Джек залпом выпил остатки кофе и тоже поднялся из-за стола. Оставив приличные чаевые официанту, он поспешно вышел на улицу.
Глава 24
ПОНЕДЕЛЬНИК, 14 ЧАСОВ 30 МИНУТ, 25 МАРТА 1996 ГОДА
Джек торопливо шагал к Манхэттенскому госпиталю. После разговора с Терезой Степлтону просто необходимо было подышать свежим воздухом — близость этой женщины вызывала в крови непривычное волнение. И дело не только в эмоциях — Тереза абсолютно права относительно «Черных королей». Как ни старался Джек отогнать мрачные мысли, ему надо было по возможности уменьшить грозящую опасность. Главный вопрос: кого он ухитрился так растревожить, что этот кто-то послал бандитов припугнуть Джека? Вопрос второй: подтверждает ли угроза его предположения? Ответов на эти вопросы не было. Надо соблюдать осторожность, но совершенно не ясно, с кем. Он вызвал раздражение у Келли, Циммерман, Шево и Абеляра — значит, надо избегать встреч именно с ними. Но как это сделать?
Еще издали Джек заметил, что в госпитале творится что-то неладное. На тротуаре стояли две полицейские машины, а в дверях расположились двое полицейских в форме. Остановившись, Джек решил понаблюдать за ними — копы мирно болтали друг с другом, обращая мало внимания на окружающих.
Не вполне понимая, что они тут делают, Джек, приблизившись, без обиняков спросил об этом стражей порядка.
— Мы стоим здесь, чтобы отговаривать людей от посещения госпиталя, — ответил один из них. — Там какая-то эпидемия, но они думают, что уже справились с ней.
— Вообще-то нас прислали сюда, чтобы сдерживать толпу, наверху очень опасались эксцессов, — признался другой. — Госпитальное начальство собиралось объявить карантин, но, кажется, все обошлось.
— Остается только поблагодарить вас за бдительность, — произнес Джек и направился к двери, но его остановили.
— Вы и в самом деле уверены, что должны попасть в госпиталь? — поинтересовался тот же полицейский.
— Боюсь, что да, — ответил Джек. Полицейский пожал плечами и отступил в сторону. В вестибюле Степлтон сразу напоролся на одетого в униформу сотрудника службы безопасности госпиталя. На лицо парня была надета хирургическая маска.
— Простите, — сказал охранник, — но сегодня мы не принимаем посетителей.
Джек извлек из кармана волшебное удостоверение.
— Простите, доктор, проходите, — вежливо произнес охранник.
Спокойная сцена у входа оказалась обманчивой — внутри здания царила едва ли не паника. Вестибюль являл собой поистине сюрреалистическое зрелище — повсюду сновали люди в масках.
Учитывая отсутствие новых случаев менингита за последние двенадцать часов, Джек решил, что эта мера предосторожности, пожалуй, несколько избыточна, однако подумал, что неплохо было бы тоже разжиться маской не столько ради профилактики, сколько ради маскировки. Он спросил у охранника, где можно взять маску, и парень послал его к кабинке справочной, где в этот момент никого не было. На полу стояло несколько ящиков, откуда Джек и извлек маску.
Прикрыв ею лицо, он разыскал врачебную раздевалку — оттуда как раз выходил один из госпитальных докторов. Проскользнув в помещение, Джек сбросил куртку и облачился в подходящий по размеру длинный белый халат, после чего вернулся в вестибюль.
Целью сегодняшнего визита был отдел централизованного снабжения — Джек чувствовал, что если он сегодня что-нибудь и сможет выяснить, то только там. Выйдя из лифта на третьем этаже, Степлтон увидел, что по сравнению с прошлым посещением в четверг в коридоре стало намного меньше санитаров, везущих каталки с больными. Кинув взгляд на стеклянные двери оперблока, Джек сразу понял причину затишья — оперблок был закрыт. Зная стоимость операций, можно было предположить, что если такое положение продлится еще некоторое время, то компанию «Америкэр» ожидает финансовый крах.
