свои изменения, которые позволили бы усилить его. А в итоге искалечили основу.
— А откуда вам известно, что «дыхание дракона», созданное Мишей, полностью идентично тому самому конструкту?
Старый волхв усмехнулся, сжал сухими пальцами трость.
— Следы на земле, — пояснил он, и увидев, что Тамара его не поняла, пояснил: — Дело в том, что «дыхание дракона», или «тепловая волна», как её назвал юный Назаров, не обычная огненная магоформа, а именно что тепловая, попав в которую, у человека нет шансов выжить. Его лёгкие выжжет от высокой температуры, а тело просто обуглится. Так вот, новейшие скрипты «дыхания» просто разваливаются о любое препятствие, и используются только на открытом пространстве. Аутентичная магоформа может рассыпаться на десятки мелких «языков», но всё равно будет представлять опасность. Лес, кустарники, городские развалины лишь могут расслоить конструкт, но убойная сила останется прежней. Характерный след — выжженная полосами, похожими на когти большого зверя, земля.
— О, боги, — побледнела Тамара. — Хорошо, что в парке не было людей!
— Так Михаил специально выбрал самый глухой уголок парка для своего эксперимента, — хмыкнул старик. — Правда, «Химера» пострадала, пятьдесят метров защитного поля уничтожено. Сгорело десять амулетов.
Тамара вздохнула. Она не переживала из-за каких-то амулетов, которые Яна с Ромкой могли восстановить за несколько часов работы. Она и за старших детей не переживала, а скорее, радовалась, что её дети имеют столь уникальные возможности стать сильными одарёнными и защитить в будущем семью. Но впереди маячило десять лет переживаний за них, смогут ли они правильно воспользоваться подарком Богов, чтобы магия не уничтожила его, не перекорёжила неизвестно во что. Универсальность Никиты могла сыграть дурную шутку с его потомками. Ведь что получается, Мишка превращается не в обычного стихийного «огневика» с ясными и понятными аспектами, а в узконаправленного специалиста. А такой подарок никуда не денется, он останется навсегда.Правда, ещё бабушка надвое сказала, окажется ли Дар сына слабее Дара его сверстников. Скорее, наоборот.
Ведь аспект Льда у Тамары остался при ней, никуда не делся, хотя она не так часто проводила магические тренировки, лишь в последнее время вместе с девочками начала интенсивно заниматься. И сразу почувствовала изменения в аурном контуре. Энергетические каналы стали расширяться и прокачивать куда больше энергии, давая ледяным клинкам куда большую прочность и пробивную способность.
— Фрол Пантелеевич, будет ли правильным решение усилить тренировки Михаила? — поинтересовалась Тамара. — Не три раза в неделю, а пять?
— Не надо, Тамара Константиновна, — покачал головой старый волхв. — Он же ещё ребёнок, непоседливый, с шилом в одном мягком месте. Увеличу нагрузку до четырёх раз, и этого будет достаточно. Раз уж точно определился аспект, его и будем прокачивать вместе с традиционными занятиями.
— Спасибо, Фрол Пантелеевич, что бы мы без вас делали, — искренно поблагодарила чародея молодая женщина.
— Это вам спасибо, — прищурился дед, — на старости лет обрёл семью, да и Полюшка обрадовала своим предсказанием, что ещё покопчу небо…
Симбирск, февраль 2017 года
Серебристо-синий бизнес-джет коснулся колёсами сухой посадочной полосы, и почувствовав надёжное сцепление с поверхностью, тяжело осел всей своей тушей, прочерчивая на бетоне чёрные полосы. Закончив свой бег, самолёт медленно повернул в отведённый ему «карман», двигатели замерли, дверь распахнулась, и вниз спустился бортовой трап. Вышедшая на площадку стройная стюардесса в кокетливой синей беретке и такого же цвета костюме сразу же заметила группу людей, которые явно ожидали кого-то с этого рейса.
Борис, не застёгивая пальто, неторопливо прошествовал по салону следом за своими телохранителями, и когда вышел наружу, с удовольствием подставил лицо под тёплый ветерок. В Симбирске уже вовсю чувствовалось дыхание весны. Почему-то с земли небо казалось невероятно голубым, чистым, без единого облачка.
— Всего хорошего, Борис Леонидович, — вслед ему сказала стюардесса.
Едва заметно кивнув, он спустился по ребристым ступенькам на землю, и в окружении пятерых личников, которых ему выделил отец, направился к встречающим его людям. Среди них он сразу опознал Велимира в броском светло-коричневом костюме в клетку и в зауженных книзу брюках. Тщательно начищенные туфли в цвет блестели на солнце. Да и сам княжич Шереметев, казалось, очень сильно изменился за последнее время, стал таким же блестящим и лакированным, как его обувь. Гладко выбритое лицо округлилось, исчезли резкие черты, дававшие Велимиру жёсткость. Необычно выглядела тонкая полоска усов, делавшая его похожим на какого-то щеголеватого идальго или сеньора.
Улыбнувшись, Шереметев сделал два шага вперёд, но не стал заключать гостя в объятия, а лишь протянул руку, которую Борис крепко пожал. И только потом они обнялись, похлопали друг друга по спине.
— С приездом, дружище, — Велимир оглядел с ног до головы Волынского. — Как прошёл полёт? А то бледновато выглядишь. Ты точно на Ближнем Востоке был?
— Точно, — засмеялся Борис. — Правда, позагорать не дали, пришлось спешно оттуда линять, аж пятки сверкали.
— Потом расскажешь, — Велимир кивнул на один из внедорожников. — Сейчас поедем ко мне домой, Анна там хлопочет, на стол накрывает. Посидим, пообщаемся. Ты о своих приключениях расскажешь.
— Боюсь, рассказ будет длинным, — хмыкнул Борис.
— А мы куда-то торопимся? Ты же к нам надолго?
— Думаю, на полгода минимум, — подумав, ответил княжич Волынский.
— Ну, вот, времени достаточно, — рассмеялся Велимир. — Ты где планируешь жить со своими гвардейцами?
— Думаю апартаменты в гостинице снять. Не подскажешь, какая здесь самая лучшая?
— Подскажу, подскажу, — мягко подталкивая гостя к жуткому на вид внедорожнику, сказал Шереметев. — За парней не беспокойся. Они в других машинах поедут.
Оказавшись внутри чудища, словно в железном, но приятно пахнувшем натуральной кожей, терпким мужским одеколоном и лёгкой примесью женских духов, желудке, Борис кивнул на приветствие двух крепких мужчин, сидевших впереди.
— Это Савва, — показал на водителя Велимир, вваливаясь следом, — и Артём. Мои верные оруженосцы и телохранители. Остальных предоставил мой тесть. У меня-то своей гвардии ещё нет, не положено.
Он хохотнул и хлопнул по плечу Савву. Чудище зарычало, на удивление, мягко, плавно тронулось с места. Велимир нажал на кнопку, поднимая прозрачное стекло, отделившее их от личников.
— Рассказывай, что у тебя случилось, — потребовал он. — Моей жене нравятся интересные истории, поэтому о проблемах мы за столом говорить не будем. Я разговаривал с отцом, он слухи собирать не любит, ты же знаешь. Коротко сказал, что княжич Борис вляпался по самые уши.
— Вляпался — не то
