Я услышала шорох в зарослях, задержала дыхание и прислушалась. В лесу стояла тишина. Пару секунд спустя до меня снова донесся тот же звук, на сей раз с другой стороны. Животное, производившее этот шорох, было явно крупнее белки или зайца.
В моем сознании раздался едва слышный сигнал тревоги.
Подумав, что Эрл, возможно, пошел по пятам, я приподнялась и огляделась. Ни души.
Минуту вокруг не было заметно никакого движения, но затем рододендрон справа от меня закачался, и я услыхала глухое рычание. Я стремительно обернулась, но увидела одни кусты да листья. Вглядываясь в заросли, соскользнула с поваленного ствола и поднялась на ноги.
Мгновение спустя опять послышалось рычание. Теперь оно сопровождалось пронзительным воем.
Сознание подняло по тревоге кору головного мозга, и выброс адреналина отозвался в каждой клеточке моего существа.
Медленно, очень медленно я присела и потянулась за камнем. Услышав движение за спиной, резко крутанулась на корточках в сторону звука.
Взгляд мой скрестился со взглядом черных горящих глаз. Верхняя губа зверя вздернулась, бледные клыки влажно поблескивали в надвигающихся сумерках. Предмет, торчавший в этих клыках, был мне до жути знаком.
Ступня.
Мозг напрягся в поисках определения.
Зверь сжимал в зубах человеческую ступню.
Мозг вспомнил недавние события. Обглоданное лицо мертвой девушки. Слова помощника шерифа.
О боже! Неужели это волк? Я безоружна. Что делать? Пригрозить?
Отощавший дикий зверь сверлил меня взглядом.
Бежать?
Нет. Я должна отобрать у него ступню. Она принадлежала человеку. Человеку, у которого были родные, друзья. Я не брошу ее на произвол падальщиков.
Второй волк вынырнул из кустов и остановился позади первого. Он скалил зубы, шерсть вокруг пасти потемнела от слюны. Зарычал, растягивая дрожавшие губы. Я медленно выпрямилась и занесла камень.
– Назад!
Оба зверя разом замерли, и первый выронил добычу. Понюхав воздух, затем землю, снова воздух, он опустил морду, поднял хвост и шагнул ко мне, но тут же отступил вбок на пару шагов – и так застыл, следя за каждым моим движением. Второй последовал его примеру. Растерялись они или что-то замыслили? Я начала отступать, услышала за спиной сухой щелчок – и, обернувшись, увидела еще трех волков. Видимо, они окружали меня.
– Не сметь! – пронзительно выкрикнула я и швырнула камень.
Угодила ближайшему зверю в глаз. Волк дернулся, заскулил от боли и неуклюже попятился. Прочие на секунду застыли – а потом продолжили зловещее кружение.
Я привалилась спиной к поваленному дереву и стала лихорадочно дергать сук, пытаясь оторвать его от ствола.
Животные неуклонно сужали круг. Я слышала их шумное дыхание, чуяла звериный запах. Один шагнул в круг, за ним – другой. Тот задрал хвост и тут же опустил. И стоял без единого звука, не сводя с меня взгляда.
Сук наконец обломился. От треска волк отпрянул было, но остановился и вновь уставился на меня.
– А ну пошли вон, стервятники! Вон отсюда! – закричала я, стиснув в руке спасительный сук, точно бейсбольную биту.
И – бросилась на вожака, размахивая импровизированной дубинкой.
Тот легко увернулся от удара, отступил на пару шагов – и вновь принялся, рыча, обходить меня по кругу. Я приготовилась было завопить так громко, как не вопила никогда в жизни… и тут меня опередили.
– Брысь, шавки шелудивые! Валите, живо!
Два камня один за другим ударились о землю рядом с вожаком.
Волк принюхался, зарычал – и, стремительно развернувшись, скачками умчался в заросли. Прочие звери секунду колебались, но все же последовали за ним.
Выронив дубинку из трясущихся рук, я в изнеможении привалилась к стволу поваленного дерева.
Человек в защитном костюме и маске бросился ко мне, на бегу швырнув еще один камень вдогонку исчезающим волкам. Затем поднес руку к лицу и стянул маску. Лицо его было едва различимо в неверном свете сумерек – и все же я его сразу узнала.