Сквозь вращающиеся двери Джек вошел в отдел централизованного снабжения. Даже там деловая суета по сравнению с прошлым визитом Джека сократилась раза в четыре. В проходах между полками Джек заметил только двух женщин, щеголявших, как и прочие сотрудники, в масках. Очевидно, госпитальное начальство всерьез восприняло последнюю вспышку менингита.
Обойдя женщин стороной, Джек направился в кабинет Глэдис Дзарелли. Она была старшей сестрой, к тому же в прошлый раз очень радушно его приняла, и на разговор с ней Джек возлагал большие надежды.
Проходя по коридору и обозревая бесчисленные ряды полок с тысячами необходимых в больничном обиходе предметов, Джек вдруг подумал, что, должно быть, умершим от инфекционных заболеваний пациентам посылались из отдела снабжения какие-то уникальные, не совсем обычные вещи. Мысль была интересной, но пока бессодержательной — Джеку так и не пришло в голову, что это могли быть за вещи. Оставался открытым еще один немаловажный вопрос — каким образом контактировали с болезнетворными бактериями сотрудницы отдела снабжения, которые, как ему говорили, практически никогда не встречались с больными.
Глэдис оказалась у себя в кабинете Она говорила по телефону, но, заметив стоявшего в дверях Джека, приветливо махнула ему рукой, приглашая войти. Джек вошел в тесный кабинетик и уселся напротив хозяйки на узкий жесткий стул с прямой спинкой. Помещение было настолько тесным, что Джек прекрасно слышал, что говорит собеседница Глэдис на другом конце провода. Судя по всему, миссис Дзарелли уговаривала женщину выйти на работу в отдел снабжения.
— Простите, что заставила вас ждать, — извинилась Глэдис, повесив трубку. Несмотря на занятость, старшая сестра отдела по-прежнему излучала доброжелательность. — Но, видите ли, мне позарез нужны новые сотрудники.
Джек представился, но Глэдис, махнув рукой, сказала, что узнала его, несмотря на маску.
«Вот тебе и маскировка», — мрачно подумал Степлтон.
— Меня очень расстроило то, что произошло у вас, — сказал Джек. — Должно быть, вы тяжело переживаете случившееся.
— Это ужасно, — заговорила Глэдис. — Просто ужасно. Кто бы мог предположить такое — умерли четыре человека, и каких человека!
— Я тоже потрясен, — признался Джек. — К тому же этого просто не должно было случиться. Помните, в прошлый раз вы мне говорили, что в прежние времена ваши сотрудники практически никогда не заражались от больных?
— Что делать? — Глэдис вскинула вверх руки. — На все воля Божья.
— Возможно, это и так, — осторожно начал Джек. — Но обычно каждый случай заражения можно разумно объяснить. У вас есть какие-нибудь мысли на этот счет?
Глэдис энергично кивнула.
— Я думала, что посинею от этих мыслей. Но мне не за что зацепиться. Мне пришлось бы думать об этом, даже если бы я не хотела, — все задают мне этот проклятый вопрос: почему и каким образом?
— Да, дела, — протянул Джек. Его охватило противное чувство разочарования. Было такое впечатление, что ему придется распахивать нетронутую целину.
— После вашего ухода в четверг ко мне пожаловала доктор Циммерман вместе с этим маленьким пронырой, который все время дергает подбородком так, словно его душит воротник.
— Похоже, это доктор Клинт Абеляр, — догадался Джек.
— Да, именно так его и звали, — подтвердила Глэдис. — Он задал множество вопросов. Каждый раз, когда кто-то заболевал, они приходили — Циммерман и этот, как его? — Абеляр. Это они настояли, чтобы мы надели маски. Они даже вызвали сюда мистера Эвершарпа — инженера, думали, что есть какие-то неполадки в вентиляционной системе, но, слава Богу, все оказалось в порядке.
— То есть никакого объяснения они так и не нашли?
— Нет, — ответила Глэдис. — Во всяком случае, мне они ничего не стали объяснять. Но я сомневаюсь, что они и сами что-то поняли. Здесь сейчас народу бывает, как на вокзале, а раньше вообще никто никогда не приходил. Один из этих докторов очень странный.
— Что значит странный?
— Ну, какой-то чудной. Похож на врача-лаборанта. Последнее время он сюда что-то зачастил.
— Это не доктор Шево? — поинтересовался Джек.
