отсутствуют.
Сегодня трудно объяснить такую самоубийственную, в прямом смысле этого слова, позицию поэта. Более того, в поэме Маяковский только однажды упоминает Сталина:
В патронных лентах
внизу пулемётчики.
— Вас
вызывает
товарищ Сталин.
Направо
третья,
он
там. —
— Товарищи,
не останавливаться!
Чего стали?
В броневики
и на почтамт! —
— По приказу
товарища Троцкого! —
— Есть! —
повернулся
и скрылся скоро,
и только
на ленте
у флотского
под лампой
блеснуло —
«Аврора».
Позднее цензоры внесли необходимые изменения в текст поэмы — имя Льва Троцкого благополучно из него изъяли:
— Вас
вызывает
товарищ Сталин.
Направо
третья,
он
там
— Товарищи,
не останавливаться!
Чего стали?
В броневики
и на почтамт!
— Есть!
повернулся
и скрылся скоро,
и только
на ленте
у флотского
под лентой
блеснуло —
«Аврора».
Так что первоначальный вариант произведения — ошибка, и не только политическая, но и историческая.
Джон Рид в книге «Десять дней, которые потрясли мир», вышедшей с предисловием В. И. Ленина, где она была названа самым объективным и исключительно правдивым свидетельством октябрьских событий 1917 года, Иосифа Сталина действительно не упоминал. По мнению американского писателя, главным героем революции был Лев Троцкий. Однако это далеко не так — И. В. Сталин был одним из бесспорных лидеров и организаторов Октябрьского вооружённого восстания.
26 ноября 1924 года старшина электриков из электролизной школы в Кронштадте Иван Зенушкин решил написать тов. И. В. Сталину по поводу его выступления на пленуме ВЦСПС 19 ноября. Пытливый матрос писал Секретарю ЦК ВКП(б): «Вы выдвигаете положения, противоречащие некоторым словам Ильича, а также взглядам пролетариата на тов. Троцкого (…) Сравнение тов. Троцкого с левоэсерами у Вас, как мне кажется, не совсем удачно: Троцкий не делал взрыва в Леонтьевском пер. и не устраивал Ярославского восстания, тогда как левые эсеры делали и то, и другое». Затем Зенушкин процитировал «Популярный политсловарь» (издание ГПП, 1924 год): Троцкий «организовал и руководил восстанием 25 октября… организатор Красной Армии… Организовал победу над Колчаком, Деникиным (…) Откуда брал эти сведения Главполитпросвет — разве не из ЦК партии, или это автономная республика какая? Я думаю, в обязанности ГПП не входит извращение действительности в пользу Троцкого (…) В течение 7-ми лет Троцкий был в глазах всего пролетариата не только вождём партии, а и вождём Армии (…) троцкистом себя не считаю, Троцкого не поддерживаю».
Менее чем через неделю, несмотря на хроническую занятость, Иосиф Виссарионович решил ответить на обращение лично:
«01.12.1924. Здравствуйте, тов. Зенушкин.
Письмо Ваше получил! Хотя и мало у меня времени, однако постараюсь коротко ответить.
1) Джон Рид, конечно, не знал и не мог знать обстановки заседания ЦК от 16 октября. Заседание происходило ночью, строго конспиративно, вдали от центра города. Конспиративность эта диктовалась не только условиями слежки вообще, но и особым положением Ленина, находившегося тогда в подполье и служившего объектом отчаянной охоты ищеек Керенского. Уже из этого видно, что никто из не членов ЦК не мог присутствовать на этом заседании. И действительно, на заседании присутствовали только перечисленные в протоколе 12 человек. Фраза Джона Рида о рабочем, ворвавшемся на заседание ЦК, есть позаимствованная у сплетников фантазия американского социалиста, падкого на сенсацию. Советую обратиться с письмом к тов. Троцкому (или товарищам Бубнову, Ломову и т. д.) с вопросом сообщить правду об этой сплетне. Вы увидите, что все эти товарищи подтвердят Вам фантастичность сообщения Джон Рида.
Как могло случиться, что тов. Ленин дал предисловие к книге Джона Рида без всяких оговорок насчёт некоторых неверных сообщений? Я думаю, что Ленин не читал всю книгу Рида и дал предисловие лишь для того, чтобы содействовать распространению книги ввиду наличия в ней других очень важных качеств. Дело в том, что на другой день после победы Ильич и другие товарищи интересовались не отдельными фантастическими местами книги Джона Рида, а тем, чтобы противопоставить общее описание хода нашей революции в книге Джона Рида, в основном безусловно правдивое, той лжи и клевете, которую тогда распространяла западная европейская печать. В этом был центр тяжести, а не в отдельных частных искажениях, допущенных в книге Джона Рида.
Почему тов. Крупская согласилась дать предисловие? Спросите тов. Крупскую — она, как знаете, жива и сумеет ответить.
2) Разговоры о том, что тов. Троцкий организовал Красную Армию и победу над Колчаком и Деникиным, преувеличены втрое, если не вчетверо. Вы ссылаетесь на политсловарь, который будто бы собрал сведения о т. Троцком из ЦК. Должен Вам сказать, что, во-первых, авторы словаря не пользовались ни одним документом из ЦК (они изложили в словаре свое мнение), во-вторых, если бы они обратились в ЦК за документами, то они убедились бы, что дифирамбы, воспеваемые тов. Троцкому, лишены почвы. Нам некогда было разрушать легенду о т. Троцком или о ком бы то ни было другом из „вождей“, тем более что легенды эти не представляли опасности для партии. Но теперь, когда на легендах стараются строить атаку на партию, мы, члены ЦК, в частности я, поставили перед собой целью бороться и с легендами. Это, пожалуй, не понравится кой-кому из товарищей, ищущих себе царя и услаждающих себя красивыми легендами. Но что поделаешь — правду всё же надо восстановить.
Советую Вам обратиться к тов. Троцкому и спросить его: правду ли я сообщил в своей речи о Деникине и Колчаке.
3) Что касается т. т. Каменева и Зиновьева, то я нисколько не отрицаю их ошибок. Но я должен сказать, что их ошибки менее серьёзны, чем ошибки тов. Троцкого до Октябрьской революции и после 17-го года. Мы не могли бы победить в Октябре, если бы у нас не было готовой сплочённой партии, скованной за период царизма от 1903 до 1917 года. Заслуга т. т. Зиновьева и Каменева состоит в том, между прочим, что они строили (конечно, вместе с другими лидерами) большевистскую партию в продолжение 15 лет. Тяжкий грех т. Троцкого состоит в том, что он разрушал в продолжение того же периода нашу большевистскую партию. Забывать эту разницу нельзя. Я уже не говорю о разногласиях по Брестскому миру и профдискуссии, когда тов. Каменев и Зиновьев стояли в одних рядах с Лениным против тов. Троцкого.
Вот почему я отношусь по-разному к ошибкам тов. Троцкого с одной
