прогремел взрыв, который был хорошо слышен и в посольстве, хотя «колодец» находился в северной части города, а посольство — на юге. Затем послышалась постоянная стрельба из района дворца Тадж-бек, т. е. с южной окраины Кабула. А в остальной части города перестрелок, которые бы были хорошо слышны и говорили бы о боестолкновениях, не было. Вскоре пришло короткое сообщение от группы Ю.И. Дроздова: «Ведем бой во дворце». Поступило тревожное сообщение из генштаба. Позывной А. Власова был «104-й». Видимо, радиостанцию взял переводчик и сообщил: «"104-й" тяжело ранен, истекает кровью, остановить ее не можем». У нас была резервная группа, несколько офицеров-пограничников, и я попросил В. Кириллова срочно направить туда одного из полковников на санитарной машине, которая принадлежала посольству и дежурила во дворе. Полковник выехал в генштаб. Езды там всего минут десять. Как выяснилось, случайно был тяжело ранен один из наших военных советников, который находился в генеральном штабе. А. Власов подтвердил: «Ведем бой». Однако минут через 40 от него поступило сообщение, что объект захвачен, все нормально. Но случилась накладка. По плану к группе А. Власова через 25 минут после начала операции должна была подойти рота воздушно-десантных войск в качестве средства усиления. (Кстати, это подразделение возглавлял лично командир воздушно-десантного полка, в то время подполковник Шпак, в будущем командующий ВДВ РФ, а затем и губернатор.) Однако она задержалась и подошла только через 45 минут. Но так как генеральный штаб был уже захвачен, А. Власов попросил меня связаться с ротой и предупредить, что наши люди находятся на втором этаже, чтобы солдаты не забросали их гранатами через окна. Я связался по «закрытому» телефону с командным пунктом «Микрон» и передал просьбу Б.С. Иванову и С.К. Магометову. Те в свою очередь по армейским каналам дали необходимые указания десантникам. На этом основная часть операции по афганскому генштабу закончилась. В здании было арестовано несколько министров, находившихся около Якуба.
Когда наш командир дивизии и А. Власов вышли из помещения к прибывшей роте поддержки, их начали обстреливать из пулемета с чердака министерства обороны. Это здание находилось недалеко от генерального штаба и стояло на склоне холма, откуда хорошо просматривалась местность. Командир дивизии дал команду подавить пулеметы в министерстве обороны из орудий, которыми были снабжены боевые разведывательные машины воздушно-десантных войск. Вскоре пулеметный огонь прекратился, а в здании возник небольшой пожар.
Освобождение узников Пули-Чархи
Затем мы получили сообщение из МВД о том, что операция на этом объекте тоже была закончена минут через 40–45 после начала. Там произошел примечательный эпизод. Здание МВД находилось в северной части Кабула, а северную часть отделяют от южной две горы. Так вот, генерал А.М. Косоговский рассказывал мне: когда они провели операцию в МВД, вокруг было так тихо, что он подумал, может быть, операция отменена и они зря захватывали этот объект. У Косоговского не было радиостанции, и он мучительно искал способ связаться с посольством, чтобы уточнить обстановку. Но все обошлось. К сожалению, мы там понесли потери: один офицер нашего спецназа был тяжело ранен и затем скончался.
Было получено сообщение от группы, которая выдвигалась в сторону тюрьмы Пули-Чархи, находящейся в 18–20 километрах на северо-восток от Кабула. Причем сообщение казалось несколько странным: «Нас обстреляли, ведем бой, дальше пробиться не можем». Услышав это, я дал команду прекратить движение, занять оборону и ждать до утра. Но это сообщение оказалось не совсем верным. Группа вскоре достигла тюрьмы, захватила ее и выпустила всех политических заключенных, в том числе и семью Тараки.
Далее получили сообщение о том, что закончилась операция в комплексе радио и телевидения.
Неожиданно пришла депеша от Ю.И. Дроздова из Тадж-бека. В ней говорилось, что «первая строка» (а в плане это Амин) ранен, просим указаний, что делать. Я не знал планов Центра по X. Амину: то ли его афганцы должны были арестовать, то ли ликвидировать. Возможно, были и какие-то другие варианты. Поэтому я пошел к себе в кабинет и по ВЧ позвонил В.А. Крючкову. Он был в кабинете. Я доложил ему ситуацию, в том числе сказал, что Амин ранен и Дроздов запрашивает: что делать? Крючков ответил:
— По «первой строке» надо заканчивать.
Вот такое пришло указание. Я вернулся в общую комнату, связался по «Авроре» с группой Дроздова и передал дословно, что «по первой строке» надо заканчивать. И, как известно, Амин был убит во дворце в ходе боевых действий. Мне рассказывали, что уже после ранения X. Амин успел сказать одному из адъютантов: «Нужно „наказать" посла Ф.А. Табеева, главного военного советника С.К. Магометова и генерала Б.С. Иванова».
В 12 часов ночи мне позвонил В.А. Крючков. Все объекты к тому времени уже были захвачены, частично переданы афганцам. Крючков сказал:
— Надо дать указание замести следы.
Я начал думать, как это передать, у нас же незашифрованная связь, все переговоры идут открытым текстом. Мы же не знаем: может быть, американцы или англичане слушают нас и могут перехватить такие разговоры. Сначала я связался с генералом Власовым. Он пограничник, я когда-то тоже служил в погранвойсках. Решил эзоповым языком передать эту команду. У пограничников есть такое инженерное сооружение — контрольно-следовая полоса, которая показывает, нетли нарушения границы. Но иногда приходится самим переходить КСП, остаются следы, затем их заметают метелкой. Вот я Власову и сказал:
— Надо сделать то, что ты делаешь на КСП метелкой, понял?
Он ответил:
— Да, я все понял.
Затем я связался с группой Ю.И. Дроздова и тоже, как мог, дал понять, что необходимо сделать. После этого были проведены соответствующие мероприятия, это описано в некоторых книгах. X. Амин был завернут в ковер и похоронен где-то на сопках. С ним была похоронена погибшая женщина, и ребята из группы «Зенит» решили, что это жена X. Амина. На самом деле оказалось, что то была случайно убитая жена министра иностранных дел Шаха Вали… Труп Якуба, как мне потом рассказывал А. Власов, погрузили вместе с другими трупами в машину и отправили, кажется, в морг военного госпиталя.
Что касается службы безопасности, то там, по рассказам участников, в том числе моего зама В. Чучукина, сложилась следующая обстановка. Чучукин беседовал в кабинете с руководством. В комнате было три заместителя начальника службы и Юсуф. Прибыл туда и начальник политотдела Салтан. Группа В. Филиппова на грузовой автомашине и рота десантников на бронемашинах въехали на территорию, машиной сломали ворота и подъехали к служебному зданию. Командир роты,
