не только одни леса изобилуют зверями, а поля — плодами, но и реки, озера и моря — многими рыбами, чрезвычайно приятными на вкус. В качестве обычных блюд подают лещей, щук, окуней, белорыбицу, краснобородок, форелей, мурен, семгу, поставляемую преимущественно из Архангельска, осетров или стерлядей и много других, которых у других народов желудок дорого ценит»[696], — писал уроженец Курляндии дипломат Яков Рейтенфельс в XVII в. В России ловить рыбу и охотиться мог кто угодно (не у всех угодий были хозяева), а не только высшие классы, как в Западной Европе. Это сильно облегчало жизнь простым россиянам — пропитание можно было не покупать, а добывать.
Набеги врагов отравляли жизнь всем одинаково. На Русь нападали степняки-кочевники, уничтожая города (многие из которых так никогда и не возродились), угоняя пленников и без жалости убивая оставшихся. К концу XIII в. страна оказалась разорена. Восточная и Центральная Европа серьезно пострадали от Батыя.
К середине XIII в. запал орд пропал, и они остановились у Адриатического моря. В Европе в это время резко увеличилось население — по некоторым данным, за 300 лет оно утроилось[697], достигнув пика около 1300 г. Демографический взрыв привел к нехватке еды — прокормить такое количество людей оказалось невозможно. В начале XIV в. на континенте начался голод; между перенаселенными городами бродили голодные нищие, на дорогах промышляли разбойники. (Все леса принадлежали феодалам — только они могли в них охотиться, и простолюдинам поневоле пришлось стать вегетарианцами.)
В статье «Пищевые приоритеты средневековой Европы» Е. Д. Смирновой упоминается пожилой немецкий крестьянин Гельмбрехт (главный герой одноименного эпоса Вернера Садовника), который рекомендует сыну есть пищу из зерновых, так как мясо и рыба для него не предназначены: «Мясо (в первую очередь дичь находилась на столе феодала благодаря его праву на охоту) становится привилегией и сословным символом знати»[698].
Вслед за голодом в Европу пришла чума — «черная смерть»[699]. Английский хронист Томас Уолсингем[700] писал, что она унесла почти половину всего человечества[701]. Россию эта беда тоже не обошла стороной: первая вспышка произошла в Пскове в 1352 г., затем чума пришла в Новгород и двинулась дальше на юг, постепенно охватив всю страну. Самыми тяжелыми для страны оказались чумные моры XVII в., но они не стали катастрофой. Шведский дипломат Петр Петрей[702] писал, что «моровая язва» чаще появляется на ее границах, чем во внутренних областях[703]. Дело было в существенно более низкой плотности населения, чем в Европе.
Хорват Юрий Крижанич прожил в России больше полутора десятков лет, а по воле царя Алексея Михайловича сначала проехал через всю страну от Москвы до Тобольска[704]. В Сибири Крижанич написал, что здешняя земля богаче Литовской, Польской и Шведской, что высшие классы Западной Европы превосходят русских по богатству, а вот низшие, холопы и крестьяне, на Руси живут намного лучше и удобнее. Что люди даже низшего сословия здесь подбивают соболями шапки и шубы, а шитые золотом и жемчугом крестьянские рубахи выглядят нелепо.
Крижанич требовал запретить простым людям употреблять шелк, золотую пряжу и дорогие ткани, потому что простолюдины должны отличаться от боярского сословия — ведь подобного нет нигде в Европе[705]. Питаются на Руси, по описанию Крижанича, тоже все одинаково — и бедные, и богатые едят ржаной хлеб, рыбу и мясо.
Дон Хуан Персидский[706], проехавший всю Россию от Астрахани до Архангельска примерно в то же время, писал: «В этой стране нет бедняков, потому что съестные припасы столь дешевы, что люди выходят на дорогу отыскивать, кому бы их отдать»[707]. Правда, историки полагают, что автор видел желающих подать милостыню.
Дом русского крестьянина. Оригинальная иллюстрация Ж. Жерлье, гравюра А. О. Э. Эбера. Из книги «Путешествия и странствия, или Сцены из жизни разных народов». Париж, Франция, 1884 г. (Артамов П. Россия историческая, монументальная и живописная: [в 2 т.]. Париж, 1862–1865. Т. 1)
Иностранцев удивляло, что мясо в России продают не на вес, а тушами — «на глазок», а кур и уток — сотнями. Адам Олеарий замечал: «Вообще, во всей России вследствие плодородной почвы провиант очень дешев»[708].
Уже упоминавшийся Яков Рейтенфельс писал: «Хотя сравнительно с прочими европейскими государствами Московия кажется гораздо беднее предметами, доставляющими наслаждения, однако она значительно богаче их тем, что необходимо для пропитания и одежды. Мало того, если вглядеться тщательно, то она производит даже многое, служащее к развлечению и наслаждению, и чего лишена большая часть Европы, и в чем она открыто завидует мосхам. Как благодетельная ключница, она щедро раздает из обильных недр своих разного рода деревья, травы, овощи, плоды, древесные и полевые, драгоценные камни, соль, железо, медь, серебро и многое другое»[709].
По данным Ключевского, в 1630 г. в Муромском уезде «в малоземельном дворе, засевавшем ½–1½ десятины озимого поля, находим 3–4 улья пчел, 2–3 лошади с жеребятами, 1–3 коровы с подтелками, 3–6 овец, 3–4 свиньи, в клетях 6–10 четвертей всякого хлеба[710]»[711]. После Смуты прошло меньше двух десятков лет, но страна вполне оправилась.
…набеги татар продолжались до XVIII в.?
«Мы проезжали мимо многих селений и каменных монастырей, давно разрушенных татарами и ляхами, ибо последние отсюда также недалеко»[712], — писал во второй половине XVII в. Павел Алеппский. Несмотря на то что ордынское иго официально окончилось в 1480 г., последний набег крымцев — наследников Золотой Орды — на Россию состоялся в январе 1769 г. Итоги рейда были страшными: в плен попали около 2 тыс. человек, сгорело более тысячи домов. По приблизительным подсчетам Алана Фишера[713], всего на протяжении XIV–XVII вв. ордынцы и их наследники пленили около 3 млн чел.[714]
Многие из захваченных попадали на невольничьи рынки[715] Османской империи. Женщины пополняли гаремы. Дети наложниц были юридически свободны, их мать нельзя было продать, а сама она после смерти отца ребенка обретала свободу и могла покинуть гарем[716]. Историй о счастливой судьбе пленников немного — мало кто делал карьеру при дворе султана, и все такие случаи относятся к XVI–XVII в.
…в России тоже были мушкетеры?
Мушкетер — это солдат, вооруженный мушкетом, фитильным ружьем, появившимся в XVI в. в Испании. В России первые мушкетеры возникли при царе Михаиле Федоровиче Романове: после Смуты было необходимо реформировать армию, и в ней появились полки нового строя, обученные и вооруженные по западноевропейскому образцу. В каждом из 3 тыс. человек личного состава было примерно 1800 мушкетеров (слово тогда произносилось через «е»). Мушкетерские полки упразднил Петр I в 1698 г.
Гренадерский унтер-офицер Уфимского мушкетерского полка, 1797–1801 гг. Иллюстрация из сборника The Vinkhuijzen collection of military uniforms. (сост. Х. Я. Винкхёйзен. Вып.
