двигателем, чем все восхищались в прошлом. «Наблюдать за импровизациями Робина, которыми он прославился в 70-е годы, было горько. Это все равно, если бы Джимми Коннорс снова бы вышел играть на корт, – писала в «The New York Times» Алессандра Стенли. – Они, конечно, впечатляют, но зрители уже не помнят, какими эти импровизации были подвижными и могущественными, когда были на вершине славы». Другие не были такими дипломатами, кто-то написал: «Уильямс выглядит измотанным. Как и сам сериал».
Рейтинги предсказывали мрачный прогноз: первую серию «Сумасшедших» посмотрело 15,5 миллионов людей, значительный результат, после которого можно было предположить, что сериал заинтересовал зрителей. Но за месяц отпала почти половина людей, и с каждой неделей их количество становилось все меньше. Это был не «Морк и Минди», волшебство пропало.
Во время съемок Робин жил в Лос-Анджелесе, один, в скромно обставленной съемной квартире. Это было далеко от того, что было, когда он последний раз снимался в голливудском ситкоме и даже от его скромной жизни в Тибуроне. Он мало общался вне съемочной площадки, а посетителями, которых он развлекал на работе, были его приятели из театра Трокмортон. Когда его друг Стивен Перл случайно оказался в Лос-Анджелесе, то просто позвонил помощнице Робина Ребекке Эрвин Спенсер и спросил, может ли он со своим товарищем приехать на съемку.
«Мы тусовались, смотрели фильм, – рассказывал Перл. – Я видел, как Робину бреют руки для некоторых рекламных фото. Я никогда больше никого не видел, кто бы брил руки, но этот парень был такой волосатый. Он был как Кузен Итт из “Семейки Адамс”».
Робин не скрывал от Перла, зачем он согласился сниматься в «Сумасшедших», как и Перл, который высказался о посредственности сериала. «Он признавался, что делал это только ради денег. “Я это делаю потому, что мне нужны деньги, – рассказывал Перл. – Не так уж это ужасно. По телику показывают много мусора”. Но я был рад, что он работает. Как его друг, я, конечно, надеялся, что сериал растянется на десять лет. Но этого не случилось. Они никому не дают шанс исправиться, вот в чем беда».
Семейная жизнь Робина со Сьюзан тоже была иной. В отличие от Марши, которая считала своей обязанностью создавать уют и содержать их дом в порядке, организовывать обеды и окружать его друзьями-интеллигентами, которые его поддерживали, Сьюзан привыкла жить самостоятельной жизнью. Она много путешествовала одна и с сыновьями, не вникала в ежедневные дела Робина и далеко не всегда сопровождала его, когда он работал не в своем городе.
«Раньше, когда Робин путешествовал, Марша организовывала ему встречи с Оливером Саксом, Салманом Рушди или Бобом Де Ниро, чтобы ему было куда стремиться, – рассказывала их подруга Синди Макхейл. – Это было особенно важно, когда он был вдалеке от семьи, его надо было развлекать и подбадривать. Робину надо было не просто поужинать в компании помощницы или гримера, они, конечно, милые люди, но их надо было чередовать, чтобы мозг не засыхал».
Многие друзья считают, что Сьюзан играла решающую роль в судьбе Робина, даже когда они были на расстоянии сотен миль друг от друга. «Она делала его счастливым, – говорил Оверстон. – Это было видно по его лицу. Не думаю, что он жил полноценной жизнью, но я рад, что его многое устраивало».
За год до этого Зак со своей женой Алекс снова переехали в Сан-Франциско, где Зак устроился на работу в технологический стартап в Маунтин-Вью и мог быть ближе к Робину. Зак с Алекс приезжали к Робину в гости, тусовались с его друзьями, смотрели его любимые фильмы, начиная с классического японского аниме и заканчивая комедией о ядерном противостоянии «Доктор Стрейнджлав» Стэнли Кубрика.
Алекс замечала, что Робин не просто получал удовольствие от общения с сыном, он зависел от Зака как никогда раньше. Во время взросления Зака был упущен ценный момент – Робин в это время был занят своей карьерой, разводом, зависимостями и реабилитацией. Теперь же их связь была полноценной, но и всепоглощающей. «Именно сейчас он больше всего был нужен Робину, он сам обратился к Заку, – рассказывала Алекс. – Отец к нему обращался: “Ты мне нужен, я хочу, чтобы ты был рядом, я хочу с тобой проводить время”. Зак тоже этого все время хотел, но не в тех объемах».
На протяжении всего этого времени Зак часто общался с Ребеккой Эрвин Спенсер и ее мужем Дэном, которые жили в Корте-Мадера, недалеко от Тибурона, и которые были очень внимательны к Робину. «Они были очень открытыми и очень его любили, они всегда держали меня в курсе, – говорил он. – Мы были все за одно, пока не стали происходить странные вещи».
Это случилось тогда, когда Робин уехал в Лос-Анджелес на съемки в «Сумасшедших». «Я себя ненавижу, что не ездил к нему в то время, – рассказывал Зак. – Я думаю, ему было тогда очень одиноко. Оглядываясь назад, я чувствую, что должен был быть там, с ним. Потому что тот, кто нуждался в поддержке, не получал ее».
Начиная с октября 201 3 года, у Робина стали появляться физические недуги, различающиеся по тяжести и, казалось бы, не связанные друг с другом. У него были спазмы желудка, несварение и запор. У него были проблемы со зрением, проблемы с мочеиспусканием, проблемы со сном. Тремор в левой руке вернулся, теперь он сопровождался симптомами ригидности по типу зубчатого колеса, когда конечность во время движения застревала в определенных фиксированных точках. Его голос ослаб, он ссутулился, а временами просто застывал на месте.
Сьюзан привыкла видеть Робина в нервном состоянии, но теперь уровень его тревоги зашкаливал. «Все было похоже на бесконечный парад симптомов, они не сразу все себя проявляли, – говорила она. – Это было похоже на игру «whack-a-mole» (ударь по кроту)». Какой из симптомов проявится в этом месяце? Я уже думала, что мой муж ипохондрик. Мы ищем ответы, но не находим их, к этому времени мы уже все перепробовали».
Той зимой Робин вместе с Риком Овертоном выступал в камеди-клубе на Голливудской «Аллее славы» в шоу-импровизации под названием «Set List». Овертон описывал это как «горячий, профессиональный, первоклассный стендап», а еще «как возможность вернуться в детство – на его лице снова была улыбка». Изначально Робин не собирался выступать, но Овер-тон его уговорил. «Я ему сказал: “Ты еще скажешь, что я был прав, и не узнаешь, пока не согласишься”. Робин вернулся и сказал: “Ты был чертовски прав”. Он почувствовал себя моложе. Я с этой целью и закрутил все. Мне нравилось это чувство, когда стоишь, держишь
