– Мне о том не известно. – Взяв купюры, положенные Джеком на стойку бара, он направился к кассе.
– Хороший заход, – шепнула Лори.
– Слишком уж было бы все легко и просто, – согласился Джек.
Освежившись ледяным напитком, группа выбралась на солнечный свет. Прошли в каких-нибудь пятидесяти футах от караульного, который по-прежнему не обращал на них внимания. Прошагав немного по мощенной булыжником улице, вышли на небольшую зеленую площадку, окруженную домами, выстроенными в плантаторском стиле.
– Напоминает Карибские острова, – произнесла Лори.
Пять минут спустя они вышли на обсаженную деревьями городскую площадь. Почти идиллический вид портила кучка солдат, слонявшихся возле ратуши, наискосок от места, где остановились пришедшие.
– Ого, – не удержался Джек, – да их тут целый батальон.
– Ты, помнится, говорил, что если у блокпоста поставили солдат, то в городе их держать не станут.
– Ошибся, как оказалось, – признался Джек. – Только какой смысл теперь об этом вспоминать. Вот он, клинический лабораторный комплекс, перед нами.
С угла площади казалось, что здание занимало большую часть городской застройки Кого. Главный вход обращен к площади, но был и еще один, слева, вниз по боковой улочке.
– Что нам говорить, если нас спросят? – В голосе Лори звучала тревога. – Ты же знаешь, что зайти в клинику придется.
– Попробую что-нибудь на ходу придумать. – С этими словами Джек рванул на себя дверь и, будто швейцар, истово кланяясь, стал убеждать друзей войти.
Лори, поймав взгляды Натали и Уоррена, закатила глаза. По крайней мере даже когда Джек выводил из себя своими выходками, он оставался очарователен.
Войдя в здание, все поежились от удовольствия: никогда прохлада от кондиционера не доставляла такого блаженства. Помещение, где они оказались, походило на гостиную: ковры по всему полу, мягкие кресла и диваны. Большой книжный шкаф во всю стену. На полках, укрепленных под углом, красовалась впечатляющая подборка журналов, от «Тайм» до «Нэшнл джиографик». В комнате сидели человек шесть, все были погружены в чтение.
В задней стене на высоте письменного стола за раздвижным стеклом находилось окошко. В нем было видно сидевшую за столом негритянку в голубом форменном платье. Справа от окошка тянулся коридор с несколькими лифтами.
– Неужели все эти люди пациенты? – спросила Лори.
– Хороший вопрос, – похвалил Джек. – Почему-то мне так не кажется. Слишком уж у них здоровый и холеный вид. Надо поговорить с секретаршей, или кто там она.
Уоррен с Натали, подавленные великолепием клиники, молча следовали за Джеком и Лори.
Джек мягко постучал в окошко. Дежурная оторвалась от работы и отодвинула стекло.
– Извините, – произнесла она, – не заметила, как вы пришли. Вы записаться?
– Нет, – сказал Джек. – Все телесные функции моего организма в данный момент в полном порядке.
– Прошу прощения? – не поняла дежурная.
– Мы пришли осмотреть клинику, а не воспользоваться ее услугами, – пояснил Джек. – Мы врачи.
– Это не клиника, – поправила негритянка, – это гостиница. А вам надо либо выйти и зайти с главного входа, либо пройти по коридору направо. Клиника за двойными дверями.
– Благодарю вас.
– Пожалуйста. – Прильнув к окошку, дежурная провожала взглядом всю компанию, пока те не скрылись за углом. Растерянная, она снова села за стол и сняла трубку телефона.
Джек провел всю группу сквозь двойные двери. Вокруг все стало более знакомым. Крытые линолеумом полы и гладкие стены выкрашены в успокоительный больничный зеленый цвет. Чувствовался слабый запах дезинфицирующих средств.
– Это больше похоже на дело, – заметил Джек.
Они попали в помещение, окна которого выходили на площадь. Расположенные между окнами широкие двери вели наружу. Здесь тоже стояло несколько диванов и кресел вокруг небольших ковриков (они четко обозначали места для бесед), но и в помине не было того великолепия, с каким приезжие столкнулись в гостиной, куда попали поначалу. Впрочем, здесь тоже имелся застекленный проем в стене, куда следовало обращаться за справками.
