ним сама.
Я усмехаюсь, будто услышал шутку:
— Ну не скажи. Я просто тебя опередил и пожалел его кости. А так, конечно, ты всё бы сделала сама и выкинула японца за дверь. У него не было шансов перед тобой.
Богатырша приободряется.
— Ваш способ действительно более быстрый и гуманный.
Настя подходит ближе, глаза у неё блестят, как у волчонка перед новой игрушкой:
— А что ты использовал? Телепатию? Расскажи-расскажи!
— Нет, — улыбаюсь. — Я применил технику Тьмы и Воды. Создал пузырь вокруг господина Амагири и выкинул его в окно.
Настя аж присвистывает:
— Вот мне тоже не терпится второй Дар…
С ухмылкой касаюсь щёки оборотницы. Настя фыркает, но не отстраняется — наоборот, чуть прижимается к моей ладони.
— Всему своё время, — говорю. — Для начала стань Грандмастером-оборотнем. А это, прогнозирую, у тебя получится очень скоро. Дай нам три года — и устроим.
— Я правда смогу стать Грандмастером так скоро? — её глаза расширяются, как блюдца.
Я подмигиваю:
— А как же.
И она не выдерживает — бросается ко мне, обнимает за шею, прижимается крепко:
— Я тебя обожаю!
Гепара рядом качает головой, но взгляд у неё одобрительный. Гереса же демонстративно нас игнорирует, и правильно делает — у неё своя боевая невозмутимость.
А японцы теперь знают, что бывает, когда врываешься без предварительного звонка.
А мне пора в гости к старику Мерзлотнику. Нехорошо заставлять ждать уважаемого Грандмастера Льда, пускай даже если он твой вассал.
* * *
Поместье Вещих-Филиновых, Москва
Света сидела в гостиной и проводила настоящий допрос с пристрастием — экзаменовала претендентку в няни. Блондинка подошла к делу со всей серьёзностью, особенно когда дело касалось кадров, которые будут рядом со Славиком.
Он вот-вот появится на свет. А значит, ему нужны будут не просто няни, а лучшие из возможных.
Лакомка, разумеется, уже вызвалась выделить пару своих альвов. Альвы — великолепны, конечно. Но на одних альвах не уедешь. Славику нужны будут и люди, чтобы он не вырос в уверенности, будто весь мир говорит с мелодичной альвийской интонацией.
— Бывает всякое, — проговаривала Света, водя пальцем по ободку фарфоровой чашки. — Надо быть готовыми ко всему.
— Да-да, конечно, я понимаю, — закивала няня, стараясь выглядеть внимательно и компетентной.
Света прищурилась:
— Именно поэтому я хочу, чтобы…
В это время по ковру мимо незаметно проскользнула пушистая тень и юркнула прямо в полумрак за креслом. Ломтик довольно огляделся, в зубах у него болталась утиная нога. Он ловко скользнул в тень Светланы, где уже дремал паук Магнитик.
Ломтик же пыхтел от восторга. Как же это круто — теперь у вожака Данилы есть целая стая теневых зверей! И Ломтик их учит! Он станет их вторым вожаком! Ауффф!
И, довольно хрюкнув, устроился рядом с пауком.
Щенок гордо положил перед пауком утиную ногу и даже показал, как правильно её жевать. Магнитик ткнулся лапкой в подарок, с подозрением потыкал несколько раз. Пауки-теневики, конечно, предпочитают живую добычу — не ради самого мяса, а чтобы вытянуть из неё энергию. Но в итоге Магнитик нехотя начал жевать.
Вдохновлённый успехом, Ломтик начал носиться кругами вокруг паука, увлекая его в игру. Магнитик стал гоняться за щенком.
Паук со щенком носились по ограниченному теневому пространству, пока в пылу азарта не вылетели из тени Светланы прямо в комнату. С глухим топом пара врезалась в ковёр, у самых ног няни.
— … поэтому я и думаю, что… — начала было Светка, но не успела договорить.
Огромный чёрный паук, на котором, как кавалерист, сидел взъерошенный Ломтик. Глаза няни расширились до предела. Она издала короткий, жалобный звук — и рухнула в обморок на ковёр.
— Ломтик! — закричала Светка, подскакивая. — Ты что творишь⁈ Быстро на улицу! А ты, Магнитик, — обратно в тень! Сейчас же!
Щенок мгновенно отреагировал: юркнул под дверь, поджав уши. Паук беззвучно растворился в тени.
Светка громко позвала медиков к распростёртой на полу няне и, покачав головой, вздохнула:
— Эх, ну вот, слабенькая оказалась.
* * *
Полчаса мы с Камилой и Настей добираемся до усадьбы Опчикарских. Настя на ходу накинула поверх майки лёгкую куртку, а волчьи ушки — кстати, предусмотрительно убрала. Всё-таки едем на встречу с вассалом — кавайность здесь не к месту.
Машина мягко скользит по трассе, будто плывёт. Сопровождение — внедорожник и два гвардейских мотоцикла, один спереди, один сзади. Фары режут ночь, отражаются в лужах, как копья света.
— К Мерзлотнику, значит, — говорит Камила, не поднимая головы от блокнота. Щёлкает ручкой, листает страницы. — Ты хочешь узнать про подлодки?
— Ага, — киваю. — У рода Опчикарских своё производство. Небольшие субмарины — «коньки», как они их называют. В самый раз, чтобы контролировать побережье Острова, раз уж и Брикс решился заделаться моим вассалом.
Камила что-то помечает. Потом поворачивается к Насте:
— А ты дома теперь всё время с ушками будешь ходить?
Настя хмыкает, облокачивается о подлокотник:
— Ага. Это часть тренировки. Частичное воплощение позволяет лучше и гибче владеть Даром.
Я улыбаюсь. Правильный подход.
Тем временем машина въезжает на мост через реку, что окружает поместье Опчикарских. А там уже снежные поля, редкие вышки, вдалеке — тени складов и ангаров. Мерзлотник, как всегда, держит поместье в снегу. Даже летом. У него тут вечная зима.
— Сколько снега, — удивляется Камила, ведь на дворе осень.
— Опчикарские круглый год держат свою усадьбу в снегу, — киваю.
— Это немножко странно, — делится мнением Настя. — Ты, Даня, телепат, но не заполнил же свои усадьбы Астральными карманами… ну, старое поместье не в счёт, это не твоих рук дело, аномалия.
— У каждого свои вкусы, — пожимаю плечами. — У меня есть старое поместье для общения с Океаном душ. Но если бы его не было, возможно, одно из владений я бы отделил под Астрал.
Связь-артефакт зазвенел у меня в кармане. Я взглянул на номер канала — лорд Питон. Принимаю соединение.
— Да, лорд, — говорю спокойно.
— Я должен извиниться, король Данила, — сразу говорит Питон, без лишних вступлений. — За своего родственника Гремуческа. Он не входит в мой прямой род, но я всё равно сделаю всё, чтобы он извинился перед тобой лично.
— Хорошо, — произношу я. — Буду ждать, лорд Питон. До встречи.
И разъединяюсь, так как машина уже подъезжает к господскому дому. Ворота
