Ура! Скоро праздник Октября. Мы не будем учиться! Здорово гулять! На улице люди будут друг друга останавливать и поздравлять с праздником. И я буду так же радостно отвечать: «С праздником!» Будут греметь оркестры. Песни. Всюду красные флаги. Я поздравлю Н.: «С праздником тебя!»
Без числаСпутник все летает. Прямо удивительно. Совершил 7647 оборотов вокруг Земли.
Вторая новость. Летчик К. Г. Мосолов на самолете «Е-66» с одним турбореактивным двигателем достиг средней скорости 2504 километра в час. Мировой рекорд! Если я стану летчиком, то тоже буду устанавливать мировые рекорды! Обязательно!
М. страшно обрадовался.
Н. сказала, что ей нравятся летчики. Это хорошо.
Перед уроком немецкого языка девчонки начали шептаться по углам и трещать, как сороки. А если девчонки начали шептаться по углам и трещать, как сороки, — что-нибудь случится. Я это точно знаю. Не один раз проверил!
Федя Зайцев сразу струсил. Схватил учебник немецкого языка и принялся зубрить. Заткнул уши пальцами.
— Перфект, перфект, перфект!
Не могу я смотреть на Зайца. Вышел из класса. Баскет с Колькой Силантьевым медленно бродят по залу. Оживленно разговаривают. Они делают вид, что не замечают меня. Наверное, опять толкуют о своей футбольной команде.
Со стороны смешно смотреть на них. Кривоногий Колька Силантьев старается казаться выше и ходит на носках. Никогда ему не дотянуться до Каланчи!
Ну и чудеса! Как я сразу не заметил? Баскет с новой прической. Волосы намочил водой. Зачесал назад. Открытый лоб усыпан красными прыщами.
С первого этажа прибежала Настя Вяткина. Остановилась у окна. Принялась болтать с девчонками.
Баскет покосился в сторону наших девчонок. Толкнул Кольку рукой. «За девчонками бегают!» — подумал я пренебрежительно и ушел в класс.
— Федя! — толкнул я зубрильщика. — Скажешь немке, что я заболел.
— Ты куда?
— Закудакал. Смываюсь!
— Скажу. Сумку возьми.
— Приду еще.
— Юр, постой, — Зина Кочергина хихикнула и подошла ко мне. — Тебе записка. Велели передать. Ответ давай сейчас!
Кочерга сделала важное лицо.
Неужели записка от Насти? Я не мог этому поверить и торопливо развернул треугольник. В уголке листка нарисован цветок с красными и синими лепестками.
«Юра! Сегодня у Насти день рождения. Тебя тоже пригласили. Собираемся в семь часов».
— Придешь?
— Посмотрю.
— Подарок купи.
— Юр, ты пойдешь? — Заяц оторвал голову от учебника.
— А ты?
— Я пойду. Не знаю, что купить. Денег мало. У мамы еще попрошу.
— Юра, тебя особенно ждут. Приходи. — Кочерга заулыбалась.
— Почему? — я сделал удивленное лицо.
— Не знаешь? — Кочерга отбежала от меня. — Ты влюбился! Все видят!
— Я?..
Кочерга вылетела из класса, а то бы я ей показал. Забыл, что хотел сбежать, и остался на уроке. Предчувствие меня не обмануло. Немка вызвала читать. Я спотыкался на каждом слове. Немка посадила меня на место.
— Зер шлехт, — громко разнеслось по классу.
Надо было убежать. Будет теперь красоваться в дневнике: «Зер шлехт». Могла бы и по-русски написать: «Очень плохо!»
Когда я садился на место, Настя сочувственно кивнула мне головой. Она не оставит в беде, я знаю.
Кочерга погрозила кулаком. Что ей надо? Стала следить? Придумала: «Влюбился!» Я влюбился? Прямо смех один!
Первый раз я не слышал оглушительного пожарного звонка. А молоточек во всю силу стучал по большим крышкам.
Немка задержала меня в классе и принялась отчитывать. Когда я выбежал на улицу, ребят уже не было. Как ветром сдуло. Побежали покупать подарки. А что мне купить Насте? Надо скорей решать, пока не закрыли магазины. Полез в карман, а там всего пятьдесят копеек. Можно еще сдать бутылки! Придется просить денег у мамы.
Домой я решил идти нижней дорогой. На реке мне никогда не бывало скучно. В любое время года я находил себе занятие. Весной и осенью ставил донки, летом ловил голавлей на кузнечиков, зимой дергал красноперых окуней на блесну.
На реке дул холодный ветер. На ивах и кустах ежевики облетели листья. Пожухли тростники и камыш. На рогозе почернели шишки.
Не узнать знакомые места, где еще недавно купались и плавали за белыми лилиями и желтыми кубышками.
— Юра, постой!
