Истерзанному и беззвездному.
Там, в вышине, над этой планетой не было никакого Бога. Даже для того, кто верил и посвятил ему всю жизнь.
Не надо было ему уезжать; он должен был позвать Серван. Но случилось так, как случилось. Отец Жозеф мертв. Никто больше не мог помочь ему.
И Венсану.
Последняя надежда узнать наконец истину, отлетела в выдуманный рай, о котором ему рассказывал священник, когда он был маленьким мальчиком. Когда еще верил в жизнь после смерти. Далекие годы, как бы он хотел сохранить их беззаботность…
Но как? Сегодня вечером он не мог себе лгать. Воспоминания разом вернулись к нему. Он всегда страдал, и самые давние воспоминания явились напомнить ему об этом. Со всей жестокостью, с которой жизнь подчас испытывает людей. С той болью, которую он усиленно прятал в глубине себя, но она выбрала нынешнюю ночь кошмаров, чтобы подняться на поверхность.
Конец добровольной забывчивости.
Он зарыдал, как ребенок, которым он так никогда и не стал. Запуганный ребенок, который звал на помощь, понимая, что никто никогда его не услышит. Закрыв глаза, он снова увидел испуганное и окровавленное лицо священника.
Похожее на лицо его отца.
В тот день он сбежал. Как сегодня вечером. Однако сегодня он не был убийцей.
Он открыл глаза, пытаясь сквозь слезы отыскать свет. Но увидел только маленького, охваченного ужасом мальчика, только что совершившего самое страшное преступление.
Отцеубийство.
Но он убил не своего отца.
А всего лишь своего палача.
Церковный колокол в Аллосе прозвонил три часа, когда Венсан добрался до дома. Он сразу поднялся в спальню и рухнул на кровать, сняв только ботинки. Поставив будильник на 6:30, он не стал выключать лампу. Несомненно, страшась вновь погрузиться во мрак. Закрыв глаза, он быстро понял, что и в эту ночь сон к нему не придет. Все эти ночи на протяжении тридцати долгих лет он пытался забыть, но не мог.
Он услышал тихое поскуливание; Шерлок вскарабкался по лестнице, желая быть рядом с отчаявшимся хозяином, и сейчас послушно сидел возле кровати. Венсан поднял его и прижал к себе. Мягкое животное тепло, исходившее от существа, которому требовалось всего лишь немного любви, вселяло уверенность. И, сам того не замечая, он постепенно погрузился в изнуряющий сон. Через несколько часов его ждали клиенты, чтобы совершить восхождение на гору.
Он даже не помнил на какую.
Глава 26
Венсан приехал с опозданием. Туристы, собравшиеся перед турбюро Кольмара, терпеливо ждали. Он извинился перед группой, состоявшей из шести бодрых пенсионеров, потом кратко изложил программу дня. Но когда они вышли за крепостную стену и рассаживались по машинам, их внимание привлекли громкие крики. Кто-то вихрем ворвался в бар на площади и изо всех сил, желая первым сообщить новость нескольким посетителям, завопил:
— Кюре умер! Отец Жозеф умер!
Венсан обернулся. Сделал удивленный вид.
— Извините меня, я на минутку, — сказал он туристам.
И быстро пошел в кафе. Новость принес торговец с соседней улицы.
— Что произошло? — спросил Венсан.
— Жандармы уже на месте! — взволнованно объяснил тот. — Отца Жозефа нашли мертвым в его собственном саду! Тревогу подняла старуха Люси!
Меньше чем за минуту бистро опустело: все ринулись к церкви. Оставшись один на один со своими мрачными мыслями, Венсан медленно вернулся к туристам. Несмотря на усталость и смятение, он решил вести их в горы. Потому что не умел делать ничего другого. Потому что это наилучший способ остаться верным самому себе. Не дать нестерпимой боли добраться до сердца.
