– Какая-то жуткая неразбериха!
– Как на острове управились? – задал вопрос Зигфрид.
– Вполне сносно, если учесть, в какой спешке приходилось лепить всю операцию, – ответил Бертрам. – Доставили туда вездеход с повозкой. Ничего лучше придумать не смогли для доставки такого множества животных к площадке у моста.
– Сколько обезьян поймали?
– Двадцать одну, – сообщил Бертрам. – Это делает честь моей команде. И позволяет надеяться, что завтра утром мы все закончим.
– Как быстро! – воскликнул Зигфрид. – Первая обнадеживающая весточка за целый день.
– Все оказалось легче, чем ожидалось. Мы обезьян, похоже, очаровали. Настолько доверились, что позволили нам подойти с пневматическим ружьем совсем близко. Напоминало охоту на индеек.
– Рад, что хоть что-то идет нормально, – сказал Зигфрид.
– Все обезьяны, взятые сегодня, входили в состав отделившейся группы, поселившейся к северу от Рио-Дивизо. То, как они живут, интересно. Построили себе примитивные домики из жердей, крыши покрыли в несколько слоев листьями лобелии.
– Плевать мне на то, как живут эти твари, – резко бросил Зигфрид. – Только не говорите, что они и вас разжалобили.
– Нет, меня не разжалобили, – сказал Бертрам. – Только все равно я считаю, что это интересно. Там были даже следы костров.
– Значит, хорошо, что мы их сажаем в клетки, – убеждал Зигфрид. – Не будут убивать друг друга и шалить с огнем.
– С одной стороны, так оно и есть, – согласился Бертрам.
– Никаких признаков Кевина с бабами на острове?
– Ни малейших. А я специально приглядывался. Но даже там, где они наверняка оставили бы следы, ничего нет. Часть дня мы потратили, чтобы перекинуть бревенчатый мост через Рио-Дивизо, так что завтра начнем отлов возле известняковой гряды. Буду во все глаза глядеть, выискивая, нет ли где их следов.
– Сомневаюсь, что вы что-то отыщете, однако до тех пор, пока они не отыщутся, нельзя исключать того, что они отправились на остров. Но даю вам слово: если они так сделали и если они вернутся сюда, я передам их экватогвинейскому министру юстиции с обвинением в нанесении серьезнейшего ущерба деятельности «Генсис». Разумеется, это означает, что они улягутся на футбольном поле под дулами расстрельной команды, не успев понять, что их сразило.
– Ничего подобного нельзя допустить, пока Кэбот и другие не уедут, – с тревогой всполошился Бертрам.
– Само собой, – согласился Зигфрид. – Да и футбольное поле я, признаться, упомянул так, иносказательно. Министру я скажу, чтобы их увезли из Зоны и где-нибудь расстреляли.
– Имеете представление, когда Кэбот и другие намерены увезти пациента обратно в Штаты?
– Никто ничего не говорил, – признался Зигфрид. – Все, думаю, зависит от Кэбота. Надеюсь, это произойдет завтра, самое позднее – послезавтра.
Глава 21
9 марта 1997 г.
4.30
Бата, Экваториальная Гвинея
Джек пробудился в половине пятого и больше заснуть не мог. Забавно, но трескучий концерт, который устроили древесные лягушки и сверчки в банановых зарослях под окном, оказался непереносим для человека, совершенно безучастного к завываниям сирен и общему гаму Большого Нью-Йорка.
С полотенцем на плече и куском мыла в руке Джек вышел на веранду и направился в душ. На полпути столкнулся с возвращавшейся оттуда Лори.
– Что это ты поднялась в такую рань? – спросил Джек. Кругом стояла непроглядная темень.
– Мы улеглись где-то в восемь вечера, – пояснила Лори. – Восемь часов сна для меня вполне достаточно.
– Ты права, – согласился Джек. Он просто забыл, насколько рано все они вчера свалились с ног.
– Пойду на кухню, – сказала Лори, – посмотрю, нет ли где кофе.
– Я мигом спущусь, – пообещал Джек.
Когда Джек спустился в столовую, то с удивлением обнаружил, что все остальные уже завтракали. Джек взял кофе и хлеба и уселся между Уорреном и Эстебаном.
