из нее будто всплывает человеческая фигура…
– Ой! Помогите!
Неудивительно, что Упеш кричит. Ведь это скелет.
Публика гудит.
– Рагнат! Рагнат!
Зажигается свет, Упеш плачет. Скелет пропадает.
Теперь Рагнат заводит Упеша за штору.
– Вытяни руку.
Свет гаснет, и вместо руки появляются кости.
– Ай-й-й! Я не хочу умирать!
– Да ты не умрешь! Смотри!
Свет зажигается, и Упеш радостно вскакивает.
– Я не умер! Ура, я жив!
Дети, японки и Рагнат смеются и облегченно выдыхают. Это рентген. Очевидно, что некоторые в зале впервые видят действие рентгеновских лучей.
Театр юного зрителя (ТЮЗ) начал свою деятельность в 1921 году под руководством Петроградского городского отдела народного образования.
В программке указан не только список действующих лиц в «Детях Индии». В предисловии простым языком описана социальная ситуация в Индии, а в конце приведен краткий список литературы по теме.
ТЮЗ известен во всей Европе художественными постановками и характерной сценой в греческом стиле. У художественного коллектива есть лаборатории по декорациям, костюмам, свету. Он разделен на специализированные отделы, каждый из которых работает над совершенствованием театрального искусства, внедряя последние открытия.
Педагогическая часть ТЮЗа, возглавляемая белобородым заведующим, который сейчас сидит рядом с японкой и внимательно исследует реакцию детей на сцену, усердно изучает, как развлечь детей и в то же время дать им трудовое, политическое, научное и художественное воспитание в социалистическом духе. Театр – это место напряженной исследовательской работы.
У входа в театр висит большая афиша. Вот спектакли на две недели с 10 июня:
10–15 июня. «Дети Индии» (с третьего класса);
16–17 июня. «Принц и нищий» (со второго класса);
19–21 июня. «Хижина дяди Тома» (с четвертого класса).
Пьесы подбираются под возраст аудитории и становятся всё сложнее. Еще большую зависть японки вызвала таблица под афишей, озаглавленная «Распределение билетов с 29 мая». Там написано, что в определенный день каждая начальная школа, пионерская дружина, детская библиотека, детский дом и фабрично-заводское училище Ленинграда получают бесплатные билеты в ТЮЗ.
Родители ходят во взрослые театры по профсоюзному билету за полцены или бесплатно. Дети бесплатно ходят в Театр юного зрителя через организацию, в которой состоят. Здесь – источник солнечной радости театра СССР.
Даже если спектакль не бесплатный, то всего за двадцать семь копеек можно увидеть разные интересные и познавательные спектакли. Детям из СССР повезло. Это достижение Октября, завоеванное кровью их родителей, братьев и сестер.
(В Москве есть еще два детских театра.)
После второго акта к японке подсел белобородый заведующий педагогической частью.
– Как вам? Не скучаете? Неудивительно.
Японка честно сказала, что это гораздо интереснее, чем смотреть «Спящую красавицу» в классическом Мариинском театре. И это не лесть. Сундари, маленькую индийскую девочку, отдают в храм суеверные родители. Упеш узнаёт об этом и плачет. Контраст между силой суеверий и силой науки, который пытается нарисовать ТЮЗ, хорошо выражен в театральной постановке и может увлечь даже взрослых.
– Мы тоже считаем, что это удачная постановка. Но взрослые часто неправильно понимают чувства детей. Этому всегда нужно учиться.
Между актами – пятнадцатиминутный антракт. Японка выходит в коридор вслед за заведующим. Дети! Дети! Страна детей!
– Здравствуйте, Семён Николаевич! – Это пионер с красным галстуком.
– Семён Николаевич! Я принесла рисунок! – Это девочка с веснушками.
– Подходите сюда.
– Можно я пойду с вами, Семён Николаевич?