Я узнал голос Насти. Она поравнялась со мной. Никак не может отдышаться.
— Тебя не догнать. Быстро ходишь!
Я промолчал.
— Сегодня ты приходи. Я буду ждать. А хочешь, давай немецким вместе заниматься. Тебе нужно больше читать. Немецкие слова легко запоминать!
Мамы дома не было. Наверное, ушла в магазин.
Дядя Макарий сидел за столом. Читал учебник про свои любимые экскаваторы. Поджидал меня, чтобы вместе ужинать. Я собрался попросить денег на подарок Насте, но в последний момент передумал. Дядя сидел злой. Сведенные лохматые брови не предвещали ничего хорошего.
После ужина я принялся перебирать свои вещи. На стол лег ржавый диск от автомата, ружейные гильзы, немецкий штык, лобзик и перочинный нож. Я не знаю, что нравится девчонкам!
Под руку попалась гильза от противотанкового ружья. Внимательно осмотрел ее. На пистоне вмятина от острого бойка.
А что, если подарить ее Насте? Повертел еще немного гильзу в руках, и стало жалко расставаться с ней. Не валяются они на каждом шагу. У меня всего одна от противотанкового ружья. Историческая! С Курской дуги!
«Жадина. Для Насти пожалел». Выбежал во двор. Быстро натер две половинки кирпича. Окунул тряпку в красную пыль и принялся за дело. Скоро гильза заблестела. Хоть смотрись в нее, как в зеркало!
На кухне я долго отмывал руки. Носик рукомойника то и дело подлетал кверху и жалобно стучал. Первый раз я не жалел мыла.
— Юра, ты куда собрался?
— В гости. У Насти сегодня день рождения.
— Ты рубашку чистую надень.
Около дома бабки Матрены я услышал музыку. Взвизгивал саксофон под громкие удары барабана. В поселке был кинотеатр. Перед вечерними сеансами играл джаз. Ударником был молодой парень. Я всегда смотрел на него с удивлением. Перед ним стояли три барабана. Висели медные тарелки, деревянные бруски и разные железные завитушки. Он никогда не сбивался и всегда успевал ударить что нужно.
На террасе музыка чуть не оглушила. По-прежнему старался ударник и колотил изо всех сил по барабану. Я немного постоял и нерешительно открыл дверь в комнату. В глаза бросился большой ковер с красными и желтыми кубиками и треугольниками.
Настя первая заметила меня. В синем шелковом платье, она была очень похожа на певицу из нашего джаза. В волосах красовался большой белый бант.
— Здравствуй, Юра!
Ну и новость! Зачем здороваться? В школе виделись, вместе возвращались домой.
— Здравствуй! — пришлось пожать узкую руку.
— Мама, Юра Мурашкин.
Настина мама в черном костюме. Волосы старательно завиты. В ушах маленькие сережки с красными камнями.
— А, Юра! Я очень рада. — Настина мама улыбнулась.
— Поздравляю тебя! — я протянул Насте сверкающую гильзу. Если бы рядом не стояла Настина мама, я бы сказал ей совсем другие слова.
Настина мама удивленно посмотрела на гильзу.
— Юра, от противотанкового ружья? — Настя шагнула ко мне, радостно улыбаясь. — Мама, посмотри! Настоящая гильза! С Отечественной войны!
В дверь требовательно постучали.
— Дочка, встречай гостей! — Настина мама поймала прядку волос и завела за ухо. Поставила мою гильзу на маленький столик.
Там уже стояли подарки. В два ряда выстроились флакончики с духами и одеколоном.
Кочерга задела меня плечом. Показала пальцем на голову. «Меня за дурака приняли. Не понравился мой подарок. А Настя обрадовалась гильзе. Мы вместе нашли ее в степи. Будет у нее память о наших боях. Оставила же она себе на память засушенную змейку!»
Я подошел к маленькому столику. Быстро расставил флакончики. Высокие поставил слева, а круглые — справа. Флакончики застыли, как солдаты в шеренгах.
— Юра, Баскет пришел! — дернул меня за рукав Заяц, вбежав с террасы.
Я не мог поверить своим глазам. В комнату, нагнув голову, входил Баскет. В руках большая коробка с тортом. Из-за Баскета выглядывал Колька Силантьев.
— Мама, это Володя Тарлыков и Коля Силантьев, из шестого «Б», наши лучшие футболисты!
«Настя пригласила Баскета и Кольку на именины! «Лучшие футболисты!»
Кочерга заметила мое расстроенное лицо и злорадно хихикнула. Потом взяла у Настиной мамы коробку с тортом и направилась к маленькому столу.
Я услышал звон падающих пузырьков. Протяжно загудела упавшая гильза. Мои солдаты несли потери.
Я отыскал закатившуюся гильзу и поставил ее на прежнее место.