– Артуро сказал мне, что, как он думает, с вашей стороны было бы безумием ехать в Кого без приглашения, – сказал Эстебан.
У Джека рот был полон, а потому он только кивнул.
– Он сказал, что вам туда не попасть.
– Посмотрим, – выговорил Джек, проглотив хлеб. – Я в такую даль забрался совсем не для того, чтобы возвращаться, даже не попытавшись.
– По крайней мере дорога хорошая, спасибо «Генсис», – сказал Эстебан.
– В самом худшем случае просто прокатимся с ветерком и по живописным местам, – подытожил Джек.
Час спустя все снова встретились в столовой. Джек напомнил остальным, что поездка в Кого – не обязательное мероприятие и предпочитающие остаться в Бате пусть лучше останутся. Сказал, что, как ему стало известно, дорога в один конец занимает часа четыре.
– Вы полагаете, что сможете сами управиться? – спросил Эстебан.
– Целиком и полностью, – ответил Джек. – Заблудиться здесь вроде и негде. На карте указано одно-единственное шоссе, идущее на юг. С этим даже я справлюсь.
– В таком случае я, пожалуй, останусь, – решился Эстебан. – Хотелось бы еще со многими из родни повидаться.
К тому времени когда они выехали на шоссе (Уоррен сидел рядом с водителем, женщины заняли среднее сиденье), восточную часть неба стало слабо высвечивать первое предрассветное сияние. Катя в машине на юг, они не переставали удивляться тому, как много народу шагало по обочинам в сторону города. Большинство составляли женщины с детьми, и почти все женщины несли на головах внушительных размеров тюки.
– У них, похоже, почти ничего нет, а выглядят довольными и веселыми, – заметил Уоррен. Многие ребятишки останавливались, чтобы помахать ручонками проезжавшей машине. Уоррен махал им в ответ.
Мимо замелькали окраины Баты. Постепенно пропали бетонные здания, на смену им пришли простые беленые мазанки с соломенными крышами. Тростниковые рогожи огораживали загоны для коз.
Когда Бата окончательно осталась позади, взорам путешественников предстали полосы невероятно пышных джунглей.
Движения на шоссе почти не было, если не считать больших грузовиков, которые время от времени проносились по встречной полосе. Когда грузовики мчались мимо фургона, его прямо-таки сотрясался от вихрящегося ветра.
– Слушай, эти парни на грузовиках с ветерком гоняют, – заметил Уоррен.
В пятнадцати милях к югу от Баты Уоррен достал карту. На шоссе имелись одна развилка и один поворот, которые надо было вовремя заметить, иначе терялось бы немало времени. Дорожные знаки практически отсутствовали.
Когда взошло солнце, все сразу же надели темные очки. Вид по сторонам дороги успел стать однообразным: сплошные джунгли, в которые время от времени вкраплялись крохотные деревушки из крытых соломой хижин. Почти два часа спустя после выезда из Баты они свернули на дорогу, ведущую в Кого.
– Эта дорога куда лучше, – заметил Уоррен, когда Джек повел машину на крейсерской скорости.
– Выглядит как новая, – сказал Джек. Дорога, по которой они до того ехали, была вполне ровной, хотя следы от многочисленных мелких асфальтовых латаний придавали ей вид лоскутного одеяла.
Теперь они двигались на юго-восток, удаляясь от побережья и все больше погружаясь в густые джунгли. К тому же дорога пошла на подъем. В отдалении показались невысокие, покрытые джунглями горы.
Как бы ниоткуда налетела жестокая гроза. Перед самым ее прибытием небо обратилось в бурлящую массу темных туч. В несколько минут день сменился ночью. Дождь ливанул стеной, и старенькие, стертые «дворники» фургона не в силах были справится с потоками воды. Джеку пришлось сбросить скорость до двадцати миль в час.
Спустя пятнадцать минут меж обложных туч проглянуло солнце и превратило дорогу в клубящуюся паром ленту. На одном прямом участке дорогу переходила группа бабуинов: обезьянье семейство, казалось, ступало по облаку.
Горы остались позади, и дорога снова пошла на юго-восток. Уоррен сверился с картой и оповестил остальных, что до места назначения им осталось проехать миль двадцать.