Джек вторично постучал в окошко. Еще одна дежурная отодвинула стекло. И так же радушно их приветствовала.
– Хотим спросить, – начал Джек. – Мы врачи и хотели бы знать, есть ли сейчас в клинике пациенты, которым делают пересадку органов?
– Да, конечно же, есть один, – ответила дежурная, несколько смутившись. – Гораций Винчестер. Он в триста второй палате и уже подготовлен к выписке.
– Вот повезло, – сказал Джек. – А какой орган ему пересажен?
– Печень, – ответила дежурная. – Вы все из питсбургской группы?
– Нет, мы часть нью-йоркской группы, – уведомил Джек.
– Понимаю, – произнесла дежурная, хотя по лицу ее было видно, что она ничего не понимала.
– Благодарю вас, – раскланялся Джек с дежурной и повел всех к лифтам, что виднелись справа. – Наконец-то удача на нашей стороне! – по-ребячьи радуясь, воскликнул он. – Все получится легко. Может, нам всего-то и понадобится – взглянуть на историю болезни.
– Как будто это легко сделать! – хмыкнула Лори.
– Ты права, – подумав, сказал Джек. – А значит, наверное, надо просто навестить Горация и получить факты из первых уст.
– Слышь, мужик, – произнес Уоррен, останавливая Джека. – Может, нам с Натали внизу подождать? Мы к больнице не привычны, ты понимаешь, о чем я?
– Пожалуй, – неохотно признал Джек. – Только, знаешь, я думаю, что нам надо кучковаться вместе на тот случай, если придется сматываться шустрее, чем хотелось бы. Ты понимаешь, о чем я?
Уоррен кивнул, и Джек нажал кнопку вызова лифта.
* * *
К ложным тревогам Камерон Макиверс привык. В конце концов, в большинстве случаев, когда вызывали его или службу безопасности, тревога оказывалась ложной. Так что, проходя в дверь гостиницы, особого беспокойства он не испытывал. Но в его (или одного из его заместителей) обязанности входила проверка всех сигналов о возможных нарушениях.
Подходя к справочному окошку, Камерон отметил, что в гостиной царит та же тишь да гладь, что и всегда. Внешнее спокойствие только усилило его подозрение, что и нынешний вызов окажется не опаснее остальных.
Камерон стукнул в стекло, и оно тут же отодвинулось.
– Мисс Уильямс! – Камерон притронулся к полям шляпы в своеобразном приветствии. Во время дежурства Камерон, как все сотрудники службы безопасности, носил военную форму цвета хаки и шляпу-австралийку. Как и все, он был к тому же перепоясан кожаным ремнем с портупеей. Справа на ремне висела упрятанная в кобуру «беретта», а слева – ручная рация для двусторонней связи.
– Они вон туда пошли! – взволнованно выпалила Корина Уильямс. И даже со стула встала, чтобы показать рукой за угол.
– Успокойтесь, – мягко осадил ее Камерон. – О ком в точности вы говорите?
– Имен своих они не назвали, – доложила Корина. – Всего их четверо. Говорил только один. Сказал, что он доктор.
– Хм-мм, – Камерон задумался. – И раньше вы их никогда не видели?
– Никогда, – с чувством произнесла дежурная. – Они меня врасплох застали. Я думала, может, они в гостиницу пришли поселиться, ведь вчера новые гости прибыли. А они сказали, что пришли осмотреть клинику. Я объяснила, как в нее попасть, и они сразу ушли.
– Они черные или белые? – спросил Камерон, все еще надеясь, что происшествие окажется обычной ложной тревогой.
– Половина на половину. Двое черных и двое белых. Но, судя по тому, как они одеты, уверена, что все – американцы.
– Понятно. – Камерон в задумчивости почесал бороду, соображая, не мог ли кто из американских работников Зоны зайти в гостиницу и сказать, что хочет осмотреть клинику. Мысль показалась нелепой.
– Тот, кто говорил, еще что-то такое странное сказал... мол, его телесные функции в полном порядке, – добавила Корина. – Я даже не сообразила, что ответить.
– Хм-м, – кашлянул Камерон. – Можно воспользоваться вашим телефоном?
