Я ничего не понимаю — как они могли заразиться вирусом? И почему кому-то надо было хранить это в секрете?
— Я думаю, «Леман Геномикс» может ответить нам на эти вопросы, — мягко ответил Стивен. — На самом деле я уверен, что они смогут объяснить нам, откуда вообще появился этот вирус.
— Этот ублюдок, Пол Гроссарт! — воскликнула Карен. — Он все это время знал, что с ними случилось! И заставил нас думать…
— В конце концов он за все ответит, — сказал Стивен. — Обещаю.
Карен и Яна уговорили остаться в Карнарвоне и выехать в Шотландию следующим утром. Сначала они хотели уехать немедленно, но Ранси убедил их, что они не в состоянии осилить долгий путь и нужно подождать утра. Кроме того, может быть, полиция захочет поговорить с ними, прежде чем они уедут.
На время разговора с Карен и Яном Стивен выключил мобильный. Как только он снова его включил, позвонили из «Сай-Мед» и сообщили, что Мэйр Джонс прилетает из Пальмы в аэропорт Манчестера в десять тридцать вечера. Хочет ли он поговорить с ней?
После всего, что произошло, это было последнее, чего хотелось Стивену. Важность сведений, которые он мог получить от Мэйр Джонс, сильно уменьшилась после появления на сцене Карен Дойг и Яна Паттерсона, но, раз уж столько людей были задействованы в этом деле, он сообщил, что приедет в аэропорт. Закончив разговор, он позвонил в «Сай-Мед» — узнать, если ли результаты из Портона.
— Анализ уже проводится. На самом деле ученые сами решили провести анализ последовательности аминокислот еще до того, как вы попросили, так что результаты будут даже раньше, чем ожидалось. Они сказали, что проведут исследование гомологичности, как только получат достаточное количество данных по ДНК, чтобы ввести их в компьютер.
— Именно это я и собирался их попросить, — сказал Стивен.
Рейс из Майорки задержался всего на несколько минут. Мэйр Джонс, невысокую женщина с крашеными угольно-черными волосами, провели в комнату ожидания, а полиция отправилась получать ее багаж.
— Что ж, и у меня будут пятнадцать минут славы, — пошутила она с сильным уэльским акцентом. — Кто вы?
Стивен показал свое удостоверение.
— Как вы себя чувствуете? — спросил он.
— Зла как собака, — ответила она, неправильно поняв суть вопроса. — А как бы вы себя чувствовали, если бы двое английских полицейских ворвались к вам в отель рано утром и предложили вернуться с ними домой, не объясняя причины?
— То есть, вы не имеете представления, что происходит? — спросил Стивен с недоверием в голосе.
— Видимо, это как-то связано с бедняжкой Морин и с той работой, которую мы делали?
Кивнув, Стивен объяснил:
— Вчера мы не имели представления, каким образом Морин Уильямс заразилась вирусом, но затем я поговорил с ее мужем и он рассказал мне, что ее наняли медсестрой и вы тоже принимали в этом участие. Морин была не в состоянии рассказать нам. Оставались вы.
— Бедняжка Мо, — вздохнула Мэйр. — Я просто запаниковала и сбежала куда глаза глядят, на тот случай, если я тоже заболею.
— Вы в любом случае увезли бы вирус с собой, — заметил Стивен.
Мэйр Джонс подняла руки и сказала:
— Хорошо, сдаюсь, — мне просто нужно было убраться отсюда. Что будет дальше?
— Мне нужно задать вам несколько вопросов.
— Что вы хотите знать?
— Кто были ваши пациенты, что с ними случилось и кто именно платил вам за то, что вы за ними ухаживали?
— Нам заплатили авансом, наличными, — сказала Мэйр, подтверждая слова Уильямса. — Нашими пациентами были мужчина и женщина — имен нам не сказали, только то, что они больны крайне редкой, но очень заразной вирусной инфекцией. К тому времени, как мы прибыли в Капел Кьюриг, они были уже в довольно тяжелом состоянии.
— Что с ними стало?
Мэйр вздохнула и опустила глаза.
— Они умерли, — сказала она тихо. — Мы с Мо сделали все, что могли, но безуспешно, к сожалению.
— Что с ними было дальше?
— В смысле, с их телами? — переспросила Мэйр, словно это был непристойный вопрос. — Не имею представления. Мы сделали свою работу, нас отвезли обратно в Бангор, и на этом все закончилось, насколько мы поняли.
Помолчав, Стивен сказал:
— Сегодня утром сюда приехали жена Питера и муж Эми, так что я многое понял из того, что происходит. Они приехали в Уэльс в поисках пропавших.
— О Господи! — ахнула Мэйр. — Нам и в голову не приходило… Мы вообще решили, что они супруги. Один из американцев сказал нам, что это ученые, которые заразились вирусом во время выполнения научной работы. Нам не позволили задавать вопросы.