Но ведь… это невозможно! Слишком невероятно, чтобы быть правдой!
4
– Отличный бросок. Ты смотрелась как Сэмми Соса![308]
– Чертова тварь готовилась вцепиться мне в горло! – почти взвизгнула я.
– Эти звери не нападают на живых людей. Они всего лишь пытались отогнать тебя подальше от своего ужина.
– Что, один из них шепнул это тебе на ушко?
Эндрю Райан стряхнул с моих волос листок…
Но ведь он работает под прикрытием где-то в Квебеке!
– Какого черта ты здесь делаешь? – спросила я уже спокойней.
– И это вся твоя благодарность, Златовласка?[309] Хотя, учитывая обстоятельства, было бы, пожалуй, вернее назвать тебя Красной Шапочкой.
– Спасибо, – промямлила я, отводя со лба растрепавшиеся завитки.
Нет, конечно, я рада была, что Райан появился так кстати, но не рассыпаться же перед ним в благодарностях.
– Попытка засчитана.
Снова он потянулся поправить мне волосы, но я оттолкнула руку. Как обычно, случай свел нас именно тогда, когда я выглядела не лучшим образом.
– Я разгребаю ошметки человеческих мозгов, волчья стая только что прикидывала, как бы сделать из меня второе блюдо после отгрызенной у покойника ступни… а тебя волнует состояние моей прически?
– Почему ты оказалась здесь одна?
Непрошеная опека вызвала у меня раздражение.
– А ты с какой стати вообще здесь появился?
Лицо Райана окаменело. Удивительное лицо, где каждая черточка, каждая морщинка уместна и притягательна.
– Бертран летел этим рейсом.
– Жан?!
Список пассажиров. Бертран. Такая распространенная фамилия… Мне и в голову не пришло, что это мог быть напарник Райана.
– Он сопровождал арестованного. – Эндрю втянул ноздрями воздух и шумно выдохнул. – В аэропорту Даллас они должны были пересесть на рейс «Эйр Канадиан».
– Боже, боже… мне так жаль…
Мы стояли, не зная, что еще сказать, пока тишину не прервала зловещая вибрация, а потом – залп визгливого тявканья. Может, четвероногие знакомцы вызывали нас на матч-реванш?
– Лучше вернуться, – сказал Райан.
– Не стану спорить.
Он расстегнул молнию костюма, снял с пояса фонарик, щелкнул выключателем и поднял руку с фонариком на уровень плеча.
– Иди первой.
– Погоди. Дай-ка фонарик.
Райан молча повиновался. Я направилась туда, где впервые увидела волка.
Райан последовал за мной.
– Если ты решила заняться грибной охотой, то сейчас не самый подходящий момент…
Он осекся, увидев то, что валялось на земле.
В желтом свете фонарика ступня, отгрызенная чуть выше щиколотки, выглядела особенно жутко. На бороздах и вмятинах, оставленных зубами хищников, причудливо плясали тени.
Достав из кармана пару чистых перчаток, я натянула одну из них на руку и подняла ступню. Затем другой отметила место, где лежала моя находка, и для верности придавила перчатку камнем.
– Разве можно забирать ее, не отметив расположение на карте?
– Мы не можем знать точно, где именно стая обнаружила эту ступню. Да и если оставить ее здесь, ее попросту сожрут.
– Тебе решать.
Вслед за Райаном я шла к выходу из леса, неся добычу в вытянутой руке – как можно дальше от себя.
Когда мы вернулись на командный пункт, детектив направился в трейлер НКБТ, а я отнесла находку во временный морг. Там рассказала, как отыскала этот предмет, и объяснила, почему пришлось забрать его с места обнаружения. После этого ступне присвоили регистрационный номер, снабдили биркой и отправили в рефрижератор, а я вернулась к работе – сбору останков.
Через два часа меня отыскал Эрл и передал записку: «Жду тебя в морге. 19.00. Л. Т.».
Вручив послание, Эрл объявил, что на сегодня моя работа закончена. И возражения бессмысленны.
Я отправилась в трейлер санобработки и долго – насколько хватило терпения – торчала под обжигающе горячим душем, а потом переоделась в чистое. Наружу вышла пунцовая, как рождественский бант, но, по крайней мере, избавилась от гнусного запаха.
