ответственность за ее благополучие. Но она должна была думать и о Мэрайе.
Пара посадила Эли в машину, и они уехали. Мэри пошла в спальню, задернула шторы, легла на кровать и заплакала.
Несколько часов спустя они вернулись. Мэри вышла из дома и увидела, как женщина выбралась из машины, держа девочку на руках. Эли металась, размахивала руками и пыталась вырваться из ее объятий. И тут Мэри поняла, что происходит: малышка дралась, чтобы вернуться к ней.
Она спустилась по ступенькам крыльца, и Эли бросилась в ее объятия. В то же мгновение в голове Мэри возникла яркая, четкая мысль: «Это мой ребенок. Она принадлежит мне».
– Мы хорошо провели время, – сказала женщина. – Сходили в бассейн, поплавали вместе. Эли понравилось.
Но Мэри слушала ее вполуха. Девочка прижималась к ее ногам, и она уже знала, что должна сделать. Правда, легче ей от этого не стало.
– Мам, почему мы хотим оставить Эли? – спросила Мэрайя. – Ты, я и папа – идеальный треугольник.
– Да, – ответила Мэри. – Но мы можем стать замечательным ромбом.
Еще никогда она не принимала решение, в котором была так уверена и одновременно – так не уверена. Потому и позвонила мне.
* * *
– Та Сторона не может дать тебе совет, – сказала я. – Это решение – часть испытания, которое должна пройти твоя душа. Так ты открываешь свой истинный путь и цель жизни. И только тебе выбирать, что будет дальше.
До того как Мэри рассказала мне про визит пары, Та Сторона показала другую семью, которая хотела взять Эли.
– Своих детей у них нет, и они могут удочерить ее, – сказала я Мэри. – Между ними и Эли уже есть связь. Решение отпустить Эли причинило боль, потому что это – одна из возможностей. Эли может оказаться в другой семье. Для малышки открыто много путей, но не все из них хорошие.
Я понимала, что Мэри хочет получить четкий ответ, но у меня его не было. И все же Та Сторона, зная, как она страдает, попыталась ее успокоить.
– Как бы все ни сложилось в дальнейшем, ты должна понимать, что уже дала Эли очень многое, – сказала я. – Уже оказала большое влияние на ее жизнь.
– Но как же Мэрайя? Как мне поступить? – спросила Мери снова.
Я прислушалась к Той Стороне, и слова тут же сами сорвались с губ.
– Делая следующий шаг, – сказала я, – позволь любви направлять тебя. Она – единственный указатель на твоем пути. Принимая решение, опирайся на то, что любишь, а не на страх. Всегда выбирай своим проводником любовь.
* * *
Сейчас, спустя почти десять лет после нашего сеанса, жизнь в доме Мэри в Пенсильвании суматошнее, чем когда-либо.
Начиная с 2005 года она удочерила пять девочек, которые нуждались в особых уходе и воспитании. Одна из них родилась с наркотической зависимостью. Еще одну уже удочерили, но потом приемные родители отослали ее обратно. Другая подверглась жестокому обращению со стороны родных. Все они провели годы, кочуя из одного приемного дома в другой, пока не встретили Мэри.
Мэри всегда рассказывает о них с любовью и восхищается тем, какой путь они уже прошли. Когда она впервые встречала своих девчонок, они были «худшими из худших».
– Не знаю, что бы с ними стало, не возьми я их к себе. Оказались бы в больницах, тюрьмах, психиатрических клиниках или того хуже – мертвы. На их фоне Эли была просто подарком, – рассказывает Мэри. – Но я так люблю своих девочек! Они занимаются дома – я сама учу их. У нас даже есть небольшая классная комната – наш маленький светлый мирок.
Как-то раз самая младшая из девчонок разозлилась и закричала: «Я хочу уйти отсюда!» – а я сказала ей: «Ты не можешь просто взять и уйти – ты часть нашей семьи. Мы вместе навсегда».
Мэри растит детей не в одиночку. Разумеется, с ней муж и Мэрайя, которая выросла в симпатичную, чуткую и самоотверженную девушку. Она обожает своих приемных сестер и помогает матери воспитывать их.
У Мэри есть и еще одна, особенная помощница в доме. Ее дочь Эли.
* * *
Тогда, в 2005-м, после нашего сеанса, Мэри сделала свой выбор и удочерила Эли.
– Самое сложное решение в моей жизни, но и самое правильное, – говорит она. – Эли оказалась очень преданным другом. У нее есть проблемы с артикуляцией и другими вещами, но она смогла освоить то, что помогает чувствовать себя защищенной. Когда я удочерила ее, малышка не могла читать и даже не говорила. Сейчас она прочитывает 130 слов в минуту и знает, как выразить свои чувства словами. Она делает сердечко руками и говорит: «Я люблю тебя, мам». И обожает обниматься. Эта девочка умеет любить, как никто другой.
В одном из документов по делу Эли соцработник написал: «Я сомневаюсь, что ей можно помочь. Она слишком сильно пострадала». Но Мэри видела, что можно сделать:
– Ей лишь нужно было научиться любить.
Мэри и Эли прошли терапию привязанности, чтобы воссоздать важные моменты, которые были упущены в жизни девочки.
– Однажды Эли подошла ко мне и сказала: «Мамочка, я появилась из твоего живота, верно?» – вспоминает Мери. – Я спросила: «А как ты сама думаешь?» – и Эли ответила: «Я думаю, я появилась из твоего живота». И я согласилась: «Хорошо».
Они создали собственную историю – как мать и дочь. И началось все с того, что Мэри поняла: жизнь не обязательно должна быть легкой.
– Я знала, что хочу удочерить Эли, что мне суждено стать ее мамой. Но я не хотела этого делать, потому что боялась обидеть Мэрайю, – говорит Мэри.
Но именно то, что Эли осталась в семье, оказалось огромным благом для Мэрайи.
– Моя жизнь полностью изменилась из-за Эли и других сестер, – говорит она. – Я многому у них научилась. Я вижу, как сильно они привязаны ко мне, как чиста, беззаветна и безгранична их любовь. Мне хочется стать тем человеком, которого они видят во мне.
Мэрайя собирается учиться на реабилитолога, чтобы в будущем помогать таким детям, как Эли.
Оглядываясь назад, Мэри Стеффи понимает, какие могущественные силы были вовлечены в ее жизнь, когда она приняла решение удочерить Эли.
– Это была любовь, – говорит она. – Не только моя любовь к Эли, но и ее ко мне. И к Мэрайе. С тех пор как я сделала этот выбор, моя жизнь стала бесконечно благословенной.
16
«Семья навсегда»
Я преподавала в средней школе Лонг-Айленда. Здесь учились почти полторы тысячи детей, и заведение год за годом поддерживало
