начался перенос площадки завода за МКАД, и реализация всех проектов немного уехала «вправо». Из-за этого ЗиЛ-4334 должен был массово встать на конвейер только в следующем, 1990 году.
— Найдём, для вас найдём. У капиталистов купим, — я хлопнул ладонью по столу, как бы припечатывая свои слова, — у других отберём, но вопрос решим.
Понятное дело, что, зная о будущих мировых потребностях в редкоземах, я не мог пройти мимо этого пласта промышленности. Тем более что в СССР в эти времена уже вполне добывали данный класс элементов, правда, далеко не в тех количествах, которые понадобятся нам в будущем при желании цифровизировать все сферы жизни страны.
Но даже не добыча руды и не её обогащение были самой большой проблемой. Конечная переработка — вот загвоздка. В Соликамске из лопарита доставали 70% полезных веществ, а нужно было — 90%. Да и тех, что есть, мощностей очевидно не хватало: пришлось в срочном порядке достраивать к имеющимся производствам дополнительные линии, но всё это было… не то.
Прямо сейчас на Урале, в городе Красноуфимске, разворачивалось огромное строительство громадного перерабатывающего комплекса — размерами и сложностью сравнимого с комбинатом «Маяк». Собственно, как раз атомного уровня там технологии и планировалось применить: с похожими на атомные центрифуги каскадами экстракторов и миксер-сеттеров. Без всего этого богатства — для которого нужно будет ещё и гигаватты мощности — разделить редкоземы по отдельным составляющим просто не представлялось возможным. Из того же Соликамска прямо сейчас они уходят потребителю «единым куском», благо в эти времена подобное ещё не так критично.
Ну а целью я себе ставил занять место Китая — если не в добыче редкоземельных руд (ну просто потому, что такого месторождения, как Баян-Обо, в СССР не было; его, может быть, во всём мире такого второго нет, что уж тут поделать), — то в их переработке. Стать монополистом в этой области, держать весь мир за глотку, шантажируя поставками ключевых для всей высокотехнологичной сферы компонентов… Это было очень, очень заманчиво.
Тем более что в Китае… В Китае история, кажется, окончательно свернула с проторенного пути — даже интересно, какими путями туда дошло моё влияние, — и теперь внутриполитическая ситуация в Поднебесной кардинально отличалась от известной мне по той истории.
Глава 8−2
О международных событиях на востоке, юге и западе
16 августа 1989 года; Кольский полуостров, СССР
ТЕХНИКА — МОЛОДЕЖИ: Космос каждому школьнику!
В этом году в истории отечественной космонавтики произошло событие, которое, возможно, сегодня кажется скромным, но в будущем будет оценено как начало нового большого пути. Впервые на околоземную орбиту выведен спутник, созданный по программе «Школьный космос» — аппаратом, собранным руками учащихся.
Ещё в 1987 году Главкосмос СССР объявил всесоюзный конкурс среди школьных команд, кружков робототехники и радиоэлектроники. Ребятам предлагалось разработать и изготовить действующие искусственные спутники Земли, укладывающиеся в единый стандарт: куб со стороной 15 сантиметров. Такой формат позволял заранее предусмотреть возможность запуска аппаратов попутным грузом — при наличии свободного места на ракете-носителе их можно было выводить на орбиту вместе с основной полезной нагрузкой.
На конкурс было представлено 137 конструкций из разных уголков страны. Предлагались самые разнообразные решения — от простых радиомаяков до небольших научных приборов. Первым в космос отправился спутник, созданный учащимися школы № 37 города Энгельса.
Несмотря на малые размеры, аппарат выполняет полезную работу. Он оснащён радиопередатчиком, блоком телеметрии и набором датчиков, регистрирующих температуру корпуса, освещённость и уровень космического излучения. Полученные данные передаются на Землю, и их могут принимать не только специалисты, но и школьные радиокружки.
Новый класс стандартных малых спутников, уже получивших неофициальное название «кубники», открывает широкие перспективы. При соблюдении установленных параметров по массе, питанию и радиочастотам любой коллектив — от школы до Дворца пионеров — в будущем сможет предложить свою разработку для запуска.
СССР всемерно развивает направление микроэлектроники, в том числе космической. Создание миниатюрных приборов, устойчивых к условиям орбиты, становится важнейшей задачей, и подготовка специалистов начинается со школьной скамьи. Сегодняшние участники кружков — это завтрашние инженеры и конструкторы, потребность в которых будет только возрастать.
Программа «Школьный космос» показала, насколько велик интерес молодёжи к науке и технике. Каждый участник конкурса внёс свой вклад в общее дело, а первый запуск стал символом того, что дорога в космос открыта для пытливого ума и настойчивых рук.
Возможно, совсем скоро именно вы станете участником этой программы — и тоже прикоснётесь к космосу, отправив на орбиту собственный спутник.
Хотя прошлой осенью-зимой внимание всего мира оказалось приковано к Балканам — Поднебесная практически на этом фоне потерялась в медийном потоке югославской войны — в Китае, на самом деле, тоже было весело.
Там в октябре 1988 года противостояние между консерваторами и либералами выплеснулось из партийных кабинетов на улицы городов. По всей стране полыхнули протесты против попыток закрутить обратно открученные ранее гайки; на сторону либералов начали «переходить» мэры городов, особенно на побережье — те, которые чаще всего имели дело с заходящим в Поднебесную иностранным капиталом и которые с этого дела имели самый большой гешефт. Как политический, так и финансовый — в виде дензнаков, капающих непосредственно в карман.
Вообще для китайской политики подобное вынесение разборок «на люди» было не характерно; однако именно осенью 1988 там столкнулись две примерно равные по силам и авторитету группировки, взгляды которых были взаимоисключающими. Кто-то должен был уйти с политической доски, и обостривший конфликт Цзян Цзэминь, попытавшийся снять реформаторов Ху Яобана и Чжао Цзыяна, но явно не готовый так просто применить силу в случае провала попытки, выглядел слабым.
Председатель ЦВС не обладал достаточным авторитетом, чтобы просто приказать военным давить толпу танками, как в иной истории сделал Дэн Сяопин, поэтому ему пришлось устраивать настоящее «турне» по военным частям Пекинского, Нанкинского, Гуанчжоуского военных округов, чтобы заручиться поддержкой офицеров НОАК второго эшелона.
Это повлекло ответные действия либералов, которые на фоне протестов в двадцатых числах октября объявили о созыве внеочередного Пленума ЦК КПК — где-то я всё это уже видел — с воистину революционной повесткой. Предполагалось обсудить антикоррупционные расследования, ограничить привилегии высшей партийной номенклатуры, провести «демократизацию» внутри партии… Ну и обсудить кадровые вопросы.
И где-то в этот момент, я подозреваю — точных данных из-за пекинского закулисья всегда было немного, — произошла сделка Цзян Цзэминя и партийных стариков во главе с Ли Пэном. Очень уж их реформаторы напугали, да и позволять улице брать власть в стиле хунвэйбинов Мао Цзэдуна
