Пёнун думал, тем отчетливее понимал: все изменилось после возвращения Сончжуна.
Спустя какое-то время пришло еще одно сообщение, короткое, словно написанное между делом:
«Человек, который снял это видео, был такой же жертвой, как Кёнхён. Он до сих пор страдает от вины за то, что не смог его спасти. К тому времени, как Кёнхён встретил меня, он уже все решил. Если некуда бежать – остается только уничтожить все до основания».
Пёнун не нашелся с ответом.
На видео Кёнхён ни разу не умолял Сончжуна о пощаде. Он просто хотел, чтобы все закончилось.
Для Пёнуна это и было его последней волей.
Он выбрался на двенадцатый этаж через запасную лестницу.
Окна в здании еще не установили, и ветер с дождем беспрепятственно врывались внутрь, захлестывая пол водой. Где-то вдалеке послышались шаги. Или ему показалось? Он не мог сказать наверняка.
Пёнун пробрался в угол, куда не проникал ветер, прижался к стене и перевел дыхание.
На экране телефона Суён, выслушавшая его долгую историю, выглядела так же, как люди, пришедшие на похороны его жены. Грустной. Сочувствующей. При виде этого выражения Пёнун с трудом сдержал подступивший ком в горле.
Суён, скорее всего, даже не догадывалась, что последние два года он следил за ней по приказу Тэхвана. Осознав, какую ношу ей придется нести, он решил, что в долгу перед ней. И теперь пришло время этот долг вернуть.
– В Ённаме есть организация, которая поддерживает порядок лучше полиции. Она подбирает сбившихся с пути подростков и воспитывает их как своих людей. Дает им полномочия, власть. Умных, но бедных поддерживает деньгами: оплачивает учебу, жилье. Эти дети готовы выполнить любой приказ лидера. Их учат, что они не просто отбросы, а часть единой, огромной системы. Организация дает им чувство принадлежности, и они отвечают полной преданностью. Когда они становятся взрослыми, их обязанности выходят за рамки простого поддержания порядка. Они берут на себя задачи, необходимые для выживания организации. Даже если они находятся за пределами закона.
Он на мгновение замолчал, но затем продолжил:
– Это не секрет. Те, кому нужно, прекрасно об этом знают. Просто делают вид, что не замечают, пока их это не касается. У организации есть строгие принципы. Она не переступает черту. По крайней мере, так было до смены лидера. Именно Пак Тэхван реформировал прежние криминальные группировки и создал эту систему. А я?.. Я занимался тем, что направлял «таланты» этих детей в нужное русло. Что же касается восемнадцатой жертвы…
Пёнун не успел договорить. На входе, преграждая путь, стоял широкоплечий мужчина в черной маске. На плече он небрежно держал бейсбольную биту. Биту с белой звездой – как на той, которой безжалостно избивали Кёнхёна.
Пёнун вздрогнул, но растерянность тут же сменилась гневом.
Мужчина лениво махнул битой в сторону телефона, прижатого к уху Пёнуна, давая понять: пора заканчивать. Но вместо того, чтобы послушаться, Пёнун, не отрывая взгляда от мужчины, заговорил снова. Он должен договорить. Передать самое главное.
– Место, где все началось и закончилось… Думаю, речь о той вилле. Там они впервые встретились. Там убили Кёнхёна. И вы, профессор, своими глазами все…
Глава 31
Внезапно на другом конце провода раздался оглушительный лязг металла. Голос Пёнуна оборвался.
– Господин Ли! Господин Ли Пёнун! – взволнованно окликнула его Суён, но в ответ услышала только крики и глухие удары. Через несколько секунд звонок оборвался.
«Вилла»… Суён вспомнила слова ректора Ли о том, что в полицейском отчете указано другое место преступления. Даже если предположить, что ректор прав, проблема в другом – Суён не знает местоположения этой виллы. Но больше всего Суён зацепили последние слова ректора Ли.
Вилла, где была создана эта организация. Суён своими глазами… что? Он явно пытался сказать ей что-то важное. Но что именно? Теперь уже не спросишь. Организация либо преследовала его, либо он уже находился в смертельной опасности.
Тем временем чат взорвался тревожными сообщениями. «Нужно срочно вызвать полицию!», «Кто-нибудь может сделать это за нее?».
Суён собралась с мыслями. Связываться с полицией она не могла. Нельзя подвергать Ёнчжи еще большей опасности. Но она может попросить об этом других. Суён схватила блокнот, написала на всю страницу номер телефона реактора Ли и подняла его перед камерой.
– Я не могу обратиться в полицию. Но человек, который только что звонил мне, в смертельной опасности. Если кто-то может сообщить об этом в полицию, пожалуйста, сделайте это.
К счастью, нашлись те, кто вызвался помочь.
Правда ли они сообщат в полицию? Оставалось только верить. И сосредоточиться на том, что в ее силах. Где находится вилла? Как ее найти?
Суён опустила взгляд на телефон Кёнхёна, который все еще сжимала в руке. 18 марта. Удаленное сообщение, отправленное неизвестному. Если этим неизвестным была Ёнчжи, возможно, она знает, где находится вилла.
Ее размышления прервал короткий вибросигнал. Новое входящее сообщение. Ректор Ли успел отправить ей фото. На фото – книга. Название показалось ей смутно знакомым.
Это подсказка? Нужно найти эту книгу?
Это могло быть последнее сообщение от ректора Ли Пёнуна. Суён уже потянулась к кнопке вызова, но тут осознала, что все еще находится на линии с Сокхи – она не могла сделать ничего, кроме как ждать входящего звонка. Она почувствовала себя так, будто висит над обрывом, держась за край одной рукой. Другая должна остаться свободной, чтобы в нужный момент ухватить Ёнчжи. Только ее.
Суён перевела взгляд на стол и пол, заваленные книгами, и начала искать ту самую, фото которой прислал ректор Ли. К счастью, нужная книга нашлась быстро. Суён подняла ее с пола и сравнила с фотографией из сообщения ректора. Книга выглядела потрепанной – явно была много раз прочитана.
– Отец Кёнхёна, с которым я только что разговаривала, прислал мне фото. Кто-нибудь знает, что это за книга?
Суён подняла ее к камере и медленно показала обложку, корешок и заднюю сторонку. Ни издателя, ни автора, ни названия – только белый фон с изображением черного прямоугольного дома с вывеской «Вилла “Счастье”». Рядом с домой стояли пять человечков – схематичные силуэты с головой и конечностями.
– Здесь даже названия нет…
Но что-то в этой книге не давало Суён покоя. Она внимательно посмотрела на нарочито детскую, похожую на дневник обложку, потом открыла книгу. Там ее встретили не предложения, а просто слова. На левой стороне – список слов в алфавитном порядке. Справа – их определения. Словарь, но не обычный – некоторые слова имели совершенно другое значение.
Перелистывая страницы, Суён
