Ёсиэ – дочь Нисимуры Сигэки (1828–1902), бывшего самурая, затем ставшего мыслителем и деятелем мэйдзийского просвещения, а позднее и вовсе членом японского парламента. Кроме Юрико, в семье родилось еще восемь детей, из которых трое умерли в детстве. Словом, семья далеко не бедная, не самого низкого происхождения, и предпосылок для сочувствия левым идеям, казалось бы, немного.
Образование Юрико тоже получила хорошее: в 1911 году она поступила в Токийскую высшую женскую школу (позднее – школа при женском университете Отяномидзу), также изучала каллиграфию, играла на пианино, посещала театры и музеи, много читала как японских, так и европейских авторов, в диапазоне от Ихары Сайкаку и Хигути Итиё до Оскара Уайльда и Льва Толстого. В это же время она начала писать прозу. Ее дебютная повесть «Бедные люди» вышла в 1916 году, в сентябрьском номере журнала «Тюо корон» и привлекла всеобщее внимание к восходящей литературной звезде. Главная героиня, токийская девушка из зажиточной семьи, посещала далекую деревню в Тохоку, где воочию наблюдала жизнь бедных крестьян, а ее желание помочь сталкивалось с жадностью и апатией власть имущих. Повесть похвалил известный критик Цубоути Сёё, особо отметивший оригинальность писательницы – впрочем, стиль напоминал популярную в те годы группу «Сиракаба», японских сторонников гуманизма и толстовства, концентрировавшихся вокруг одноименного журнала.
В это время Юрико уже училась в Японском женском университете (к слову, первом высшем японском учебном заведении для женщин) на отделении английского языка и литературы, однако бросила его и в 1918 году вместе с отцом отправилась на корабле «Фусими-мару» из Йокогамы в Нью-Йорк. Она посещала лекции в Колумбийском университете, где и познакомилась с Сигэру Араки (1884–1932), лингвистом, который с 1905 года изучал в США персидский язык. В 1919 году Араки стал ее первым мужем.
Брак Юрико и Араки был довольно скандальным: родители и друзья были против, влюбленная Юрико сама сделала предложение, но отказалась брать фамилию мужа; также они решили не заводить детей. В декабре 1919 года, узнав о болезни матери, она вернулась на родину; весной следующего года Араки последовал за ней. Вскоре Юрико поняла, что семейная жизнь ее ограничивает: муж не разделял ее взгляды и устремления, был эмоционально отстранен, и в 1924 году они развелись. По мотивам брака и развода был написан роман «Нобуко», ставший, вероятно, самым известным произведением писательницы. С сентября 1924 года в течение двух лет он выходил в журнале «Кайдзо», а затем, в 1928 году, сокращенная и значительно переделанная версия вышла и отдельной книгой.
Сюжет романа детально описывает жизнь Юрико, что, впрочем, характерно для японской прозы того периода – в жанре так называемого эгоромана или «повести о себе» (ватакуси-сёсэцу), где японские писатели рассказывали о мельчайших душевных переживаниях, движениях и событиях. Главная героиня Саса Нобуко – японка, которая оказалась в Нью-Йорке с отцом, – встречает Цукуду Итиро, специалиста по индоиранским языкам, влюбляется в него, делает ему предложение и выходит замуж, несмотря на разницу в возрасте, положении и общую довольно дурную репутацию Цукуды. Однако вскоре – как и Юрико – она обнаружит, что ее муж не хочет развиваться, ничем не интересуется, не особо поощряет ее писательские устремления, а домашние обязанности еще сильнее стесняют ее. Нобуко знакомится с Ёсими Мотоко, редактором и специалисткой по русской литературе, заводит с ней дружбу и понимает, что брак с Цукудой ее не удовлетворяет: в итоге они разводятся, и Нобуко решает вести свободный и независимый образ жизни.
Прототипом Ёсими Мотоко стала Юаса Ёсико (1896–1990), феминистка, сторонница левых идей и переводчица Чехова. Ёсико родилась в богатой киотосской семье, поступила в тот же Японский женский университет, но затем стала вольнослушательницей университета Васэда, где изучала русский под руководством Нобори Сёму (1878–1958), одного из известнейших японских переводчиков русского языка. После знакомства с Юрико и ее развода подруги поселились вместе в Камакура на вилле. В декабре 1927 года Ёсико отправляется в СССР, чтобы подтянуть русский язык: Юрико едет с ней в качестве сопровождающей, хотя у нее, кажется, нет особых причин для этого, кроме особой любви к русской литературе.
Впрочем, одна причина всё-таки была. В 1920-е годы Страна Советов манила японскую интеллигенцию. Конечно, интерес начался еще в конце XIX века, с переводами русской литературы, в частности – Толстого, Достоевского и Чехова. Многие интеллектуалы – особенно демократы, анархисты и социалисты – зачитывались работами российских марксистов и экономистов. И всё это накладывалось на богатую событиями японскую общественную жизнь: вспыхивали и сурово подавлялись правительством бунты шахтеров, ткачей, судовых плотников, рабочих. Многие лидеры рабочего и демократического движения оказывались под угрозой. Вот три примера: в 1911 году по приговору суда были казнены двенадцать анархистов во главе с Котоку Сюсуй (1871–1911), обвиненные в планировании покушения на императора Мэйдзи – хотя на самом деле обвинение было несправедливым. Летом 1918 года из-за инфляции по всей Японии вспыхнули массовые рисовые бунты, которые стали катализатором рабочего движения. Через пять лет, после разрушительного землетрясения 1923 года, в погромах были убиты анархист Осуги Сакаэ (1885–1923) и его подруга, феминистка Ито Ноэ (1895–1923): убийца, лейтенант Амакасу Масахико, провел в тюрьме всего три года.
Дипломатические отношения между СССР и Японией были установлены в 1925 году. Несмотря на политическую несовместимость между буржуазной империей и советским проектом, культурное взаимодействие было активным: в Японии много переводили произведения русской классики и советской литературы, в том числе Горького, Маяковского и Есенина. Журналы публиковали статьи о советском искусстве, театре, образовании и положении женщин. И конечно, Юрико была неплохо осведомлена о событиях в России и активно интересовалась ими. Ведь в таких журналах, как «Тюо Корон» и «Кайдзо» публиковались многочисленные статьи и заметки о жизни в СССР и переводы советских писателей. А Ёсико познакомила Юрико, которая уже давно интересовалась женским движением, с марксизмом через труды Николая Бухарина и стала давать уроки русского языка.
Итак, в декабре 1927 года Тюдзё Юрико и Юаса Ёсико отправились в СССР. Интересное свидетельство об их пути нашлось в рижской эмигрантской газете «Слово». В номере за 31 декабря 1927 года помещена небольшая заметка о японской писательнице «Цузио Июрико», явная перепечатка одной из харбинских газет.
Приведем цитату с сохранением орфографии – вот Юрико и Ёсико отвечают на вопрос о плане их путешествия:
– Выехали из Токио и отправляемся в Москву.
– Зачем?
– Познакомиться с современной Россией. Главным образом с русским искусством: литература, театр, музыка, кинодостижения.
В России путешественницы предполагают оставаться год:
– Но, – деловито поясняет г-жа Цузио Июрико, – не всё время в Москве. Меня очень интересует русская провинция.
Так, собственно, и вышло – только в России они провели куда больше времени. Пятнадцатого декабря 1927 года они прибыли в Москву и не без трудностей поселились в гостинице «Пассаж», из которой то переезжали на частные квартиры, то возвращались обратно. Среди мест, которые посещали Юрико и Ёсико, – МХАТ и Большой театр, главная