Семён Николаевич и японка идут по оживленному коридору, полному детей. Идти трудно. По обеим сторонам коридора в ряд висят рисунки. Дети толпятся, разглядывают их.
– Что это за рисунки?
– Это впечатления детей от спектаклей.
Девочка, которая показывала рисунок, а теперь идет рядом с японкой, говорит:
– Рисунок Саши тоже здесь.
Открыв узкую дверь, Семён Николаевич пропускает детей и японку в небольшую комнату.
Здесь тоже рисунки. Они меньше, чем те, что в коридоре. Здесь цветными карандашами нарисованные лица и дети, которые еле сидят на неустойчивых четвероногих лошадках.
– А теперь, дети, покажите это нашей гостье.
Семён Николаевич протягивает пионеру толстый свиток.
– Что это? Покажите!
– Отойди-ка. Не мешай.
В свитке – кропотливо собранные педагогической частью ТЮЗа сведения, анализ эмоций детей при просмотре спектакля.
– Предположим, что мы впервые ставим «Детей Индии», – поясняет Семён Николаевич. – Мы уделяем большое внимание тому, чтобы уложить возможные эмоциональные реакции – страх, радость, смех, любопытство – в педагогический сюжет. Без постановки невозможно сказать, где будут дети хлопать или восторгаться, но понимать это крайне необходимо. Взгляните на график. Посмотрите: вот дети спокойны, затем отсюда начинается и постепенно нарастает смех. Как только смех утихает, любопытство пробуждается, и начинает длиться напряжение.
Черные зигзагообразные и плавные линии – это волны эмоциональной реакции детей на протяжении пьесы, от начала до конца.
– Маленькие дети устают, когда слишком много смеются, поэтому возникает обратная реакция – их внимание рассеивается.
Дети, сгрудившиеся вокруг стола, с интересом рассматривают график.
В коридоре напевают индийские детские песенки, которые только что звучали со сцены.
За кулисами готовится финальная сцена – индийский народ восстанет против англичан и брахманов. Смуглые дети передавали красный флаг из рук в руки.
Январь 1931 года
Жизнь и история Миямото Юрико
Для начала необходимо сделать одно предуведомление: писательницу, которая написала эссе, вошедшие в настоящий сборник, по мотивам своей поездки в СССР, звали Тюдзё Юрико. Тюдзё – фамилия, Юрико (а точнее, Юри, хотя мы будем называть ее здесь и далее более привычным Юрико) – имя.
Фамилию Миямото она возьмет уже после возвращения на родину, в 1932 году, когда выйдет замуж за Миямото Кэндзи (1908–2007), политика и убежденного коммуниста. Причем настолько убежденного, что его не сломило даже многолетнее заключение в японской тюрьме (в отличие от очень многих других японских писателей и политиков, в годы милитаризма совершивших так называемое «тэнко» (転向), то есть отказавшихся от своих «неправильных» убеждений). Подписывать этой фамилией свои произведения Юрико станет и того позже – в 1939-м, из солидарности с мужем. Однако в историю японской литературы она войдет как Миямото Юрико и станет известной за рубежом тоже под этим именем, как деятельница пролетарского движения и коммунистка – со всеми достоинствами и недостатками такого положения: от почитания одними до скептического отношения других. К тому же произведения Миямото переводились в Советском Союзе – в отличие от книг многих других, весьма достойных японских авторов.
Однако в 1927 году ее еще звали Тюдзё Юрико, и вместе с подругой, русисткой Юаса Ёсико, она отправилась в СССР.
Жизнь Тюдзё Юрико началась 13 февраля 1899 года в Токио. Ее отец, Тюдзё Сэйитиро (1868–1936) – архитектор, построивший, в частности, впечатляющий неоготический кампус университета Кэйо. Он окончил Токийский Императорский университет и стажировался в Кембридже, позднее стал кавалером французского Ордена Почетного легиона. Мать,
