на себя вину за чужие преступления. Взвалив на себя это бремя, Бэтмен сохраняет репутацию Харви Дента и, следовательно, надежды жителей Готэма, сводя на нет последнее ужасное представление Джокера. Он солгал людям, защите которых он посвятил свою жизнь. «Порой правда недостаточно хороша, – говорит Бэтмен. – Порой люди заслуживают большего». Джокер хотел показать жителям Готэма, кто они на самом деле, обнажить их нутро, показать их в «естественном состоянии», но затем перед зеркалом встал Бэтмен.
Глава 8
Ты получишь то, что заслужил.
Грег Литтманн
Джокер: «Что ты получишь, если смешаешь психически больного одиночку с обществом, которое игнорирует его и обращается с ним как с мусором? Я скажу, что ты получишь! Ты получишь то, что заслужил!!!» [Стреляет в Мюррея].
Есть что-то приятное в наблюдении за тем, как Джокер вышибает мозги Мюррею. Мне немного неловко признаваться в этом, но после всего, через что прошел Джокер, приятно видеть, как он жестоко мстит самодовольному телеведущему, который публично унизил его. Разве кто-то из нас не мечтал о мести? Может быть, вы даже представляли, как становитесь «оборотнем», как Джокер, и лишаете жизни тех, кто причинил вам зло. По крайней мере, вы, должно быть, мечтали хоть как-то отплатить ему, хотя бы разоблачив его проступки.
Имеет ли Джокер моральное право мстить Мюррею? Может ли месть в принципе быть оправдана с точки зрения морали? Прежде чем мы сможем хотя бы попытаться ответить на эти вопросы, нужно решить, что такое месть. Чем она отличается от простого наказания? Одно из отличий заключается в том, что наказание не обязательно должно быть мотивировано желанием причинить вред правонарушителю. Например, кто-то может быть наказан исключительно в качестве средства устрашения других. Однако этого все равно недостаточно, чтобы отличить месть, поскольку некоторые виды наказания мотивированы желанием причинить вред правонарушителю. Многие люди считают, что справедливость требует, чтобы правонарушители страдали за свои действия. Так, например, в христианстве грешников мучают в аду, потому что именно этого они (черт возьми) заслуживают. Наказание кого-либо на том основании, что он этого заслуживает, известно как «возмездие».
Месть и возмездие
Американский философ Роберт Нозик (1938–2002) в своей работе Philosophical Explanations (1981) выделяет пять различий между местью и возмездием. Во-первых, месть носит личный характер. Мститель мстит за зло, причиненное ему или кому-то из его близких (например, родителям или друзьям). В случае с Джокером, он убивает Мюррея за собственное публичное унижение. Как отмечает Джокер, «я не занимаюсь политикой». Он убивает ведущего скорее по личным мотивам. Во-вторых, месть доставляет удовольствие. Джокер стреляет в Мюррея, превращая это в игру и кривляясь на камеру. Интересно, что он так же жестоко играет со своим коллегой Гэри, насмехаясь над его ужасом, когда тот пытается покинуть квартиру, где Джокер только что нанес смертельное ранение в шею другому его коллеге, Рэндаллу. Возможно, удовольствие Джокера здесь заключается в том, что он мстит всему обществу, даже тем его членам (таким, как Гэри), которые по-настоящему не преследовали его.
В-третьих, возмездие применяется за проступок, в то время как месть может быть совершена за вред или оскорбление, которые не обязательно являются проступком. С этой точки зрения Джокеру не нужно думать, что Мюррей сделал что-то аморальное, чтобы отомстить ему за унижение. Точно так же эта модель может объяснить, почему Джокер может отомстить Гэри, который никогда не причинял ему вреда. Эта модель также объясняет, как массовые убийцы мстят людям, которых они никогда не встречали или с которыми почти не общались. Возможно, каждый убитый ими человек в отдельности не сделал им ничего плохого, но все они часть общества, которое, по их мнению, причинило им боль или оскорбило их.
В-четвертых, возмездие должно быть соразмерно тяжести проступка, в то время как месть не имеет границ. Другими словами, если вы наказываете кого-то слишком сурово, вы перестаете наказывать его справедливо. Вавилонский свод законов царя Хаммурапи (XVIII век до н. э.) известен принципом «око за око, зуб за зуб», ограничивающим наказание, которое может понести человек, чем-то эквивалентным причиненному им вреду. Согласно Нозику, Джокер мог бы отомстить нападавшим на него в метро и Мюррею, убив их, даже если бы он не считал, что они заслуживают смерти за то, что сделали.
Наконец, Нозик говорит, что в случае с тем, кто вершит справедливое возмездие, должно быть стремление к подобному возмездию за подобные проступки. Таким образом, если Джокер наказывает Мюррея из чувства справедливости, он должен хотеть, чтобы любой другой, кто поступил так же, как Мюррей, был наказан тем же способом – пулей в голову. С другой стороны, если Джокер просто мстит, ему не нужно иметь какое-то особое мнение о других случаях.
«Вы решаете, что хорошо, а что плохо, точно так же вы решаете, что смешно, а что – нет»
В том, как Нозик описывает месть, можно со многим не соглашаться; но в большинстве случаев этих принципов достаточно, чтобы распознать ее. Теперь мы можем задаться вопросом, допустима ли вообще месть с точки зрения морали. Джокер объясняет телезрителям: «Вы решаете, что хорошо, а что плохо, точно так же вы решаете, что смешно, а что – нет». Он обвиняет нас в том, что мы произвольно судим о морали, решая, правильно или неправильно то или иное действие, в зависимости от того, что мы чувствуем по поводу произошедшего, точно так же, как мы решаем, смешная ли это шутка, в зависимости от того, смеемся ли мы над ней.
Я думаю, Джокер прав в том, что мы действительно склонны так поступать: трудно представить, что что-то еще может служить доказательством того, что правильно или неправильно, кроме наших чувств по этому поводу. Философы часто апеллируют к нашим моральным чувствам, стремясь доказать, что что-то морально приемлемо или неприемлемо. Английский философ Джон Стюарт Милль (1806–1873) в «Утилитаризме» (1861) утверждал:
«Единственное доказательство того, что объект является видимым – это то, что люди действительно его видят. Единственное доказательство того, что звук слышен – то, что люди его слышат; это в равной степени относится ко всем источникам нашего чувственного опыта. Рассуждая в таком духе, я прихожу к выводу, что единственным подтверждением желательности чего-либо является то, что люди действительно этого желают»[129].
Милль считает, что, поскольку люди стремятся к счастью, счастье – это хорошо. Однако, как отмечает современный философ Джошуа Герт, если распространенность счастья свидетельствует о его ценности, то распространенность мести свидетельствует
