не имел, куда я бегу, лишь одна мысль подгоняла меня, ритмично пульсируя в мозгу в такт с сердцем: «Прочь! Прочь!!!»
Показался просвет. Лучи красного, умирающего солнца были моим маяком в этом пепельном аду, а стоило мне выбежать из леса, как я увидел… высокий обрыв.
Вдох-выдох, лёгкие горят. Я смотрел на далёкую землю внизу и понимал, если упаду с такой высоты, то на этом всё и закончится.
За спиной хрустнула ветка. Медленно, оттягивая момент неизбежного, я обернулся и увидел стаю. Вольготно, будто короли этого мира, шакалы вынырнули из-за деревьев и стали обходить меня полукругом, отрезая путь для побега. Девять пар красных глаз, голодных до человеческой плоти, пылали безумием. С ужасающих клыков полураспахнутых пастей капала слюна со сгустками кровавой пены. Парочка из них потрёпаны, а значит я не первый, на кого эта стая вышла. Но судя по их количеству, тому человеку смертельно не повезло.
Я бросил ещё один взгляд на обрыв. Нет, слишком высоко…
С неким вздохом облегчения, скинул рюкзак и стянул противогаз, бросив на свой баул. Ветер дул из-за спины и сдувал падающий пепел в сторону леса, дышать здесь с опаской, но можно, о чём сигналил желтый цвет коммуникатора на запястье. А мне сейчас очень нужен хороший обзор.
Изнуренное тело слушалось с трудом, но я крепко сжал лопатку и криво усмехнулся. Эсквайр Виктор из клана Ястреба, такой конец тебе подготовила судьба? Вместо родового Астрального Жала — в руках жалкая лопатка, вместо верных стражей за спиной — бездонная пропасть, вместо славы и подвигов — забвение и нелепая смерть.
Что ж, как говорил мой нянька Ульрих: «Двум смертям не бывать, а одной не миновать!». Поэтому я, отбросив страх и приглушив разум, зарычал как дикое животное и ринулся на ближайшего шакала в безумной атаке. Тот заподозрил неладное, но слишком поздно. Добыча стала хищником, а не самая качественная сталь сапёрной лопаты превратилась в грозное оружие, удел которого не копать траншеи, а убивать!
Мне хватило скорости и сил, чтобы занести своё орудие и нанести удар, но результатом стал лишь скулёж шакала и ничего более. Шкура твари была слишком прочной, лезвие лопаты оставило лишь едва заметный кровавый след. Я был «пустой» с момента высадки, когда пришлось отбиваться от стаи местных зверей, поэтому полагаться я мог только на свою физическую силу, которая таяла каждую минуту, утекая из меня вместе с кровью из ран.
А затем зверь Мёртвого Мира ответил. Мощная лапа со свистом, рассекая воздух, ударила с такой силой, что меня изломанной куклой отбросило к краю обрыва. Грудь обожгло нестерпимой болью, воздух застрял где-то в лёгких и я не мог сделать и вдоха, закашлявшись. Толстый уплотненный комбинезон с металлопластиковыми вставками частично сдержал удар, но сама ткань порвалась в лоскуты, оголяя уже ранее пострадавшую грудину. Когти твари рассекли кожу до мяса, оставив ужасающую рану. Но, по крайней мере, сердце мне не вырвали.
Ликующий вой шакалов звучал где-то на задворках сознания, сопровождаемый звоном в ушах. В слезящихся от боли глазах всё двоилось, но я разглядел медленно подкрадывающуюся ко мне тушу. Вожак решил сам добить меня. Он не торопился, будто смаковал момент, пока добыча истекает кровью. Пока она страдает, а он упивается своей звериной силой. Остальная стая не двигалась, держась в отдалении и скаля клыки.
Трясущейся рукой я подтянул к себе лопатку и попытался подняться, но всего, чего я добился — встал на одно колено, спиной к обрыву.
Встань! Борись!!!
Прохладный порыв воздуха лизнул моё потное лицо, а губы тронула лёгкая, невеселая улыбка. Всё, Виктор, время принять свой последний бой…
Я вытянул трясущуюся руку с лопаткой в сторону вожака.
— В жизни — война. В смерти — покой. Нет для нас дороги другой, кроме дороги чести. Да прольется смерть над головами врагов наших!!! — с потрескавшихся губ, болью отдаваясь в горле, сорвались когда–то услышанные слова. Клич Звёздных рыцарей, одним из которых я так мечтал стать. — Давай тварь! ЧЕГО ТЫ ЖДЁШЬ⁈
Вожак прыгнул. Стремительно, резко, как и подобает хищнику. И я, неожиданно для самого себя, выжал остаток несуществующего резерва из полусформированного Источника, буквально отдавая последнююжизненную энергию. Или я сдохну от истощения потом, или сдохну прямо сейчас от зубов твари. Выбор невелик, поэтому предпочту захватить с собой в ад это отродье. Челюсти твари сомкнулись на моём левом предплечье, которое я выставил вперед, принеся с собой натуральную агонию. А кромка лопатки засветилась бледным золотистым светом, когда энергия Источника перетекла из меня в дрянной инструмент, заменивший мне сейчас оружие. Я применил первое и самое простое умение любого одаренного, доступное даже тем, кто еще не до конца сформировал свою первую Звезду — «Выброс энергии».
И не теряя времени тут же ударил снизу вверх, крича от боли и ярости, прямо в слабозащищенную шею твари, которая прямо сейчас пыталась перекусить мне руку. Спаренный хруст костей раздался практически одновременно. Мощные челюсти твари справились с костью предплечья моей левой рукой, а напитанная силой лопатка разрубила позвоночник твари.
Я шумно выдохнул и перекатился в сторону, чертыхнувшись от боли, когда попытался опереться на искалеченную руку. Сил у меня хватило только чтобы встать на колени, но я всё-таки умудрился подняться на ноги и выпрямиться во весь рост. Свет на лезвии лопатки погас, восемь пар пылающих глаз уставились на меня с ненавистью и… страхом? Я смотрел им в глаза, молясь про себя всем известным мне богам, чтобы только не потерять сознание.
Сколько это продолжалось? Не знаю… Для меня всё растянулось в один единственный тягучий отрезок без начала и конца, а затем твари, неуверенно порыкивая, попятились к кромке леса. Сначала медленно и неуверенно, но затем, развернувшись, рванули назад со скоростью молнии. Секунда и я остался один, наедине с обезглавленной тварью и холодным ветром Мертвого Мира.
А затем, край обрыва, на котором я стоял с шумом обрушился вниз. Вместе со мной и трупом шакала-вожака…
Летел я красиво, спиной вниз с распахнутыми в сторону руками, и четко, как в замедленной съемке видел, как отдаляется обрыв. Видел летевшего вслед за мной вожака и слышал завывание ветра, чувствовал телом упругие потоки воздуха, всё сильнее ускоряясь…
Свет солнца померк в тот же миг, как я влетел в крону желтых листьев деревьев внизу. Глухой удар в спину принёс ещё больше боли, разрывая сознание на куски, а за ним последовал целый каскад других столкновений. Я слышал и чувствовал, как трещат кости.
