который встречался с нашей семьей, сказал мне, что я не должен чувствовать себя виноватым, но я просто не мог остановиться.
С тех пор вопросы, которые у меня были в детстве, превратились в сильное желание узнать, в чем состоит жизнь. Почему жизнь стоит того, чтобы жить? Достаточно ли мое присутствие для тех людей, которых я люблю? Провожу ли я все время, делая те вещи, которые действительно имеют значение? Проживаю ли я свою жизнь стоящим образом?
Пребывание в больнице с Решмой и Раббат вновь подняло внутри меня все эти вопросы и эмоции. Я опять размышлял о том, как на самом деле коротка и драгоценна жизнь.
Невообразимое
На следующий день раздался звонок от Решмы. Она звонила с удивительной новостью: зависимость Раббат от аппарата искусственной вентиляции легких снизилась со ста до пятидесяти процентов. Она все больше дышала самостоятельно! И хотя она оставалась в коме, а ее жизненные показатели были по-прежнему критичными, состояние девочки стабилизировалось. Доктор Джованни выглядел обнадеженным, но я сомневался, что это будет чем-то большим, чем кратковременная передышка для матери, отчаянно нуждавшейся в знаках надежды.
«Она пришла в сознание! – воскликнула Решма. – Раббат, моя маленькая девочка, открыла глаза!» Дрожащим голосом, акцентируя каждое слово, Решма воскликнула: «Она посмотрела мне в глаза и позвала меня: „Мамочка!“» Голос Решмы сменился звуком тихого, благодарного плача. Я был в шоке. Мой мозг был разбит. Могло ли это быть правдой?
Мы с доктором Джованни вернулись в больницу. У него были с собой для Раббат травяные таблетки, и теперь она уже могла их проглотить. По дороге в больницу я все еще гадал, будет ли Раббат по-прежнему в сознании, когда мы приедем? Может быть то, что она открыла глаза, не более, чем случайность?
Мои сомнения исчезли в тот момент, когда мы вошли в дверь ее больничной палаты и увидели эту красивую девочку бодро сидящей на кровати!
Когда доктор Джованни измерял ее пульс, Раббат посмотрела на множество колец на его пальцах. Думая, что он, возможно, суеверен, Раббат спросила его: «У вас есть страх перед будущим?» Мы засмеялись, удивляясь тому, насколько она была бдительной и сознательной. Я был впечатлен ее сильным голосом и тем, что она владела английским лучше, чем ее мать. Глаза девочки искрились жизнью, она с неподдельным интересом смотрела вокруг.
Раббат, за которой ухаживает медсестра, вскоре после выхода из комы
Я записал эту встречу на свою видеокамеру. – Ты хорошо выглядишь, – сказал я ей.
– Да, нo не так, как раньше, дома, – сказала она. – Если бы вы видели меня раньше! Та Раббат и эта Раббат – не одно и то же.
– Ну, ты определённо выглядишь лучше, чем тогда, когда я видел тебя последний раз, – сказал я мягко.
Она улыбнулась.
– Как это началось? – спросил я.
Раббат рассказала историю боли, которая однажды возникла в ее теле, и всей путаницы в связи с тем, почему ей становилось все хуже. Она поделилась своими последними воспоминаниями перед тем, как впала в кому, и рассказала, о чем она подумала, когда вышла из нее. Решма рассказала Раббат о том, кто помог ей, и поэтому, помимо благодарности доктору Джованни, девочка сказала: «Вся благодарность в мире дяде Нараму. Ведь он – чудо-человек, спасший мне жизнь».
– Доктор Нарам – это твой дядя? – спросил я, запутавшись.
Она засмеялась.
– Нет, но в моей культуре мы называем пожилых мужчин – «дядя», а пожилых женщин – «тетя», в знак любви и уважения.
Я улыбнулся ее ответу, но был полностью обескуражен тем, что я видел. Она же три дня назад была в коме! Как можно помочь больному простым нажатием точек на теле или размещением лука и молока рядом с головой? Был ли этот результат вообще связан с тем, что делал доктор Джованни, или она проснулась из-за какого-то другого фактора?
Быстрого выздоровления Раббат было недостаточно для того, чтобы все это уложилось в моей голове. Самым шокирующим было то, что это происходило на наших глазах в реанимационной палате, где лежали другие пациенты в состоянии комы.
Доктор Джованни и я с Решмой и Раббат в больнице вскоре после ее выхода из комы
«Заразное» исцеление
Многие люди, которые проходят через двери реанимации, нечасто остаются в живых. Волею судьбы у медсестры, отвечающей за уход Раббат, сестра находилась в той же палате и тоже в состоянии комы. Она поступила в больницу с тяжелым заболеванием и вскоре впала в бессознательное состояние.
Как и в случае с Раббат, врачи сказали медсестре, что надежд у ее сестры нет. Став свидетельницей замечательного выздоровления девочки, медсестра расспросила Решму о том, что она делала. И женщина повторила всю процедуру для своей сестры.
Когда мы закончили общаться с Решмой и Раббат, медсестра подозвала нас с доктором Джованни к кровати сестры. Глаза больной, которые несколько дней назад при нашем последнем посещении были закрыты, теперь были распахнуты, и она была полностью в сознании. К тому же она улыбнулась в тот момент, когда увидела нас.
«Конечно, потребовалось время, чтобы эти древние методы исцеления начали действовать, – сказала медсестра. – Поначалу изменения происходили медленно, пока, наконец, она не пришла в сознание. А теперь вы сами можете наблюдать удивительный результат!» Она говорила с восторгом и благодарностью.
Медсестра рассказала мне, что семьи и других пациентов с воодушевлением начали внедрять древние методы лечения. Из четверых пациентов этой палаты трое уже вышли из состояния комы и покинули отделение интенсивной терапии, а один даже был выписан домой. С изумлением она говорила о том, что древние методы лечения привели к такому глубокому исцелению даже в тех случаях, когда врачи уже опустили руки.
В полном восторге я вышел из больницы, размышляя о том, поверят ли мне дома, в Соединенных Штатах, когда я буду об этом рассказывать! Мне даже показалось вероятным, что они заподозрят меня в том, что я что-то покуривал в Индии! И как же я был рад, что у меня с собой была видеокамера и дневник, где я запечатлел все то, чему оказался свидетелем.
Доктор Джованни, медсестра и ее сестра на следующий день после того, как она вышла из комы
Доктор Джованни демонстрирует точку мармаа для медсестры и ее сестры
Я задавался вопросом, каким образом эти