* * *
Серван покинула церковь одновременно с безжизненным телом отца Жозефа. Ее мутило, она все еще находилась под впечатлением жуткого зрелища. Чтобы продышаться и унять тошноту, она решила вернуться в казарму пешком. Это был второй труп, с которым она столкнулась. Но какой труп…
Желание исторгнуть из себя все лишнее становилось все сильнее, но она справилась и сумела дойти до жандармерии; там она закурила и, устроившись возле входа, стала ждать коллег, безуспешно пытаясь выбросить из головы окровавленное лицо священника и его расколотый череп. Но страшнее всего было выражение безмерного ужаса, запечатлевшееся на лице кюре, — зрелище самое кошмарное из всех, которые ей довелось увидеть.
Как они поняли, что он знает правду? И кто помешал ему раскрыть свой ужасный секрет? Она позвонила Венсану, но попала на автоответчик.
Венсан… Готовый на все, лишь бы разгадать загадку. Не мог же он… Вернуться, встретиться с кюре, отметелить его, чтобы тот заговорил? Она вспомнила потасовку в баре, троих лежащих на полу противников, неуемную ярость, охватившую Венсана. В горле встал комок, дыхание опасно участилось…
Венсан… Нет! Нет…
Невозможно, он не убийца.
Она закрыла глаза, а когда открыла, жандармы уже приехали. Вертоли, Матье и Лебрен.
— Все в порядке, Брайтенбах? — с тревогой спросил шеф.
— Да. Хреново, но нормально…
— Все ко мне в кабинет!
Бросив на землю окурок, Серван раздавила его и последовала за остальными членами команды.
— Согласно первоначальному осмотру речь идет о несчастном случае, — начал Вертоли, устраиваясь в кресле.
— Это совершенно очевидно! — поддержал Лебрен. — Он упал с лестницы и разбил голову.
— Не так уж и очевидно! — запротестовала Серван.
Сержант раздраженно посмотрел на нее. Опять она выступает?
— Что вы хотите сказать? — сердито бросил он.
Внезапно она заколебалась, стоит ли продолжать. Но Вертоли ее подбодрил:
— Говорите, Серван, мы вас слушаем.
— Понимаете, мне кажется, что, хотя тело и нашли возле лестницы, отец Жозеф с нее не падал… Это постановка.
— Постановка? — усмехнулся Лебрен. — Вы читаете слишком много детективов!
— Она права, — прервал его Вертоли. — Не стоит делать скоропалительных выводов…
Сержант насупился, а старший аджюдан распорядился:
— Ждем результатов вскрытия, а пока опрашиваем жителей… Кристиан, ты формируешь команды-двойки для опроса жителей соседних домов… Может, кто-нибудь что-нибудь слышал или видел… Никогда не знаешь. Кстати, надо бы произвести обыск в доме кюре… А я вызываю прокурора. Выполняйте!
* * *
Поход подошел к концу, и Венсан без сожаления расстался с группой. Прогулка могла стать замечательной, но сегодня у него душа не лежала ни к чему. Он отвел их на гору, двигаясь почти как автомат. Они явно сохранят о нем не лучшие воспоминания…
Сев в пикап, он выехал из Кольмара и отправился в Аллос. Сегодня вечером снова ожидалась гроза. На въезде он остановился, вышел из машины и открыл мрачно скрипнувшую калитку из кованого железа, что вела на кладбище. Лавируя между могилами, он подошел к могиле Пьера.
Он не был здесь со дня похорон. Чтобы помнить о человеке, нет никакой необходимости сидеть возле места его погребения.
С неба упали первые капли дождя, но он продолжал стоять. Стоять перед невыносимой реальностью. Больше никакой надежды узнать правду. Информатора больше нет, и тайну он унес с собой в могилу. Убийство Пьера никогда не раскроют. И не отомстят.
Кто мог узнать, что Жозеф собирается все рассказать? Какая жуткая тайна сеет убийства в этой мирной долине? Прежде чем уехать, он молча пообещал другу:
— Не знаю, сумею ли я докопаться до истины, но за тебя я отомщу. Они заплатят, брат… Даже если придется их убить, одного за другим, собственными руками…
Вернувшись к машине, он неожиданно решил отправиться на поиски Жюльена Мансони.
Он должен знать, он находится в центре всей этой истории. И Венсан заставит его говорить.
Не важно, каким способом.
Он поехал к управлению парка, расположенному на другом конце деревни.
Любым способом узнать истину. Любым способом отомстить за смерть Пьера.
Подъехав к управлению, он остановился. Не так-то это просто…
