на него посмотрел, и тот виновато отодвинулся.
Я разглядываю пылающее разрядами чёрное небо вдали — и не я один. Все смотрят на горизонт. А там творится самое настоящее безобразие. Низко нависшие тучи так и кишат молниями, которые рвут небо надвое, как тигриные когти. Где-то далеко впереди сверкает и гремит, словно сама буря решила потренироваться в стрельбе. В общем, это не обычная непогода, это аномальный шторм.
— Ну, подумаешь, потрясёт нас немного, — бурчит Ледзор, пожав плечами. — Это даже не метель. А я в своё время столько их пережил — не сосчитать.
Айра качает головой, и голос у неё выходит резкий, срывающийся:
— Наши штормы — это не просто тряска! — Она указывает рукой на небо. — Видишь молнии? Видишь, как полыхает⁈ В эпицентре разряды градом сыплются. Нас изрешетит, как из автомата! Без силовых полей нам не выжить, а даже с ними может перевернуть огромными волнами.
Я, успокаивающе почесав Змейку за ухом, а то она от очередного раската грома аж подпрыгнула, сообщаю:
— К счастью, «Женя» — глубоководный крейсер. Действуем просто: сначала приблизимся к штормовой линии, чтобы рассчитать направление, а потом уходим под воду. Без рывков и паники. Воздух экономить будем.
Волны уже начинали слегка покачивать корпус, и я ощущал лёгкую дрожь, проходящую по палубе, — словно корабль заранее напрягся перед прыжком в шторм.
В принципе, я мог бы раздобыть артефакты с силовыми полями из Невинска, если б захотел. Но смысла нет: аномальные волны всё равно перевернут судно, и никакой энергокупол не спасёт от переворота. Уйти под воду — единственно разумный вариант. И не париться.
Тем временем Змейка, притихшая у борта, вдруг отходит от ограждения и, покачиваясь, утыкается лицом мне в плечо.
С натугой протягивает, еле ворочая языком:
— Фака-мака-Бобо… — жалуется и так искренне, что я понимаю — всё, сразила бедняжку морская болезнь.
Для неё это прямо двойной удар. Горгоны боятся электричества, потому шторм с молниями — это их природный враг. А тут ещё и подташнивает змееволосую крошку.
— Идём, — бросаю я и, не давая ей времени на возражения, веду её в каюту. Пока идём, она цепляется за стены, как пьяная кошка за шкаф.
Уже в каюте достаю из-за пазухи семечку миогома — Ломтик перетянул из наших теплиц в Невинске. Бросаю её в угол, «включаю» легионера-друида — и через пару секунд из зерна, шурша, растёт плотный лист размером с одеяло. Пара движений — и Клинком Тьмы я быстро обрубаю всё лишнее. Верёвки для крепления делаю тут же, вытянув пару живых лиан из воздуха, точнее, из своей энергии. Дело в том, что лианы друиды могут материализовывать просто, тратя энергию, а вот другие растения могут лишь из семян создавать. Потому у Лакомки полно семечек на все случаи жизни.
Закрепляю лианы на крюках в стенах. Через несколько минут импровизированный гамак готов. Осталось только подсунуть туда Змейку. Она шлёпается на него с громким вздохом и едва не придавливает уже нырнувшего на лежбище Ломтика, но малой успевает нырнуть в тень. Горгона сразу засыпает, подрагивая ресницами. Только змеи на голове ещё ворочаются, будто всё не могут уснуть.
Я, чтобы не рисковать, беру одну из запасных верёвок и аккуратно привязываю её поперёк живота Змейки — вроде ремня безопасности. Мало ли как корабль качнёт.
Посмотрев на её обмякшее, наконец-то расслабленное нагое тело, не считая чешуи, ухожу в другую каюту.
Почти сразу следом с верхней палубы спускается Гюрза. Прислоняется к косяку, скрестив руки на груди, и спрашивает:
— А ваш Дракон не угодит в этот шторм?
Я оборачиваюсь к леди:
— Желточешуйчатый уже переброшен обратно в Невинск через портальный камень. Всё под контролем, можешь не волноваться.
Гюрза задумывается, уголки губ чуть приподнимаются.
— Невинск, значит… — протягивает она. — Сколько же у вас владений, интересно? Я слышала про Замок Дракона. Теперь ещё и Остров Некромантии к вам прибавился.
Я усмехаюсь:
— Замок Дракона — да, это недавнее приобретение. Красота, между прочим. А Остров Некромантии — скорее дружественное государство. Хотя если лорды-некроманты опять начнут бузить, — я пожимаю плечами, — могу напомнить им о манерах. С Магнитиком и другими теневыми пауками это быстро решается.
На пару секунд задумываюсь, скользя мыслями по карте своих владений. Невинск с его портом в Прибалтике. Сковородщина и Междуречье — перспективные земли под посевные поля. Тавириния на Боевом материке. Шпиль Теней, который сейчас отстраивают альвы. Рю но Сиро, Замок Дракона — моя жемчужина, подарок Нобунага. Московская усадьба, Алабмаш, пермская усадьба — последняя, правда, сдаётся в аренду, но всё же. Римские виноградники, французские месторождения плавильния… И, конечно, Обители Мучения в Антарктиде — если уж кто забудет, кто тут хозяин Южного полюса.
Королевство, только разбросанное по миру.
Я откидываю эту мысль и, взглянув в иллюминатор на накрывшие нас тучи, достаю некромантский жезл:
— «Женя», ныряй.
Корабль отзывается лёгким дрожанием. Через иллюминаторы видно, как тяжёлые тучи нависли почти вплотную, молнии вспыхивают, будто кто-то в небе швыряет раскалённые гарпуны. Грохочет так, что стёкла звенят.
«Жнец Морей» выпускает защиту — костяную скорлупу. Элементы её шуршат, скользят по направляющим, закрывая палубу и окна толстым защитным панцирем. Свет тускнеет, будто нас завернули в скорлупу яйца.
Начинаем погружение.
Скоро волны уже не достают до нас — они бешено мечутся где-то наверху, а мы медленно уходим в тёмную воду. Но расслабляться рано. Волнами шторм поднимает с дна песок, ил и всякий мусор. Вокруг всё серое, густое, будто корабль плывёт в супе. Я собирался наблюдать маршрут глазами обитателей глубин, но видимость — ноль, да и все рыбы попрятались в укрытия.
И тут приходит новая проблема: гидроакустический удар. От молний по воде расходятся волны давления, такие мощные, что «Жнеца» подкидывает в сторону, словно под напором. Корабль стонет под напором, броня дрожит.
Я сосредотачиваюсь, улучшаю геномантией барабанные перепонки и на слух, на вибрациях корпуса, начинаю ловить направление ударов, чтобы не угодить под них. Значит, нам — вон туда, наискось и поглубже. Где вода спокойнее, где нет этой чёртовой взвеси.
Корабль тяжело оседает, слушается. Мы идём вглубь, в безопасные воды.
Шторм позади. А впереди мелькают и первые глубинные рыбы.
Гюрза уже незаметно ушла, видимо, поняв, что я занят. Поднимаюсь в общую каюту для досуга. Стены вокруг чуть подрагивают — «Жнец» всё ещё пробирается сквозь остатки штормового мусора, но уже спокойнее.
Мои спутники сидят в темноте. Включаюсь в
